Все грехи мира. Книга 1 - Алексей Ракитин

Hichborn) подал на имя Губернатора Персиваля Бакстера (Percival Proctor Baxter) доклад, в котором просил последнего вмешаться и своей властью помиловать Ламберта. Впоследствии этот доклад был издан в виде отдельной брошюры, стал широко известен и ныне признан в США в качестве своего рода эталона юридического красноречия. Во многих американских высших учебных заведениях он изучался как образчик того, как надо готовить судебные речи. Сейчас текст, представленный Хичборном губернатору штата, доступен в интернете под названием «Генри Ламберт… Аргументированный призыв к гуманности и справедливости, адресованный губернатору и совету» («Henry Lambert… A plea for humanity and an argument for justice before the governor and council»), любой может ознакомиться с ним безо всяких проблем.

В своём докладе юрист проанализировал ту сумму доказательств, на основании которых Ламберт был отправлен в тюрьму и подверг их обоснованной критике. Хичборн показал, что все те якобы улики, составлявшие базу обвинения, по сути своей уликами не являются и непредвзятым судом должны были быть исключены из рассмотрения.

Хичборну к тому времени уже исполнилось 64 года и его адвокатский стаж составлял почти четыре десятка лет. Но он являлся не только адвокатом, но и крупным бизнесменом, в частности, на момент описываемых событий Хичборн был Президентом одного из крупнейших банков штата — «First national granite bank of Augusta». Поэтому своё слово он мог подкрепить весомой поддержкой в средствах массовой информации и коридорах власти. Уже 22 мая доклад адвоката был опубликован, так что мы можем не сомневаться в том, что Хичборн расценивал гласность как важный элемент успеха затеянной им игры.

Губернатор Мэйна оказался в ситуации довольно непростой. Хотя, вполне возможно, что он полностью разделял взгляды Хичборна и искренне поверил в невиновность Ламберта. Но важно было обставить освобождение узника юридически корректно. В результате обе стороны — адвокаты осужденного и представители органов власти — пошли путём довольно извилистым. Доклад Хичборна было решено рассмотреть в Совете по помилованиям при Губернаторе штата, хотя формальных оснований для запуска процедуры помилования не имелось. На заседании Совета выступили представители Департамента юстиции штата, неожиданно признавшие необоснованность приговора 1901 г. Совет по помилованиям рекомендовал губернатору Персивалю Бакстеру признать Ламберта невиновным по существу предъявленных ему обвинений. Губернатор, опираясь на мнение Совета, отменил приговор в отношении Генри Ламберта и объявил его полностью невиновным. Фактически Губернатор штата принял на себя роль судебной власти, точнее, подменил её собственной волей. Это очень редкая юридическая коллизия, за более чем двухвековую историю штата Мэйн таковых случаев было всего 4.

Генри вышел на свободу, что с ним было дальше — неизвестно. Это хороший знак, мы можем быть уверены, что он не нарушал закон и не попадал более в каталажку, в противном случае его история получила бы продолжение. Ламберт не совершал насильственных преступлений до своего осуждения в 1901 г. и, по-видимому, не делал этого и после освобождения в 1923 г. Мы не можем сказать, что история убийства семьи Аллен закончилась для него хорошо, но он, по крайней мере, остался жив! Ведь всё могло сложиться много хуже…

Что именно, почему и в какой последовательности произошло на ферме у Спектакл-пондс правоохранительные органы представляли весьма смутно как в момент осуждения Генри Ламберта, так и при его освобождении. Многие — многие десятилетия никто не связывал эту трагедию ни с тем, что случилось в ноябре 1900 г. Трентон-Корнерс, в Нью-Джерси, ни с тем, что происходило после. Современники считали эти происшествия разрозненными случаями и пройдёт очень много времени, прежде чем из разрозненных фрагментов начнёт складываться весьма причудливый пазл.

Или всё-таки не начнёт?

8 декабря 1904 г.

В ночь на 9 декабря 1904 г. в небольшом поселении Трентон, штат Южная Каролина (не следует путать его с городом Трентон в штате Нью-Джерси!) вспыхнул дом 42-летнего торговца Бенджамина Хьюга (Benjamin Hughes). Хотя Трентон в то время являлся совсем небольшим населенным пунктом — менее 200 жителей — тем не менее, близость соседей и быстрота их реагирования на опасность дали результат, которого мы не видели в описанных ранее случаях. Сбежавшиеся на пожар жители Трентона дружно бросились тушить огонь и в этом им помог сильный дождь. Декабрь в Южной Каролине не самый дождливый месяц, но поскольку климат в этом штате вообще довольно влажный, то даже в начале зимы хляби небесные разверзаются примерно через два дня на третий, а то и чаще.

Сильный дождь, пошедший в ночь на 9 декабря помог жителями Трентона затушить пламя, поэтому хотя дом Хьюга и пришёл в полную негодность, нижняя часть помещений уцелела, что помогло довольно полно восстановить картину случившегося. Правда полнота эта, как мы вскоре увидим, лишь запутала следствие и загадала ряд загадок, ответы на которые оно так и не сумело найти.

Уже первый осмотр показал, что дом явился местом преступления, о чём ещё до наступления рассвета были поставлены в известность власти округа Эджфилд (Edgefield county), на территории которого находился Трентон. Окружной прокурор Джон Уилльям Тармонд ((John William Thurmond) утром 9 декабря лично прибыл на пожарище, для того, чтобы увидеть место преступления и оценить улики. В данном случае мы видим весьма похвальную оперативность правоохранителей, так контрастирующую с ленивой неторопливостью властей округа Пискатакус в штате Мэйн, которую мы видели в главе, посвященной убийству семьи Аллен в мае 1901 г. Тогда, напомним, окружные шериф и прокурор ехали к месту преступления более суток.

Упомянутый прокурор Тармонд являлся человеком во многих отношениях весьма примечательным. На момент описываемых событий ему исполнилось 42 года и он находился в должности уже 6 лет, проявив себя осторожным и рассудительным юристом. К слову сказать, он являлся отцом Джеймса Строма Тармонда, одного из самых известных политиков Южной Каролины, исполнявшего обязанности федерального сенатора на протяжении 48 лет и даже выдвигавшегося на пост президента США во время выборов 1948 г. Почти нет сомнений в том, что Джеймс Стром Тармонд по своим внутренним убеждениям являлся расистом, хотя и скрывал свои чувства под маской толерантности. Он выступал против законов десегрегации, призывал приостановить процесс уравнивания прав белых и чёрных жителей южных штатов, приветствовал силовые методы противодействия движению за равноправие цветного населения. Эти воззрения он вынес из детства, а родился он за 2 года до описываемых событий. Поэтому мы можем быть уверены в том, что и отец его, окружной прокурор Джон Тармонд, также придерживался расистских убеждений.

Как увидим из дальнейшего, эта деталь имеет в нашей истории определенное значение.

Что же показал осмотр пожарища? Бенджамин Хьюг проживал в доме вместе с женой Евой, также 42 лет, и двумя дочерьми — 19-летней Эммой (Emma) и 14-летней Хэтти (Hattie). Все четверо были убиты, но по-разному. Ева и дочери находились