Королевы эпохи рыцарства - Элисон Уэйр

популярности он начал всерьез опасаться за свою безопасность и учредил личную гвардию из чеширских лучников. В собственных глазах Ричард был безупречен. Он заявил парламенту, что является «абсолютным императором королевства Англии». Новый властный Ричард внушал современникам страх. «Даже величайшие из английских вельмож не смели критиковать действия или намерения короля»[614]. Лишь в отношении юной королевы его доброта оставалась неизменной.

Ричард и Изабелла встретили Рождество в Личфилде, где дяди королевы, герцоги Бургундии и Берри вручили им подарки, а Генрих Болингброк преподнес королеве золотого оленя с жемчужной короной. 24 января 1398 года супруги находились в аббатстве Лилшелл, затем отправились в Честер, остановившись в местном монастыре, прежде чем выехать в Шрусбери на открытие парламента в феврале.

В декабре, по пути в Виндзор, Болингброк завел роковой разговор с Ноттингемом, и тот неожиданно сообщил, что четверо ближайших фаворитов короля замышляют убить Болингброка и Джона Гонта после закрытия парламента, а затем Ричард конфискует владения Ланкастеров. Выяснилось, что король тайно готовился отменить посмертное помилование Томаса Ланкастера, казненного Эдуардом II в 1322 году, что лишало Джона Гонта наследства. Ноттингем опасался, что их с Болингброком ждет месть за события у моста Рэдкот, поскольку, по убеждению Ноттингема, Ричард не простил бывших лордов-апеллянтов и мог нарушить клятву.

Болингброк сообщил о тревожном разговоре отцу, который счел нужным доложить обо всем королю. Естественно, и Болингброк, и Ноттингем, возмущенный тем, что его откровения донесли до Ричарда, старались выставить себя в лучшем свете, в итоге обвинив друг друга в измене перед лицом монарха.

Тревога за наследника подорвала здоровье Джона Гонта. К закрытию парламента он слег с сильной лихорадкой. Предчувствуя возможную смерть, он устрашился конфискации ланкастерских владений. Король уже расправился с тремя лордами-апеллянтами и мог обратить свой гнев на оставшихся двоих. Даже избежав обвинений в измене, Болингброк рисковал лишиться наследства в результате придворных интриг. Едва оправившись, Гонт добился от Ричарда письменного заверения, что конфискация владений Томаса Ланкастера в 1322 году не станет предлогом для изъятия его земель, на что король согласился.

Однако спор между Болингброком и Ноттингемом оставался неразрешенным. Ричард воспринял это как дар свыше и решил воспользоваться ситуацией, чтобы тайно обезвредить могущественный дом Ланкастеров, в котором он видел угрозу себе и трону.

19 марта оба противника вновь предстали перед Ричардом в Бристоле. Так как честь требовала удовлетворения, но ни одна из сторон не желала примирения, дело передали на рассмотрение в Рыцарский суд, чтобы решить, допустим ли для установления истины поединок. 29 апреля в Виндзоре после торжественного пира ордена Подвязки при участии Изабеллы Ричард распорядился ввиду отсутствия свидетелей рокового разговора, состоявшегося в декабре, уладить спор между Болингброком и Ноттингемом посредством поединка – устаревшего, но до 1819 года все еще законного способа судебного разбирательства, при котором вина возлагалась на того, кто погибал, получал увечье или сдавался первым, воскликнув «Сдаюсь!» («Craven!»). В данном случае результат поединка являлся делом жизни и смерти.

К июню 1398 года, когда Изабелла и ее двор находились в королевской усадьбе Айлворт в графстве Мидлсекс, вопрос по-прежнему оставался нерешенным. К тому времени бездетность Ричарда вызывала у подданных тревогу. Наследником престола считался эрл Марки, лорд-наместник Ирландии, но в том же июне он погиб в Кенлисе в провинции Ленстер. Семилетний сын эрла, Эдмунд, унаследовал не только титул отца, но и его права на корону. Опеку над Эдмундом доверили Изабелле.

16 сентября Болингброк и Ноттингем наконец сошлись лицом к лицу на Госфорд-Грин в Ковентри в присутствии короля, юной королевы, герцога и герцогини Ланкастерских, всего двора и огромной толпы зрителей. Однако в последний момент, драматично описанный в пьесе Шекспира, Ричард бросил с помоста жезл и отменил поединок. В течение двух часов Болингброк и Ноттингем ждали решения короля, пока тот размышлял. В итоге Ричард без объяснений приговорил обоих к изгнанию: Болингброка на десять лет, Ноттингема – пожизненно. Уолсингем отмечал, что приговор был «противоправен» и не имел «никаких юридических оснований», являясь предлогом избавиться от оставшихся противников. Болингброк и Ноттингем получили распоряжение покинуть Англию до 20 октября. Одним ударом Ричард расправился с оставшимися апеллянтами.

«Весь двор пришел в смятение». Приговор, вынесенный без выдвижения обвинений и судебного разбирательства, ошеломил всех и вызвал резкую критику в адрес короля. По просьбе Джона Гонта срок изгнания Болингброка сократили до шести лет, но в остальном Ричард был непреклонен. Гонт, должно быть, тяготился мыслью о разлуке с любимым сыном и не сомневался, что наследие Ланкастеров теперь наверняка под угрозой. Он был «весьма разгневан» и «в частных беседах осуждал случившееся, но гордость не позволяла ему обратиться к Ричарду напрямую, ведь была задета честь его сына»[615].

Болингброк отплыл во Францию, где Карл VI предложил ему руку своей кузины Марии Беррийской, «поскольку думал о своей дочери, юной королеве Англии. Он и другие французские вельможи полагали, что две столь знатные дамы составят друг другу прекрасную компанию и что брак сблизит две страны в духе мира и дружбы»[616]. Однако Ричард воспротивился союзу, и от этого замысла отказались.

Тем временем Джон Гонт, больной и убитый горем из-за изгнания сына, отправился с возлюбленной Екатериной на север, в замок Лестер, где скончался 3 февраля 1399 года. Весть о его смерти застала Болингброка в Париже. Хотя королевский указ об изгнании запрещал ему возвращаться в Англию, теперь он становился герцогом Ланкастерским и обладателем земель, современная стоимость которых превышала сорок три миллиарда фунтов. Перед отъездом Болингброка из Англии король заверил его в сохранности имущества и выдал соответствующие грамоты.

Вскоре, однако, пришло шокирующее известие: без всякого законного основания король продлил изгнание Болингброка до пожизненного срока, конфисковал все владения Ланкастеров, присоединил герцогство к короне и раздал его земли фаворитам. Этот возмутительный поворот событий и вопиющий акт произвола стал кульминацией тиранического правления Ричарда. Предательство окончательно убедило Болингброка в необходимости вернуться в Англию и покончить с королем раз и навсегда.

3. На пороге горестной смерти

Двадцать четвертого апреля 1399 года Ричард устроил в Виндзоре ежегодный пир ордена Подвязки и пригласил знать на грандиозный турнир, где «сорок рыцарей с оруженосцами в зеленых одеяниях с эмблемой Изабеллы – белым соколом – готовы были сразиться за честь девственной королевы Англии с любым соперником»[617]. Изабелла предстала в роскошном наряде и «парадном убранстве» в окружении «многочисленной свиты фрейлин». В конце турнира она вручила призы победителям и «проявила себя достойно». Отмечалось, однако, что турнир посетило мало участников, так как «по меньшей мере две трети английских рыцарей и оруженосцев ополчились на короля» из-за убийства Глостера, казни Арундела и изгнания Болингброка[618].

На следующий день Ричард отплыл в Ирландию