Развод в 45. Прямой эфир окончен - Виолетта Весна

— Весь тест записываем для внутреннего просмотра, храним семь дней, наружу не передаём, — сказал техник. — Это есть в форме, которую вы подписали. Подтверждаете?

— Подтверждаю.

Меня попросили прочитать первые тридцать секунд заявки.

Суфлёра не было. Текст я знала.

— «После точки» — это истории женщин, которые после жизненного разрыва…

— Стоп, — сказал Андрей.

— Что со звуком?

— Со звуком нормально. Вы смотрите на монитор.

— Я проверяю кадр.

— Вы внутри кадра. Смотрите в объектив.

Я начала снова. На словах «первый шаг» услышала, как голос стал ниже: так я обозначила бы ведущему серьёзную мысль, если бы писала ремарку. Руки лежали на коленях слишком ровно. Я убрала их, тут же поняла, что не знаю куда, и взялась за край стула.

— Стоп, — повторил Андрей.

— Я успела сказать два предложения.

— Оба правильные. Ни одного вашего.

— Я сама их написала.

— В этом и проблема. Вы редактируете себя раньше, чем говорите.

Жанна стояла у монитора, скрестив руки.

— Спросите её без текста.

Андрей подошёл ближе к камере, но остался за объективом.

— Что вы сделали утром восьмого сентября?

— Проверила личные счета, документы и доступы.

— Почему?

— Потому что не знала, что Сергей успел решить без меня.

— Что из этого получит зритель?

— Порядок действий, который не заменяет юриста: сохранить документы, отделить личные доступы от рабочих, не подписывать на эмоциях и посчитать запас денег.

— Вот это можно записывать, — сказал он.

Красный индикатор камеры уже горел. Я не заметила, когда техник включил запись.

— Мы пишем с начала теста?

— Да, как договорились, — ответил Андрей. — Хотите остановить или удалить этот фрагмент?

— Покажите сначала.

На мониторе женщина в синем жакете первые двадцать секунд произносила хорошую рекламу чужого проекта. Потом Андрей задавал вопрос из-за камеры, и она начинала перечислять действия. Плечи остались напряжёнными, взгляд дважды уходил вправо, зато в голосе исчезла просьба считать её убедительной.

— Вырезать начало, и получится полезный ролик, — сказала Жанна. — Но проект не может состоять из случайно удачных ответов.

— Научусь.

Я произнесла это раньше, чем решила соглашаться.

Андрей остановил воспроизведение.

— Тогда ведущая — вы?

Стоимость вопроса была понятна. Ошибку нельзя будет отдать человеку в кресле и исправить на монтаже, сохранив собственную репутацию за кадром. Моё имя окажется не только в договоре и титрах. Оно будет стоять рядом с каждым неудачным вопросом.

— Я буду вести пилот.

Жанна вернулась в переговорную и добавила к смете две подготовительные сессии. Общую сумму не увеличила: сократила запас на декоративное оформление.

— Будет проще выглядеть, — предупредила она.

— Пусть выглядит как студия, а не чужая гостиная.

До окончательного решения оставались три условия. Татьяна должна была согласиться хотя бы на предварительное интервью. Инга — проверить производственные условия. Я — подать электронное заявление на регистрацию ИП в понедельник; запись ожидалась в течение трёх рабочих дней при корректных документах.

Мы поставили в календарь предварительное интервью на вторник, пятнадцатое сентября, а пилотную съёмку — на четверг, семнадцатое. Если Татьяна откажется, дату интервью используем для кастинга, съёмку перенесём.

У двери Андрей вернул мне распечатку заявки.

— Для вступления нужен один факт, которого вы не хотите рассказывать.

— Про Сергея?

— Про вас.

— Я только что согласилась вести проект. Недостаточно?

— Это решение сейчас. Найдите момент, когда вы сами перестали быть честной перед аудиторией. Иначе получится передача о правильных действиях других людей.

На полях рядом с названием он написал карандашом: «Почему она имеет право спрашивать?»

Я сложила лист так, чтобы вопрос остался снаружи.

ГЛАВА 6. Дочь не обязана

Марина

Дарья предупредила, что зайдёт на сорок минут.

Я приготовила кофе, нарезала сыр, поставила на стол йогурт и убрала всё обратно в холодильник. Дочь приезжала за осенними вещами, учебниками и коробкой маркеров. Семейный завтрак в её планы не входил, а превращать еду в причину остаться было бы ещё одним способом не услышать ответ.

К полудню я разложила на столе заявку «После точки», смету и лист с вопросом Андрея. Последний накрыла чистой бумагой. Когда Дарья открыла дверь своим ключом, все документы убрала в папку.

До её приезда я трижды пыталась написать вступление к пилоту. Первое начиналось с прямого эфира и делало Сергея причиной каждого следующего предложения. Второе состояло из правильных слов о кризисе, выборе и новой опоре; его могла прочитать любая ведущая.