Между Явью и Навью - Евгения Владимировна Потапова

– Что-то мне такое под боком иметь не хочется, – мотнул он головой.

Пока дед Степан разговаривал с Кикиморой, его руки быстро вязали узлы и плели рыболовную сеть. Ребятишки сидели рядом и тихо слушали разговоры взрослых.

– А кому хочется-то? – вздохнула она.

– Бабка Надя пойдет, небось, за внучку воевать?

– А я откуда знаю, – пожала плечами Кикимора.

– Вот ты смешная, как же оставит она ее. Она вон чужих людей приютила, жилье выделила, а тут родную кровинку отдать на растерзание, да ни в жисть такого не будет. Помочь надо бы ей, – качнул он головой.

– Давай поможем, – согласилась с ним Кикимора.

– Ты-то только не лезь туда, – он строго посмотрел на нее.

Дед Степан замолчал, его пальцы на мгновение замерли, а затем снова задвигались, завязывая узлы. Он глубоко вздохнул, словно пытаясь собраться с мыслями.

– Ну что ж, – наконец сказал он, – если баба Надя решит идти, то ей понадобится помощь. Одна она с Мороком может и не справиться.

– Ты прав, – кивнула баба Лена. – Но кто пойдет с ней? Ты?

– А почему бы и нет? – пожал плечами дед Степан. – Я хоть и старый, но еще кое-что могу. Да и сеть у меня есть, – он показал на свое плетение. – Может, пригодится.

– Сеть? – удивилась баба Лена. – Ты думаешь, Морока как рыбу поймать?

– А почему бы и нет? – усмехнулся дед. – Всякое в жизни бывает.

Ребятишки, сидевшие рядом, переглянулись. Самый старший из них, мальчик лет семи, робко спросил:

– Дедушка, а кто такой Морок?

Дед Степан задумался, как бы объяснить ребенку так, чтобы не напугать его, но и не солгать.

– Морок, внучек, это... как туман, только живой. Он может запутать тебя, сбить с пути, заставить забыть, кто ты есть. Но если знать, как с ним справляться, то он не так страшен. Иногда и он нужен, чтобы, например, следы запутать или врага с толку сбить, или чтобы забыть что-то тяжелое и нехорошее.

– А баба Надя знает, как с ним справиться? – спросила девочка помладше.

– Баба Надя знает многое, – ответил дед Степан. – Но даже ей иногда нужна помощь.

– А мы можем помочь? – спросил мальчик.

– Нет, – строго сказал дед. – Ваше дело – сидеть здесь и учиться. А с Мороком разберутся взрослые.

Баба Лена вздохнула и встала.

– Ладно, Степан, я пойду. Вечером тогда с тобой до нее дойдем, поговорим с ней, а то же если она сгинет, то кто будет за границей следить?

– Вот и я о том, и девку отдавать нельзя, и старой помочь надо бы, – согласился с ней Степан. – Мы сейчас целую армию соберем против него, ишь чего тут придумал, наших девок забирать. Надо еще этого, как его, забыл, как звать, в общем, ведьмака с собой позвать.

– Захаром его кличут, – ответила баба Лена.

– Вот его и баламошку Ваську. А ты дома останешься.

– Это почему это? – она на него сердито глянула.

– Будешь за домом и Иркой присматривать. Мало ли чего Морок надумает, вдруг решит дитям навредить или Ирке. А ты же вон дама у нас опытная, знаешь кое-какие заговоры, да амулеты всякие развесить можешь и там всякие знаки нанести.

– Я с бабой Надей поговорю, пусть она решит, нужна ли ей моя помощь или нет, – нахмурилась баба Лена. – А то ишь выискался тут начальник, указывает, что мне надо делать.

– Ишь ты, какая, все, хвост распушила и рассуждает тут сидит, – дед сердито на нее глянул.

– Я сколько лет без указателей прожила, и ничего, выжила без сопливых.

Она встала с завалинки, фыркнула и пошла в избу.

– Фу ты нуты, нас еще никто никуда не звал, а мы с Ленкой уже поцапались, – дед почесал затылок.

Она гордо задрала нос, фыркнув в последний раз, и громко захлопнула за собой дверь избы. Дед Степан остался сидеть на завалинке, продолжая вязать сеть, но его мысли были далеко. Он понимал, что ситуация серьезная, и баба Надя действительно может оказаться в опасности, а вместе с ней и вся деревня.

Ты чего не предупредил?

Вечером около избы бабы Нади собралась целая толпа. Пришли Захар с Василисой, Кикимора с дедом Степаном и даже Леший с псом Пушком, на котором восседала Груша. Они стучали в окна и дверь, но им никто не открывал.

– Опоздали, что ли? – нахмурился дед Степан.

Он дёрнул за ручку и чуть не упал – дверь оказалась не заперта. Все вместе они зашли в избу.

– Афоняяя! – прокричала Груша. – Афоняяя!

– Чего тебе? – выглянул домовой из-за печки.

– Где все? – спросила она строго.

– Спят все, – он нахмурился и отвернулся.

Василиса кинулась в спальню к Любе. Та металась по постели из стороны в сторону. Кожа её приобрела синюшный оттенок, а изо рта шёл то ли пар, то ли дым, а может, и туман. Василиса приложила ладонь к ее лбу и почувствовала, как холод проникает в нее через кожу. Тут же одернула руку и потрясла ей, пытаясь стряхнуть с себя неприятные ощущения. Она потерла ей об юбку, чтобы вернуть себе тепло.

В комнату к бабе Наде зашла Кикимора. Надежда лежала на кровати, вытянувшись и сложив руки на груди. Глаза под тонкой кожей век подрагивали.

– Плохо дело, – поморщился дед Степан. – Ушла Надька без нас и ждать не стала. Шиш теперь её там найдёшь.

– Ты чего нас раньше не позвал? – накинулась Груша на Афоню. – А то не видел, что с ними происходит. Ты домовой или лепёшка коровья? Толку от тебя нет никакого.

– Я думал, они просто спят, - насупился домовой.

– Индюк тоже думал, да в суп попал. Где твои глаза были? А чуйку совсем на молоке и сливках растерял?

– Хватит собачиться, - прикрикнул на них дед Степан. - Руганью делу не поможешь.

– Попробую я их поискать, – вздохнула Василиса. – Может, найду.

– А если сама там сгинешь, как в прошлый раз? – спросила её баба Лена.

– Ничего страшного, я там уже всё знаю, так что не пропаду,