Лисий переполох - Екатерина Александровна Боброва

Где-то вдалеке одиноко и тоскливо провыл волк. Хищников манил запах крови.

Девчушка покосилась на меня с сомнением, поморщилась, повела раненным плечом, потом решилась:

- Пусть Небо и Земля будут свидетелями, я, Жэнь Шаоюй, даю кров лисьему народу на год в обмен на помощь и защиту моего дома.

Хитро. Она меня берет к себя, а в обмен просит решить ее проблемы. С другой стороны, еще неизвестно у кого этих самых проблем больше.

- На моей земле не причинять вреда невинным и не порочить честь семьи.

Кивнула.

- Разумеется.

- Тогда помоги сесть в повозку, - попросила девушка, бросая тревожный взгляд в лес. Боится, что нападающие вернутся проверить мертва ли жертва? Или волки придут полакомиться мертвецами?

- Кто на вас напал? Разбойники? – спросила, подставляя ей плечо.

- Не знаю, - со стоном – движение потревожило рану – ответила она. – Все так быстро случилось, я не успела их разглядеть.

И сказано было так, что я ощутила промелькнувшую в словах ложь. Какая-то у нас с ней странная игра выходит, словно мы обе лисы и прячем друг от друга мышей.

- Цин Ли жалко, - всхлипнула она вдруг, оборачиваясь и бросая страдальческий взгляд на мертвую служанку.

- Мы пришлем кого-нибудь их забрать, - твердо пообещала я, - и ты сможешь ее оплакать и похоронить.

Девчушка убито кивнула. Я помогла ей забраться в повозку, кинула туда одеяло, и она с благодарностью укуталась в него. Несмотря на мое лечение, ее начало потряхивать.

Разместившись на передке, я подобрала вожжи.

- Пошла, - щелкнула ими. Лошадь ответила недовольным фырканьем, но послушно тронулась с места. Волки ее тоже тревожили.

Я опустила вожжи, позволяя животному самому выбрать дорогу, и повернув направо, мы с успокаивающим скрипом покатили по лесному тракту.

За спинами на поляну слеталось воронье.

Некоторое время ехали молча.

- Расскажи о себе, - попросила я девушку. Раз она представит меня семье, нужно хоть что-то о ней знать. Мне не ответили. Встревоженная я заглянула в повозку. Шаоюй без сознания лежала на скамейке. Но хоть дышала.

- Тише, не тряси, - прикрикнула я на лошадь, хоть та и так еле копыта переставляла. Животина обиженно шевельнула ушами и укоризненно вздохнула.

Примерно через час лес впереди начал редеть, обнадеживая просветами. Появились первые вырубки. Дорога стала шире, ухоженнее.

Я ехала, размышляя о том, куда меня в итоге занесло бабкино проклятье. Вряд ли это прошлое. Не слышала я, чтоб в Китае драконы дарили людям жемчужины, как и об исцелениях энергией. Другой мир? Вполне может быть. Но если я смогла вытянуть сюда тело, смогу и вернуться. В теории.

Мы выехали на простор - справа и слева потянулись поля, а впереди меж редких деревьев темнели крыши домов. Я выдохнула – сомневаюсь, что кто-то посмеет напасть вблизи деревни, и тут нам в спину ударил перестук копыт: громкий, нагоняющий, не оставляющий шанса избежать встречи. Да и куда прятаться, если мы в окружении полей, на которых зелеными полосками виднелись ростки озимых.

- Господи, пронеси их мимо, - прошептала, потеряно глядя по сторонам. Потом поспешно осмотрела себя. Ну конечно! Смело в вурдалаки записывать можно. На ханьфу темными пятнами выделялась кровь. Еще и лицо, небось, испачкано. Про руки молчу. И я попробовала спрятать их в рукава.

Топот неумолимо приближался. С испуга показалось – за нами целая армия гонится. Я поспешно направила повозку к краю дороги, чтоб не затоптали.

- Стоять! – оглушило меня окриком, а в следующий миг повозку тряхнуло – рядом со мной приземлился мужчина, и я ощутила холод лезвия у горла.

Приехали. Нас окружил с десяток всадников, беря в плен. Лошадь, предательница, и не думала сопротивляться, меланхолично подергивая хвостом.

- Отвечай, где Жэнь Шаоюй! – заорал мне в лицо какой-то парень в темно-синем ханьфу. Его пальцы клещами сжали мое плечо.

Нас догнали те самые «проблемы», о которых говорила девчонка? Или это свои? Мой подсказчик без сознания валялся в повозке.

- Говори, если жить хочешь! – парень тряхнул меня так, что зубы клацнули друг о дружку.

Ответом внутри поднялась волна ледяной ярости. Я вскинула на него взгляд, прищурилась.

- А если нет? Убьешь?

После нескольких часов среди мертвецов я устала бояться.

- Как ты смеешь неуважительно разговаривать с господином?! – возмутился охранник.

Я поймала лезвие двумя пальцами, отодвинула от горла.

- Не люблю, когда мне угрожают, - подарила господину кривую ухмылку.

И тут за спиной донеслось слабое:

- Братик…

Меня отпихнули в сторону, в объятия того самого… с мечом. Мужчина ухитрился одной рукой не дать мне упасть, второй отводя в сторону меч.

- Не дергайся, - предупредил он сурово, давая понять, что ничего еще не закончено.

Из повозки доносился горячий шепот, перемежаемый слабыми ответами девчонки.

Я старательно прислушивалась, боясь пропустить хоть слово. Итак, грозный парень – ее старший брат. Кто-то предупредил его о слежке за сестрой – одному из слуг удалось сбежать до нападения на отряд. Вот парень и сорвался с отрядом личной стражи. Прибыл на поляну, а там лишь трупы – повозки нет. Обезумев от страха, понесся по следу колес. А когда увидел меня – всю в крови, так и вовсе голову потерял. Повезло - не прирезал.

Я вспомнила его бешенный взгляд и зябко передернула плечами. Красивый и дико жестокий… Внутри жалобно проскулила лиса, предлагая держаться от опасного красавчика подальше.

Да, я ее чувствовала – свою звериную половину. Большую часть времени она спала, просыпаясь лишь в минуты опасности или сильных переживаний, и тогда к моей панике добавлялась ее… И было непросто разделить эмоции. Вот такая клиника…

Дальше разговор пошел обо мне. То, что я спасла Шаоюй, мне было известно, а вот то, что мы учились с ней в одной школе целителей… Сюрприз. Как и то, что я единственная дочь владельца травяной лавки, живем мы в соседнем городе за горой, и вместе с отцом я как раз собирала в этом лесу травы, когда на нас напали… Похоже, те самые негодяи. Мне удалось бежать, а отец пожертвовал собой, уводя их за собой и был убит.

«Проклятые брачники, совсем совесть потеряли! Охотятся на девиц, словно на зверей!» - гневно воскликнул на этих словах брат Шаоюй.

Охранник сочувственно вздохнул, убрал руку с моего плеча, и я, спохватившись, сделала скорбное лицо.