Блог «Серп и молот» 2025 - Петр Григорьевич Балаев

занимали. А где же они этому научились? Или это божественное озарение было? Конечно, большевики прошли эту школу не у какого-то старца в Курейке, как про Сталина сочиняют, а в недрах своей партии, занимаясь партийной деятельностью. И мои товарищи сами теперь видят, что работа в нашей еще небольшой организации — это уже серьезная школа руководящей и управленческой деятельности. И уже вопросы серьезные поднимают. И конфликты уже серьезные возникают.

Пожалуй, самое показательное — это конфликт между нашими товарищами из Воронежа и ЦК, теперь уже бывшим ЦК. Суть конфликта — стремление некоторых граждан руководить с позиции «я начальник, ты — дурак», в игнорировании всех демократических процедур, работать по принципу «вы меня выбрали, теперь в рот мне смотрите». Вадим Цуканов пробовал ЦК несколько раз объяснить, что нарушаются принципы демократического централизма, но его никто не хотел понимать.

Дело еще в том, что Вадим был абсолютно прав в своих требованиях, но только, Вадим, то, что ты поднимал — это не совсем про демократический централизм. Ты, выступая с абсолютно справедливыми требованиями и предложениями, немного напутал, в результате и мы с Дмитрием Юрьевичем Жученко сразу не поняли. Дмитрий Юрьевич даже успел написать письмо в ЦК, которым потом часть его членов размахивала перед тобой. Есть только один момент — Жученко письмо отозвал. Но это не помешало тем, судьбу которых будет решать ближайший съезд (да они, по сути, сами свою судьбу уже решили — разбежались, как крысы), ответом Жученко нам в глаза тыкать. И когда я членам ЦК объяснял суть твоих требований и предложений — там уши затыкали, слушать не хотели. Потому что твои предложения противоречат всему, к чему привыкли те, кого называют руководителями. То, что называется коллективным руководством, в КПСС исчезло сразу после смерти Сталина под крики о возвращении к коллективному руководству. И уже никогда не возвращалось на государственном уровне. Очень и очень редкие руководители разных уровней к таким принципам приходили самостоятельно, я сталкивался с такими, и сам эти принципы применял, а потом мы, глубже погружаясь в эту проблему, узнавали, что изобретали велосипед.

И теперь у нас в центральной окружной организации Вадим Цуканов с товарищами нащупали эту проблему и начали тоже «изобретать велосипед». За что я перед ними шляпу снимаю. Молодцы. Самостоятельно и так быстро понять суть коллективного руководства — это, ребята, вы молодцы. Вы пока почти ощупью идете, но вы на правильном пути.

И, как всегда это бывает, найдутся разные эксперты, которые сейчас будут делать удивленные лица — а что такого сложного и неизвестного в коллективном руководстве? Да всё сложно и неизвестно. Весь велосипед приходится заново изобретать. Я это лучше расскажу на примерах из своего чиновничьего опыта…

* * *

…Примерно через полтора года начала моей службы в оперативно-розыскном отделе Гродековской таможни, сначала старшим оперуполномоченным, я стал ненавидеть свою работу. Утром даже с кровати вставать не хочется и на работу собираться, просыпаешься и уже плохое настроение. Идешь в таможню как на каторжный урановый рудник. Заранее уже знаешь, что утро начнется с рёва ужаленного тарантулом в задницу верблюда. И еще несколько раз за день это слышать придется и в конце дня. Наверно, вы поняли, что ревел верблюдом мой начальник, тогда начальник оперативно-розыскного отдела.

Нюанс еще был в том, что мы с Серегой после пары «приключенческих историй» сдружились, мы поняли, что можем друг на друга надеяться, если что. И в его доме я не редким гостем был, и родителей его я знал, брата его. И его сын — дошкольник, если жена Сергея с ним на работу к мужу приходила, сразу бежал ко мне и — на колени. Как братья с Серегой были.

Но рабочие отношения постепенно дошли до того, что периодически я взрывался и мы ругались так, что стекла в кабинете дрожали. Доходило до того, что даю ему свою рабочую тетрадь с планом на день на утверждение этого плана, он читает в ней:

9.00 — послать начальника на…

12.00 — еще раз послать начальника на…

18. 00 — конкретно послать начальника на…

20.00 — послать начальника еще конкретней. И пожелать спокойной ночи.

Потом мы с Серегой мирились, обычно брали пиво и селедку, шли к нему домой после работы и:

— Григорьич, про работу не говорим, лучше про женщин и политику.

Через день–два всё заново начиналось. А проблема этого была на виду. И об этом весь отдел знал. Дело в том, что Серега был начальником оперативно-розыскного отдела, но никогда сам оперативно-розыскной деятельностью в качестве оперативника не занимался, он эту работу не только не знал, но еще и побаивался ее. Так случилось, что когда в таможне вводилась оперативно-розыскная деятельность, из ее правоохранительного блока уволились все бывшие сотрудники милиции, которые имели опыт ее ведения. Тогда мы переходили под погоны и пенсионерам других правоохранительных органов и армии, служивших на таможне, перестали выплачивать пенсии, они и ушли. И у нас в отделе никто не имел опыта ОРД, никто у нас до таможни в других правоохранительных органах не служил. Поэтому любого из нас, кто попал в оперативно-розыскной отдел, можно было назначать его начальником. Разницы между нами никакой в плане профессионализма не было. Но Серега — бывший командир-десантник, «рязанка», фактура — гренадер, командирский голос. Можно было портрет типичного грозного начальника с него рисовать. Вот его и назначили начальником отдела. А эта должность позволяла ему самому не заниматься оперативной работой, а руководить ею. Разницу чувствуете?

Оперативная же работа не настолько сложна в плане того, что в ней много знать нужно, как в плане психологическом, ее же основа — агентурная работа, а вербовка — это только в кино просто делается. На самом деле — это… Вот только представьте всего одно из мероприятий по подготовке вербовки — вам нужно опросить круг общения того, кого вы завербовать хотите. Родственников, сослуживцев, бывших однокашников, приятелей… Собрать максимум информации об объекте вербовки. И так, чтобы ни у кого из опрашиваемых даже тени подозрения не возникло, зачем вы это делаете. Представляете? Нет, пока сам этим не начнешь заниматься, толком и не представишь. А потом еще работа с агентурой — это отдельная песня. Поэтому в оперативники люди попадают: 1) по дурости, думая, что там романтика как в кино; 2) потому, что так судьба распорядилась, другой работы не было — так у меня было.

Нам, рядовым операм отдела, пришлось этой работой заниматься, нам деваться было некуда. И,