Однажды ко мне пришел кот. История кота и его монаха - Погён

– Ты когда-нибудь угомонишься?!

Я так злился, что из моего голоса пропала вся мягкость, но реакция кота меня поразила. Он скрестил задние лапы, расселся прямо там, на полу, и уставился на меня. В его взгляде не было ни испуга, ни раскаяния. Но почему он не отошел подальше, а сел прямо передо мной? Это был лишь короткий миг, но я прочитал чувства кота вот так: «Не бросай меня. Я никуда не уйду!»

Так говорили его глаза.

Я поспешно выкинул дохлую крысу в печь, а когда вернулся, кот все еще сидел на том же месте без движения. Я присел напротив, погладил его по голове и сказал, словно извиняясь:

– Прости меня. Ты хотел сделать мне подарок? И все же, пожалуйста, больше не приноси мне мышей, проказник. – Я пододвинул к нему миску с кормом в знак примирения.

Глядя на эту крысу, я подумал, что она ведь могла быть подношением мне от кота. И в таком случае все меняется. У Ким Гвансопа есть стихотворение под названием «Самоотверженность». В нем рассказывается, как лиса, обезьяна и заяц пришли к небесному божеству Индре, желая похвастаться своей преданностью. Божество сказало, что чувствует голод, желая посмотреть, как они себя поведут. Лиса принесла мальков карпа, обезьяна – желуди, и только заяц пришел с пустыми лапами. Тогда он развел костер и сам прыгнул в пламя, предложив свое зажаренное тело в пищу божеству. Индра был так тронут искренностью зайца, что навечно поместил его образ на луну, чтобы все видели его чистое сердце. По легенде, этот заяц до сих пор живет внутри луны. Это и есть символ его высшей самоотверженности и искренности.

Мне кажется, что семидесятые и восьмидесятые годы двадцатого века были временем, когда поэтов по-настоящему любили. Наверное, каждый тогда слышал стихотворение Ким Гвансопа «Голубь Сонбуктона». Когда я был настоятелем в храме Помнёнса, внук поэта часто приходил туда с женой и двумя детьми. Я всегда принимал их с теплотой и разговаривал с внуком о стихах дедушки. Стихотворение «Самоотверженность» я люблю настолько, что иногда цитирую его в проповедях. Интересно, сколько в животных радости, печали, гнева – тех же чувств, что испытывают люди? Способны ли они благодарить? Не знаю. Но если заботиться о них и беречь их от всего сердца, то с животными можно сблизиться. В эту холодную зиму в горах беспризорному зверю голод и холод вынести еще тяжелее, чем одиночество. Надеясь успокоить кота, я тихонько прошептал:

– Няни, наша связь не прервется!

Няни-Talk[16]

Десять часов вечера

Кроме меня, играть с Няни некому. Поэтому я завел правило: десять вечера – время Няни. В этот час я откладываю все дела, меняю очки для чтения на обычные и надеваю верхнюю одежду. Стоит мне взять фонарик и сказать: «Пошли на охоту!» – как кот тут же оказывается рядом. В темноте глаза животных горят, потому что отражают свет. Я вожу лучом по лесу, и если он замирает на паре светящихся точек, значит мне в глаза смотрит зверек. В эти моменты восторг смешивается с легким напряжением.

Няни следует за мной по пятам. Он то принюхивается, то жует какую-нибудь травинку, то справляет свои кошачьи дела. Лес для него – один сплошной открытый туалет. Я всякий раз поражаюсь его мастерству: он выкапывает ямку в мягкой листве, делает дела, а потом аккуратно заметает следы так, что ничего не найти.

Ночной воздух чист и свеж. Даже живя в лесу, только в этот час я по-настоящему смотрю на луну и звезды, на облака в ночном небе. Иногда слышно птиц, а порой доносится и рев крупных зверей, например диких кабанов. В каждое время года ощущение ветра, что дует в горах, особенное. Слушая шум листьев, колышущихся в темноте под дуновением ветерка, чувствуешь, как гаснет огонь тревог и на душе воцаряется покой.

Наша прогулка до моста в долине и обратно занимает минут тридцать. На обратном пути Няни сопровождает меня, но до самой комнаты не идет. Он запрыгивает на насыпь или на гору камней, удобно устраивается и смотрит мне вслед. Это его способ сказать: «Иди первым, а я еще побуду один».

Я умываюсь и возвращаюсь в комнату с легким сердцем, как будто выполнил все запланированное на день. Через некоторое время возвращается Няни, и своим коротким «мяу» дает знать, что он пришел. Быть может, он тоже считает, что десять вечера – это время, когда он играет со мной.

Шерсть

У людей кожа гладкая, поэтому они очищают ее, омывая водой. Животные, покрытые мехом, тоже должны как-то ухаживать за собой. Они вылизывают и чистят свою шкурку, и этот процесс называют «грумингом». Само слово происходит от английского «groom» (конюх), потому что конюхи ухаживали за лошадьми, мыли их и заботились о них. Изначально это означало чистку, стрижку и заботу о внешнем виде животных. Чтобы гармонично жить в обществе, необходимо уметь поддерживать разговор даже с незнакомыми людьми. Лучшая тема для таких разговоров – погода. Поэтому со временем в английском языке слово «grooming» закрепилось в качестве обозначения бесед о погоде – «grooming talk» (разговор для поддержания общения).

Можно сказать, что кошки запатентовали груминг. Говорят, они тратят на него до 40 % времени своего бодрствования. Сила этой привычки поражает. Няни тоже отдается этому делу с невероятным усердием. Порой, когда мне любопытно узнать, чем он занимается, я поглядываю в его сторону и вижу, что он умывается. Весь день только и делает, что прихорашивается!

Когда кошка вылизывается, шерсть неизбежно попадает в горло, и в желудке скапливаются волосяные комочки, так называемые хейрболы. Чтобы срыгнуть их, кошки едят траву. Сначала я умилялся, глядя, как Няни уплетает зелень. Даже думал, что он особенный, раз живет при храме, но оказалось, что все из-за волосяных комочков. Так что теперь я начинаю беспокоиться, если он не ест траву.

Как-то раз, вернувшись после прогулки в горах под дождем, я крепко заснул днем. Сколько же я проспал? Когда я открыл глаза, то увидел, что Няни устроился на пороге и усердно вылизывался. Глядя на то, как тщательно он орудует языком и лапками, чтобы привести в порядок каждую шерстинку, я вдруг подумал: «Няни, ты точно заслужил право носить столько пушистой шерсти».