Юность, 2026 № 03 - Журнал «Юность»

коричневые листья и ошметки веток, лежала сорока. Один глаз в снегу, другой закрыт. Тонкие лапки прижаты к себе. Растерзанное брюхо прикрыто крылом, переливающимся на свету. И хотя жизнь ее оставила, выглядела птица ухоженно. Пышный хвост расправился будто напоказ.

Чем дольше ботаны рассматривали птицу, тем тише становились. Казалось, к этой плотной тишине можно было прикоснуться.

– Вот блин, – промычал ботан.

– Надо закопать, – заключил другой.

Он поднял ветку и ткнул ею в мерзлую землю. Маленький комок попал птице на перья.

– Не получится, – решил он.

– Нужна лопата.

Троица вернулась в школу со звонком. Пока орава детей бежала на занятия, ботаны шли сквозь толпу с уверенностью на лицах. Без стука открыли дверь кабинета труда: в носы забрел запах лака и деревянной стружки. Внутри без дела скучали дети в синих халатах, а перед ними за столом сидел трудовик. Весь красный, уставил на класс пьяненький взгляд.

Увидев ботанов, он небрежно улыбнулся.

– А можете дать нам лопату? – спросили они.

– Зачем? – удивился трудовик.

– Птицу закопать.

Младшие очнулись от скуки. Трудовик же побелел и рассердился. С лица сошла легкость от выпитой рюмки. Он выпрямил плечи. Спросил: – Какую еще птицу?

– Там у калитки птица умерла. Мы ее закопать хотим.

Трудовик скрестил руки на груди и оглядел ботанов, выискивая правду и ложь. Суетливо постучал пальцем по рубанку и, облизав губы, пробасил: – За шкафами.

Ботаны спешно полезли туда. Внезапно для младшего класса и ботанов трудовик закричал: – Только это! Берите с округлым железным полотном! Земля сейчас твердая может быть!

Держа лопату подальше от плитки, ботаны прошли коридор. Их шаги эхом расходились по школе.

У раздевалки, завешанной куртками, ботанов встретили пацаны. Одетые хорошо, в сорочки, прямо как взрослые. Заметив лопату, один из них, усач, вскочил и преградил ботанам путь.

– Эй, уроды! – шипел пацан. – На хрена вам лопата? – Мы идем птицу закапывать, – ответил один из ботанов.

– Чего?

– Там птица у калитки умерла, похоронить хотим.

– Брехня! И вы копать идете?

– Ну да.

Не поверив словам ботанов, пацан пошел за ними на улицу. Сомнений не осталось, когда он увидел тело, под которым таяла снежная простыня. Пацан достал сигарету и, почесав усы, сказал: – Да так нельзя хоронить!

– Почему?

– В смысле почему? Как без гроба-то хоронить? Даже нищих так не хоронят!

– И что делать?

– Погодите, я домой сгоняю. Поищу.

И, не дожидаясь реакции ботанов, побежал по хлюпающей дороге, оставляя за собой большие всплески воды. Он добрался быстро.

В квартире пахло домом, теплой выпечкой и чистым ламинатом. Мать пацана, нависшая над плошками, вскрикнула, увидев сына не на занятиях и всего в грязи ниже пояса. Она сжала половник. Готовая закричать, спросила:

– Ты чего не в школе?

– Мам, забей! – громко сказал пацан. – Мне коробка нужна.

– Какая еще коробка? Ты чего не в школе?!

– Да блин, там у ворот птица умерла! Мы ее похоронить хотим, с уважением!

Гнев матери прошел, и, почти улыбаясь, она вышла из кухни. Открыла шкаф и спросила:

– Большая птица?

– Ну такая. – И показал.

– А что за птица?

– Ну, блин, не знаю.

– Цвета какого?

– Ну мам! Я тороплюсь!

– Я хочу понять, какая вам коробка нужна…

Подросток фыркнул и, кривя губы, сказал:

– Синие крылья. С белыми кончиками.

