ФСБ. Бывших не бывает? - Валерий Владимирович Пирогов

с точностью до наоборот – это был неопытный молодой разведчик ГРУ, впервые выехавший за границу и пойманный иностранной разведкой в банальную «медовую ловушку». Ущерб от его предательства был небольшой, но наказание суровое, правда, расстрел ему вскоре заменили на 15 лет заключения, который он отбыл полностью. Простой и наглядный пример-предостережение для дураков. Однако позже так же поступил его коллега из ГРУ полковник Бохан, и не только он.

Зато о Сметанине Евгений Евгеньевич Чернышов после года работы над книгой, казалось, уже знал абсолютно всё:

– грамотный разведчик, выходец из многодетной рабочей семьи, в начале службы стремился любой ценой сделать хорошую карьеру и имел все перспективы для дальнейшего роста;

– однако стремление во что бы то ни стало «выбиться в люди», стать богатым и сделать карьеру с помощью высокопоставленного политработника, не считаясь с интересами коллектива, толкнуло его на путь предательства;

– польстившись на увиденное на Западе, он не только сам предложил свои услуги ЦРУ и потребовал за это сразу очень большие деньги, но и втянул в шпионскую деятельность свою жену (беспрецедентный случай!);

– выдав ЦРУ данные о деятельности резидентур ПГУ, КГБ и ГРУ в Лиссабоне, а также об известных ему агентах, завербованных советской разведкой в Португалии, Сметанин нанес большой ущерб деятельности разведки;

– он единственный из всех предателей в советской разведке, кто обучил и заставил жену добывать материалы, интересующие американскую разведку;

– он был расстрелян, а его жена получила 5 лет тюрьмы за соучастие в его шпионской деятельности;

– принято считать, что первоначально достаточно точную наводку на шпиона в лиссабонской резидентуре, которым оказался Сметанин, дал завербованный ПГУ КГБ сотрудник ЦРУ Эймс.

Пикантной особенностью шпионской карьеры Сметанина стала почти абсолютная идентичность его судьбы с Эймсом. Когда Сметанин инициативно пришел с предложением сотрудничества за 360 тысяч долларов к американцам, в то же самое время Эймс пришел в советское посольство и предложил свои услуги в обмен на 50 тысяч. Правда, в итоге Сметанин заработал чуть больше 300 тысяч, а Эймс – 2 миллиона долларов. Оба они были преданы другими шпионами. Сметанина сдал именно Эймс, а Эймса – сразу несколько негодяев из СВР.

Сметанина расстреляли, а его жене дали пять лет тюрьмы, Эймса приговорили к пожизненному заключению, потому что в этом штате была отменена смертная казнь, а его жене тоже дали пять лет. Ирония судьбы. Оба на следствии рассказали всё о своей деятельности, правда, Эймс сумел найти хоть какое-то оправдание своему падению, а Сметанин врал, старался обмануть и запутать следствие, но в итоге рассказал всё…

Контрразведка в процессе выявления и пресечения его шпионской деятельности действовала по-разному. Контрразведчики в посольстве СССР в Португалии просмотрели момент вербовочного подхода к Сметанину и недостаточно остро среагировали на первые признаки его шпионской деятельности. Первый отдел военной контрразведки, получив сигнал о возможной вербовке сотрудников ГРУ за рубежом, достаточно оперативно вышел на конкретных подозреваемых лиц. Четко и эффективно был проведен этап разработки и пресечения шпионской деятельности Сметанина.

Вместе с тем на этапе задержания из-за недооценки профессионализма шпиона он на несколько дней полностью выпадал из поля зрения контрразведки, что создало нервозность в работе и могло иметь негативные последствия.

Со Сметаниным в основном тоже всё было ясно – это способный молодой офицер, который использовал все доступные ему возможности, чтобы сделать успешную карьеру, но, оказавшись за границей, вдруг понял, что есть способ быстро получить всё, о чем мечтал, – богатство и известность (славу), а то, что ценой этого должно было стать предательство, его не только не смутило, наоборот, подтолкнуло к тому, чтобы решительно сжечь мосты.

Сметанин – циничный рафинированный изменник Родины, захотевший стать шпионом, разбогатеть на предательстве, чтобы потом жить на Западе. Он – очень примитивный в своих желаниях и поступках образец презираемого всеми, в том числе и хозяевами американцами, предателя – к такому выводу пришел Евгений Евгеньевич.

Но что-то вновь и вновь заставляло писателя возвращаться к трагической фигуре этого шпиона. Незримые нити как бы соединяли Сметанина с десятками тех, кто встал на аналогичный преступный путь до него и после. Что же?

Опытный разведчик ГРУ полковник Васильев, выехавший в загранкомандировку накануне увольнения в запас, аналогично Сметанину инициативно предложил услуги американской разведке, чтобы обеспечить себя материально перед уходом на пенсию. Ценой за предательство стал расстрел. Единственно, что отличало его от Сметанина, – это абсолютно честная жена, которая ничего не знала о двойной жизни мужа. Это был предатель и старый дурак, хотя теперь всё это в прошлом…

Первый отдел военной контрразведки провел его оперативную разработку, что называется, без сучка без задоринки, быстро и результативно. Виктор Дмитриев также участвовал в этой операции, за что был награжден телевизором.

Евгений Евгеньевич показал свои заметки знакомому генералу из Службы внешней разведки Старостину. В конце девяностых у многих ветеранов и действующих сотрудников российских спецслужб проснулся интерес к творчеству. Десятки полковников и генералов ФСБ, СВР, других силовых и правоохранительных органов написали по одной-две книги и стали членами Союза писателей России. Чернышов был знаком с некоторыми из них.

Старостин внимательно прочитал записи и, подозрительно взглянув на него, проворчал:

– Да, Евгений Евгеньевич, с тобой надо держать ухо востро. Ты не только многое из услышанного тобой в случайном разговоре фиксируешь, но и анализируешь…

– Беру пример с Шерлока Холмса и его ученика писателя-шпиона Флеминга: мои помощники – индукция плюс дедукция, а также изучение опыта профессионалов разведки, к которым я не принадлежу, но имею честь быть знакомым с лучшими представителями…

Старостин, довольный хитрой лестью, улыбнулся, но ход мысли не потерял:

– Так вот, дорогой мой писатель, ты сумел подметить несколько очень важных особенностей и тенденций в мутном болоте предательства, в которое мы довольно глубоко погрузились, начиная с горбачевской перестройки…

– Этого не видит только слепой! – заметил Чернышов.

– А вот тут ты ошибаешься. Этого не видят те, кто не хочет это признавать, а таких немало. Но я о сути – ты четко подметил причины и новые тенденции, а это опасные выводы, – глубокомысленно заметил генерал.

– И что из этого следует? – поинтересовался Чернышов.

– Продолжай писать свои заметки… в стол, – последовал ответ.

– Удивил! Я только и занимаюсь в последнее время тем, что пишу в стол, – констатировал седоусый писатель.

– А я не могу понять, что случилось с нашей разведкой, – с обидой произнес генерал, – ведь за годы советской власти в стране много чего было – репрессии и великая победа над фашистской Германией, холодная война и брежневский застой, но во все времена у нас были самые эффективные спецслужбы в мире и самая сильная разведка. Что происходит сейчас? Ну, предателей я понять могу, об этом неплохо сказано в твоих