Чудеса арабского халифата - Александр Григорьевич Юрченко

Хаким ответил: «Теперь в этом нужды нет. Нынче румийцы каждый год присылают нам золото и товары, согласны, чтобы наше войско вступало на их земли, и все обстоит превосходно» (Насир-и Хусрау Сафар-наме, с. 101–102).

Для понимания того, как циркулировали рассказы о диковинках в мировом масштабе, приведу сведения из китайского источника. Служащие «Ведомства по управлению торговыми кораблями» опрашивали арабских купцов и морских капитанов, прибывавших в порты Южного Китая. Архивные записи обработал южносунский чиновник Чжао Жугуа в 1225 г. Рассказы о далеких странах включены в его сочинение «Описание всего иноземного». Один из них посвящен Александрии Египетской (кит. Эгэньто). Чжао Жугуа был современником арабского ученого Абд ал-Латифа ал-Багдади, составившего научное описание Египта{32}, но, кажется, последний никогда не слышал о магическом зеркале. Кто они — в ментальном плане — собеседники Чжао Жугуа, с такой любовью описывающие подробности египетской диковинки? Здесь есть одна немаловажная деталь: сюжет о зеркале, кто бы его ни пересказывал, всегда завершается утратой зеркала. Иными словами, увидеть необычный предмет уже никто не мог.

«Страна Эгэньто подвластна Усыли[25]. Рассказывают, что в древности жил великий человек Цугэни[26], который воздвиг на морском побережье большую башню. Под ней в земле вырубил два помещения. Заложил кирпичом — очень скрытые. В одной [хранились] продукты питания, в другой — оружие. Башня была в высоту 200 чжан[27]. Наверх на две трети башни можно въехать на четверке лошадей. Внутри башни — большой колодец, который сообщается с каналом, по нему протекает большая река. Защищаясь от нападения войск других государств, все [люди] страны собираются в башне и противостоят врагу. Вверху и внизу может вместить 20 000 человек. Охраняют внутри и выходят наружу отражать атаки. На вершине [башни] были установлены большие зеркала. Когда нападало войско или судно другой страны, то они [еще находясь вдалеке] отражались в зеркалах. Это позволяло гарнизону [башни] заблаговременно принять меры к обороне. Не так давно [некие] иноземцы появились у подножия этой башни, несколько лет скребли и чистили ее. Их ни в чем не подозревали, а те, неожиданно в один из дней похитив зеркала, утопили их в море и скрылись» (Чжао Жугуа, с. 161). Чжао Жугуа и Вениамин из Туделы слышали один и тот же литературный сюжет о хитрости иноземцев, уничтоживших магическое зеркало{33}.

Речь идет о конфликте двух культур, византийской и арабской, или шире, христианской и мусульманской. Соперничество шло на всех уровнях и сопровождалось присвоением чужого воображаемого наследства. Изобретение маяка приписывалось румийцам (византийцам или царице Клеопатре), когда же арабы захватили Египет, маяк стал использоваться против румийцев. Волшебный предмет оказался в чужих руках. Во что бы то ни стало румийцы должны были уничтожить зеркало. И они этого добились. Война символов ознаменовалась превращением сигнального зеркала в магическое и хитроумной борьбой за обладание им. Сами византийцы об этой войне не ведали.

Медные статуи

а) Страж границ.

Известно, что пять из семи чудес древнего мира были сделаны из камня. Это — пирамида Хеопса, «висячие сады» в Вавилоне, храм Артемиды в Эфесе, гробница Мавсола, правителя Карии, и Фаросский маяк у входа в Александрийскую гавань. Список семи чудес населенного мира впервые упоминается в сочинении финикийского писателя Антипатра из Сидона (II в. до н. э.). Бросается в глаза общая особенность названных сооружений — это были сложные в техническом и совершенные в эстетическом отношении создания рук человеческих. И все они выполнены из камня.

В арабских перечнях мировых чудес камень уступил место меди. Дело, однако, не в металле как таковом, а в медных статуях; считалось, что в римское время теурги могли их одушевлять. Медные идолы на краю океана, оживающие при появлении людей, — истинная загадка ранней арабской метаистории.

В римские списки чудес статуи включались как выдающиеся произведения мастеров. Так, в книжице римского историка Луция Ампелия (II в. н. э.) упомянута статуя Гелиоса на острове Родос в Средиземном море. Колосс, имевший в высоту более 30 м, рухнул в 224 г. до н. э. в результате землетрясения. Царь Египта Птолемей III выделил средства для восстановления памятника, но родосцы, повинуясь некоему оракулу, оставили его в обломках, сохранившихся до арабского завоевания. В римском географическом трактате IV века утверждается, что с этим изваянием связано некое пророчество: «...остров Родос с крупным городом того же названия, которому, как предрекла Сивилла, суждено погибнуть из-за божьего гнева. В этом городе есть невиданное по величине изваяние, которое все зовут Колоссом; по словам той же Сивиллы, изваяние это таило в себе нечто гибельное» (Полное описание вселенной и народов. 63).

В 653 г. арабы разобрали бронзовую облицовку статуи и переправили ее в Эдессу. По версии же византийцев, статую Гелиоса разрушил Муавия, наместник Сирии при халифе 'Усмане (644–656). Для византийцев это эпизод войны символов.

«Мавия, предводитель арабов, овладев Родосом и захватив колосс Родосский, разрушил его через 1370 лет после установки — некий купец-иудей, выкупив его, погрузил бронзу от колосса на семьсот верблюдов» (Хроника Симеона. 112. 3). Об этом же пишет и византийский император Константин Багрянородный со ссылкой на хронику Феофана: «Взяв остров Родос, Мавия уничтожил колосс, стоявший на нем 1360 лет после его установления. <...> Это было медное изваяние Солнца, позлащенное с головы до пят, имеющее в высоту восемьдесят локтей и соразмерную с высотой толщину, как об этом свидетельствует надпись, начертанная на основании, у ног колосса, и гласящая так: В восемь десятков локтей на Родосе/Лахис из Линда колосса поставил. Медь же от статуи он забрал, переправил ее в Сирию и выставил на продажу для всякого желающего. Купил ее еврей из Эдессы, перегрузивший ее с моря на 980 верблюдов»{34}.

В списке чудес Луция Ампелия есть также медное изваяние с золотым лицом высотою 150 локтей на Кипре — это статуя Юпитера работы Фидия; бронзовый скифос в храме Юноны на Самосе; и, наконец, загадочная магнетическая конструкция: «В Магнезии у Сипила стоят четыре столба. Между ними висит железная фигурка Виктории, ни к чему не привязанная, но порхая в воздухе. Даже при ветре и дожде она не шевелится» (Луций Ампелий. Памятная книжица. 8.13,17, 20).

Интерес Абдаллаха ибн Амра к медным статуям связан с теургией и не имеет точек соприкосновения с перечнем чудес из книжицы Луция Ампелия. Римский и арабский списки чудес принадлежат разным эпохам.

Вторая диковинка из списка Абдаллаха ибн Амра — медная статуя — отнесена к крайним пределам Запада. «Медный всадник, находящийся в земле ал-Андалус. Своими ладонями, а также простертой