Свергнутые - Агни Тлеющий

— Ну… Буду, конечно, н-но… С-скорее всего, я не смогу д-даже ударить его н-нормально. Я д-драться не умею…

— Уметь не надо. Надо хотеть себя защитить. Значит бей ненормально. Бей как псих. Используй окружение. Палку, кружку, стул… Еще можешь заорать что-нибудь на языке психов. — я посмотрел на Боба, тот слегка улыбнулся. — Лучше прослыть психом, к которому боятся подойти, чем быть вечной грушей для битья, понимаешь?

— Ну… Наверное… — парень сильно волновался, но в его глазах зажглась искорка. — И тогда он отстанет?

— Может и нет, но в любом случае его мнение о тебе, как о слабой тряпке, изменится. Сам посуди, ты бы стал нападать на психа, действия которого не можешь предугадать?

Боб буквально начал расцветать, заулыбался, представляя как отделает того здоровяка:

— М-может прокусить ему ухо, как тот боксер? Тогда он больше не полезет?

— А ты давно был у школьного психолога, а? — улыбнулся я.

— Да это я просто мечтаю… — вздохнул он. — Драться-то я не умею…

— Драться и не надо. Есть много способов заставить мудака отвязаться. Даже изменившийся тон голоса может заставить его передумать.

Я отпил кофе, а в глазах Боба проклевывалась жизнь. Шестерёнки закрутились, он начал перебирать варианты.

— Предлагаешь отрезать ему руки бензопилой? — с азартом и больным сиянием сказал толстяк.

— Кха-кха! Чего⁈

Я аж закашлялся от неожиданности. Лицо Боба при этих словах было такое мечтательное, будто он уже в красках представил себе эту ситуацию. Прежде чем я успел что-то сказать, на его лице снова появилась беззаботная улыбка.

Вроде бы он просто так пошутил. Сложно сразу понять по незнакомому человеку — шутит он или говорит серьёзно. Но вроде шутит. Вроде…

— Не так категорично, хах! — я усмехнулся и продолжил. — Для начала, когда он подойдет к тебе в следующий раз, то не отводи взгляд при разговоре. И говори нормально. Вот как ты сейчас про бензопилу сказал. Это было уверенно и твердо. Так и говори. Не стесняйся своего голоса и мнения. Это для начала.

— Легко тебе говорить… — вздохнул Боб. — Мой взгляд сам куда-то уходит… Я его не контролирую.

Я скептически осмотрел толстяка. Типичный «Король фастфудной», который только и думает, что о еде. Плечи обвалились вниз, спина скрюченная, взгляд в пол, постоянно теребит пальцы.

— Слушай, Роберт, — я серьёзно посмотрел в глаза пареньку, тот неохотно, но посмотрел на меня. — Пойми одну вещь, если ты не будешь бороться, то вся твоя жизнь так и пройдет — будешь постоянно убегать и прятать взгляд, будешь бояться высказать свое мнение. Ведь если ты его не озвучиваешь, значит о тебя можно вытирать ноги.

Боб хотел что-то сказать, и даже поднял палец, поправив очки, но после того, как мы снова столкнулись взглядами, опустил руку и отвел глаза.

— У тебя ведь есть свое мнение? — спросил я.

— Есть… — тихо сказал он и поднял глаза на меня.

— Так и не бойся его озвучить и отстоять. — я хлопнул Боба по плечу, от чего тот вздрогнул. — И выпрямись уже! Что ты ходишь, как сутулая собака? Выпрямись, подними взгляд и выскажи свое мнение.

Боб попробовал раскорячить свою спину. Оказалось, что он не такой уж маленький, каким хочет казаться. Если бы он начал заниматься и поднял свою самооценку с пола, то из него мог бы выйти неплохой высокий боец.

— Я попробую… — сказал Боб.

— Вот и отлично. Потом расскажешь, как ощущения. Твой мир сразу поменяется. — я улыбнулся слегка зловеще. — И эти изменения сначала тебе точно не понравятся.

— Но…

— А ты заметил? — я встал из-за стола и задержался с кружкой в руке. — Последние несколько минут ты почти не заикаешься?

— Да? — он удивленно взглянул на меня и покусал губы, будто проверяя на месте ли его рот.

— Ага. Ну бывай, Бобо. — я махнул рукой и отправился с кофе обратно к себе в комнату.

А Роберт остался на кухне обдумывать услышанное.

* * *

Вечером большинство учеников пошли в город. Всем хотелось гулять, развлекаться, тусоваться, шататься по магазинам и просто наслаждаться жизнью. Всё-таки жизнь в 18 лет для большинства это непрерывные тусовки, знакомства и впечатления, о которых не принято рассказывать в более возрасте.

Я же не из тех, кто любит такие гуляния. Я б лучше посидел дома, посмотрел бы что-нибудь или почитал. В тишине и одиночестве. Иногда есть настроение потренироваться, потаскать железки, или поупражняться на турниках, но я никогда не пойду «тусоваться». Это напрасная трата времени и денег.

В школе было только одно правило — вернуться до 12 ночи, но что-то мне подсказывает, что немногие подчиняются этому требованию. Ночная охрана на КПП, вообще, обычно спит или «смотрит в другую сторону», когда вваливаются подвыпившие ученики.

Я решил просто прогуляться по району, подышать вечерним прохладным воздухом, осмотреться, где мне теперь придётся жить. Здесь я никогда не был и жил на другом конце мегаполиса. Если задержусь тут дольше чем на месяц, то надо будет сдать свою квартиру, что ли…

Райончик так себе. Мне больше по душе тихие спальные дворики, здесь же кипела ночная жизнь. Повсюду клубы, дорогие магазины и рестораны. Кроме этого по вечерам на охоту выходят львицы — полуголые и симпатичные девушки. И не всегда эти качества были в одной и той же девице. Клубы, бары, и прочие ночные заведения только начали свою работу и манили народ яркими кричащими неоновыми вывесками и красотками на входе. Неподалеку от них стояли мордовороты в черном.

Да… Пожалуй это последняя моя прогулка, лучше бы остался на территории школы. Здесь слишком шумно и слишком людно.

В кармане завибрировал телефон, заиграла песня из знаменитого фильма.

«You're the Best Around!..»

— Слушаю. — я принял вызов с незнакомого номера.

— Семёнов? Здарова, это Валера.

— Какой Валера?

— В школе сегодня виделись. Момент с толстым очкариком помнишь?

Я потер глаз и посмотрел на зеленый сигнал светофора, двинул на другую сторону дороги.

— А, паренек с огненным ударом. Помню. Что хотел?

Спрашивать его откуда узнал мой номер — бессмысленно. Сейчас можно найти что угодно и на кого угодно, было бы желание.

— Мы сегодня познакомились не при самых… — он сделал паузу, — скажем так, не при лучших обстоятельствах. Приходи к нам в бар, познакомимся нормально. Я угощаю!

Голос этого Валеры был твёрдым, решительным, но дружелюбным. Нет никакой «бычки», как в школьном дворе, никакого наезда. И идиоту понятно, что ему что-то от меня нужно. Что именно? Отомстить на своей территории? Всё-таки многие ученики видели, как он огреб от меня, а это сильнейший удар по самолюбию и