– Сорока, значит, – кивнула мать и достала коробку из-под кроссовок пацана. – Подойдет такая?

– Спасибо, мам! – радостно сказал пацан и выхватил ее у матери.

Тем временем около сороки собрались старшеклассники. По очереди держали лопату, прикидывая ее возможности. Угорали и смеялись над ботанами. Но, узнав, зачем им этот инструмент, подутихли.

Услышав про детей, прогуливающих уроки, к ним вышла завуч с тонкими ногами. Цокая каблуками по школьному асфальту, повторяла:

– Негодяи! Марш обратно в класс!

Ее не слушали. Прибежал усатый пацан, вспотевший от спешки, показал старшеклассникам и ботанам коробку. Все ее оценивающе изучили. Повертели в руках, будто эксперты.

Их ряды растолкала завуч. Она взяла двух мальчишек за воротники и спросила:

– Вы почему здесь?!

И тут она разглядела за макушками детей мертвую сороку. Обвалился кусочек снега, и крыло птицы раскрылось, как меха гармони. Белые кончики коснулись грязи.

– Да ладно вам! – пищал пацан с коробкой.

– Мы просто птицу похоронить хотели! – мямлил ботан в хватке завуча.

Еще хмурясь, женщина расслабила руки и почти равнодушно сказала:

– Только не здесь, давайте за школой лучше.

Дети вышли через калитку, к грязной поляне за котельной, где из остатков снежного покрова торчали пучки зелени. Ребята передавали друг другу лопату: не могли решить, кто из них проложит для птицы путь в мир иной.

– Ну ладно, – вздохнул ботан и, взявшись за черенок, опустил полотно в землю.

Все смотрели не отрывая глаз, как сбоку от него образуется горка земли, с ветками и бычками сигарет. Получилась неглубокая яма с рублеными краями. Ботан запыхался, вытер пот со лба. Спина болела. Он оценил свой труд, и грустная улыбка разошлась по его толстым щекам.

– Давайте птицу, – сказал он.

Усатый пацан открыл коробку и всучил ее другому ботану.

– А чего я?

– Да ваша же, блин, идея. Я вот гроб принес, теперь вы.

Дети вернулись к телу сороки. Тянули к ней руки, но стоило им коснуться перьев, как они сразу же отстранялись и терли пальцы о брючины. Глядя на потуги ботанов, пацан взбесился. – Че вы ломаетесь! – завыл он. – Сложно, что ли?

Пацан опустился к птице. Старшеклассники и их девы в предвкушении смотрели на него. Пацан протянул руки и вырвал лопату у ботана. Одним движением поддел кучу снега, на которой лежала птица. Перышки задергались, будто ожила. Дети заволновались, поспешили отойти подальше. Старшеклассники скрывали чувства за брезгливыми ремарками.

Птица глухо ударилась о дно коробки. Сверху посыпалась грязь и комки почвы. Голову накрыл слой мутного снега. Захлопнув крышку, пацан гордо сказал:

– И делов-то!

Но глаза отвел.

Ботаны робко взяли коробку за края. Вдвоем донесли до ямы и опустили к почве, а после отбежали, будто ждали воскрешения. Но ничего не произошло. Коробка так и стояла, дно намокло из-за снега. Ботаны и пацан по очереди бросали землю на коробку, пока она не исчезла под землей.

Напоследок постучали полотном лопаты. Так в фильмах часто делают.

– Ну, вот и все, – заключил ботан.

Один за другим разошлись старшеклассники. Кто-то перекрестился, кто-то горечь проглотил. А кто-то сразу же забыл, что стал свидетелем школьных похорон.

Остались только ботаны и пацан. Пинали носками веточки, выстраивали из них кресты, пока не завыл на прощание ветер, несший когда-то сороку. Тишина исчезла, и дети вновь услышали город, мелочь в карманах и школу.