Воспоминания. Путь и судьба - Григорий Николаевич Потанин

1864 год

14 июня 1864 года стартовал второй этап экспедиции. Отряд выехал из станицы Урджар (Ныне Республика Казахстан), с целью завершения изысканий по уточнению российско-китайской границы и произведения топографической съемки в пограничной зоне. На этот раз в районе хребта Тарбагатай («место, в котором водится много сурков» (монгол.) – ныне в Казахстане на границе с Синьцзян-Уйгурским автономным районом Китая).

В начале июля отряд поднялся вновь на хребет в районе Сары-Чеку и направился на восток, по гребню Тарбагатая, по большой «кочевой» дороге, по которой кочевники со стадами переходят на летние пастбища (джайляу) в горных долинах, причем у каждого племени своя долина. Картина была живописной. Женщины в ярких красных халатах и неприметного цвета шароварах, с белыми повязками на головах, вели верблюдов. Связанные в цепочку верблюды, навьюченные палками, решетками и войлоками юрт или большими сумками с домашним скарбом. Завьюченные быки шли порознь. Поверх вьюков порой располагались старупппхи с грудными детьми. Дети, которые могли держаться в седлах, ехали верхом на лошадях или быках, совсем маленьких для страховки привязывали к седлам. Мужчины верхом, вооруженные пиками или фитильными ружьями, у некоторых на руке охотничьи орлы, управлялись с табунами лошадей. Погонщиками стад овец и коз были подростки. Блеяние овец и коз, мычание быков и коров, рев верблюдов, крики погонщиков далеко оглашали прохладный прозрачный воздух.

Тарбагатайская экспедиция, получившая в отчетах и документах название по одноименному хребту, завершилась успешно. В рамках Тарбагатайской экспедиции было собрано много сведений об особенностях рыболовства крестьян и казаков, обычаях и быте кочевников, о животном и растительном мире территорий вокруг и непосредственно, озера Зайсан-нор, и хребта Тарбагатай. В отчете об экспедиции Потанин приведет исчерпывающие сведения о русских караванах с товарами в Китай, о золотых приисках реки Терсайрык, о караванных путях в Китай (Джунгарское ханство), о динамике взаимного товарооборота, даже о том, что еще в XVIII веке этой дорогой проводили рабов для продажи в России.

Было выполнено задание Министерства иностранных дел по топографической съемке российско-китайской границы. 25 сентября 1864 года в китайском городе Чугучак был подписан так называемый Чугучакский (Тарбатагайский) протокол, договор между Россией и Китаем, об установлении российско-китайской границы в Центральной Азии. Протокол стал важнейшим приложением к Пекинскому трактату 1860 года, зафиксировав отказ Китая от территориальных притязаний в отношении России. Протокол этот стал возможен благодаря уточненным картам, составленным на основании географических и топографических изысканий, проделанных в рамках Тарбатагайской экспедиции (1863-64 годов), в составе Карла Васильевича Струве и Григория Николаевича Потанина.

А в декабре 1864 года на имя генерал-губернатора Восточной Сибири Михаила Семеновича Корсакова поступил донос о «конспиративной переписке сибирских сепаратистов», бывших студентов Санкт-Петербургского университета Григория Потанина, Николая Ядринцева, Серафима Шашкова и Николая Наумова.

1865 год

Потанин переезжает в Томск, где получает должность секретаря губернского статистического комитета при губернском совете по крестьянским и «инородческим» делам, что дает ему возможность свободно ездить и собирать материалы о населении и природе Сибири.

Но 25 мая Потанин был арестован. Во время ареста квартиру Потанина обыскали, в числе прочего, изъяли письма Бакунина и Чернышевского. Потанин переведен в Омскую тюрьму, куда привезли несколько десятков человек, арестованных в Красноярске, Тобольске, Ярославле, Петербурге, Томске и Омске. Начались допросы, очные ставки, откровенные признания и др.

Помимо тайного доноса, была и внешняя причина массовых арестов. У кадета Сибирского кадетского корпуса Гавриила Усова изъяли прокламацию «Патриотам Сибири», которую он нашел в столе своего старшего брата Николая. Плотно исписанный листок бумаги содержал требования самостоятельности Сибири и создания в сибирских границах Республики по типу северо-американских Штатов. Достичь цели предполагалось восстанием и войной за независимость. Текст завершал лозунг: «Да здравствует свободный наш народ! Да здравствует независимость Сибири! Да здравствует наше славное будущее!».

Позже на допросе Николай Усов сообщил, что прокламацию получил от Ядринцева, и назвал всех, кто о ней знал.

На допросах 7–8 июля 1865 года Потанин отвечал, что свою общественную и публицистическую деятельность он направлял на воспитание «в сибирском юношестве местного патриотизма посредством идеи о будущей судьбе Сибири, как независимой республики и разработке этой же идеи в литературе и науке». Вот как Потанин характеризует себя во время следствия: «Если желание лучшего Отечеству – вольнодумство, то в этом смысле, может быть, я – вольнодумец. В этом же смысле может быть назван каждый человек, который в глубине сердца своего чувствует себя вправе быть гражданином… Все, что хотел я, чтобы не был заглушен ничей голос, и чтобы выслушана была, по возможности, всякая нужда».

По ходу следствия Потанин оговорил себя, приписав себе создание тайного общества, которого не было, и в которое он, якобы, вовлек остальных арестованных: «Я распространял сепаратистские идеи и убеждал своих товарищей разделить мои мысли, все причастные к этой идее, были увлечены мною». Мотив – уберечь товарищей, объяснит впоследствии Потанин в своих воспоминаниях перед историей.

27 ноября 1865 года по результатам следствия была подготовлена «Краткая записка к следственному делу, произведенному в 1865 г. Комиссией, учрежденной в г. Омске по политическим преступлениям». Потанин и еще несколько человек, включая Ядринцева, обвинялись в «злонамеренных действиях… направленных к ниспровержению существующего в Сибири порядка управления и к отделению ее от Империи».

В тюрьме Потанин узнает о смерти Чокана Валиханова. Потанин потерял друга, который неоднократно вдохновлял его в саморазвитии, и в кадетском училище, и в отставке после увольнения со службы, и в поступлении в университет, и помог ему стать путешественником. После смерти Валиханова Потанину приснится сон, будто Чокан приехал к нему в гости, они сидят за полночь, пьют чай, и разговаривают.

К концу года в «Этнографическом сборнике» (вып. IY, СПб) Российского географического общества (ИРГО) вышла первая научная работа Потанина, о географическом распределении сибирских народностей, – «Юго-западная часть Томской губернии в этнографическом отношении», которую он написал, работая делопроизводителем в губернском совете, то есть еще до ареста.

1866 год

Александра Викторовна поступила на службу в епархиальное женское училище Нижнего Новгорода, в качестве, как тогда говорили, классной дамы (воспитатель+преподаватель), с оплатой 180 рублей в год. И проработала в этом качестве на протяжении последующих 7 лет.

* * *

На время следствия, оставаясь в тюрьме, Потанин получил разрешение знакомиться с архивными документами из истории Сибири. Результатом стал очерк «Материалы для истории Сибири», опубликованный издательством Московского университета.

1867 год

В «Записках Императорского Русского географического общества», за 1867 год опубликован отчет