Наследство Екатерины - Ника Цезарь

– Анна Ивановна? – подошла я к свекрови. Та зло сверкала своими глазами исподлобья, но ладони всё же протянула. Чистые.

– Убедилась?! Твои подозрения оскорбительны!

– Не может быть… – я была уверена, что напал кто-то из родственников. Нервы сдали, вот он и пошёл на отчаянный шаг. – А где Аркадий Фёдорович? – оглянулась на Софью, та недовольно повела плечами.

– Он предпочитает гулять перед сном.

– Перед сном? – удивилась я. В этот момент как нельзя кстати часы громко пробили два часа ночи. – В это-то время? – вопросительно выгнула бровь.

– Свежий воздух полезен для лёгких.

– Но не ночью же?! Егор Степанович, найдите господина Черкасского, мы его очень ждём!

– Ты выставляешь себя в дурном свете… – проворчала Анна Ивановна.

– Лучше оказаться дурой, чем мёртвой! – припечатала я, возмущая своими манерами родственников. Они тщательно отводили глаза, поджимая губы. Явно предпочли бы обратное.

– Что за срочность? – Аркадий Фёдорович лениво зашёл в гостиную, пряча ладони в рукава шёлкового халата. Он был накинут на пижаму и завязан витиеватым узлом.

Его волосы золотисто-пшеничного цвета растрепанно упали на лоб, а глаза блестели, словно у кота, объевшегося сметаны.

За его спиной маячил собранный дворецкий.

– А мы как раз только вас и ждали, – хмыкнула я, – вытяните руки, пожалуйста.

– Зачем? Это шутка какая-то? – попытался он рассмеяться, ища взглядом поддержки у родственников.

– Да какие уж шутки. Меня пытались убить, и я хочу знать, кто!

– Но при чём тут мы?! – возмутился он. – Почему вы собрали нас здесь, словно преступников?

– Потому что нападающий ночевал в моём доме, и ему должна быть выгодна моя смерть. До сегодняшнего дня я никого здесь не знала.

– И нас не знали!

– Верно, но пока что вы – единственные, кто от моей смерти выигрывает. Перепишете завещание, как и планировали, разделите деньги.

– Это уже чересчур! Ты забываешься, милочка! – взъелась Анна Ивановна, подскакивая.

– Чего вы так испугались? Того, что мои слова звучат логично? Сядьте, Анна Ивановна, не доводите до скандала. Иначе я вызову приставов, пусть вся округа знает, что происходит в нашем доме.

– Я сяду, но это не значит, что я испугалась, или ты права. Нет. Я просто точно знаю свою семью и знаю, что мы ни при чём! – женщина недовольно сверкнула взглядом, чинно садясь на край дивана.

Глава 8.

– Софочка, – побледнев, Аркадий заискивающе смотрел в лицо своей супруге, – я Екатерину Александровну и пальцем не трогал.

– Тогда откуда эти следы? – крепче сжимала она его ладонь, пока в её глазах разгорался огонь.

Неужто за меня так переживает?

– Я пошёл прогуляться… а там овраг… Ты же знаешь, как я люблю гулять…

– Ну-ну, и что же там было, в овраге?

Он облизнул пересохшие губы и огляделся по сторонам.

– Может, наедине поговорим?

– Не выйдет. Уж я-то точно буду с вами. Мне как никому другому интересна ваша история. Что же в том овраге? Девица вас поджидала? – припечатала я, получая в ответ два возмущённых взгляда.

Нет, за меня София не беспокоилась. В этот момент в ней самой горела жажда крови.

– Не-ет, ник-к-ка-кой девицы… – начал он заикаться. – Кошка! Кошка там была! Дикая! Кинулась… еле отбился.

– Что же за кошка вам досталась с такими ногтями человеческими? – саркастически протянула я.

– Большая кошка! Екатерина Александровна, давайте отойдём. Я вам всё объясню.

Он выдернул оцарапанную руку и потянулся ко мне, но, встретив злой взгляд супруги, тут же спрятал её за спину.

– Что за театр?! – сокрушённо качнула головой Анна Ивановна. – Стыд-то какой!

– Екатерина Александровна… – проблеял мужчина.

– Хорошо, пройдёмте в кабинет, – холодно заключила я и направилась к выходу, показав взглядом дворецкому следить за ним.

– Я с вами, – Софья не сдавалась.

– Я предпочла бы переговорить с ним наедине.

Она недовольно поджала губы, гордо вскидывая голову.

– Я так понимаю, мы можем идти, госпожа следователь? – не удержался от сарказма Илья Терентьевич.

– Приятных снов! – улыбнулась я в ответ. – Только если вдруг вам пришла в голову счастливая мысль покинуть мой дом… пока задержитесь.

Зайдя в кабинет, я сразу предпочла пройти за стол.

– Вы так и будете настаивать, Аркадий Фёдорович, что вас кошка оцарапала? – сходу поинтересовалась я, не давая ему успокоиться.

– Нет, – убедившись, что дверь закрыта, он расправил плечи и приосанился. – Видите ли, Екатерина Александровна, иногда у мужчин возникают… некие потребности, – посмотрел он на меня самодовольно.

– К делу, Аркадий Фёдорович, моё желание скорее послать за приставами пока никак не ослабевает.

И хоть я и говорила, что всё ещё верю в его вину, но в душе уже чуяла, что всё не так просто…

– Я был с женщиной, – тихо буркнул он.

– Что? Я вас не расслышала.

– Я был с женщиной! – рявкнул мужчина.

– Что-то в комнате вашей супруги мы вас не нашли.

– Потому что я был не с ней.

– А с кем? Говорите уже! Почему из вас приходится тянуть каждое слово?

– Потому что о подобных вещах благородные господа не распространяются! – с гордостью заявил он.

– А мне казалось, что благородные господа жене не изменяют. С кем вы были? – добила я.

– С Мари… дочкой повара, – едва слышно выдохнул он.

Как только я получила имя, сразу посмотрела на дворецкого, который немой тенью стоял за его спиной.

Мужчина, скользнув за дверь, отдал распоряжение привести девушку.

– На этом всё? Могу идти? – ядовито поинтересовался он.

– Нет. Присаживайтесь и, когда зайдёт девушка, даже не думайте начать разговор первым. Я хочу знать, что она скажет.

– Вы много на себя берёте, Екатерина Александровна, дочь захудалого рода… Черкасские – более уважаемый род, вы не должны себя так вести.

Глава 8; (продолжение)

– Вполне возможно, но вы забываетесь; я – супруга Петра Гордеева. Разве может быть его жена и наследница всех предприятий размазнёй? Нет. Так что я бы на вашем