По дороге в Рай - Джордж Пусеп

На следующий день Гога подъехал к автопарку. Входные ворота на территорию были обмотаны железными цепями. Около них толпилась группа озлобленных людей, требующих пройти внутрь. У ворот и по периметру забора стояли здоровенные мексиканцы, одетые в черное. Они грубо отталкивали наиболее настойчивых и нагло выкрикивали:

— Вход запрещен!

Толкотня и шум продолжались до тех пор, покуда из административного здания не вышла молодая женщина. Она громко объявила:

— Руководства компании сейчас нет! На днях вы получите уведомления о встрече! Там вы сможете получить ответы на все вопросы. Причин для беспокойства нет! Руководство компании призывает всех набраться терпения!

Гога набрал номер Мигеля. Телефон был отключен. То же самое с номером Мануэля. Холодок прошел по сердцу. Вот уже несколько дней ходили слухи, что братья собрали пятнадцать миллионов долларов и теперь готовятся свалить (или уже свалили) в Мексику. Никто, кроме Гоги, не знал, что они еще здесь. На последней встрече он краем уха слышал, как братья договариваются со своей командой встретиться в шесть часов вечера следующего дня в мексиканском ресторане, который был ему хорошо известен. «Встреча сегодня! Пойду! И будь что будет!»

Свет в ресторане был приглушен, окна завешены зелеными шторами. За столом сидела целая компания, братья — посередине. Увидев Гогу, все замолчали и угрюмо уставились на него. Братья вяло и саркастически ухмыльнулись. Гога держался как можно спокойнее. Он вежливо поздоровался и уперся взглядом в Мигеля.

— Я пришел, как договаривались. Но вас там не было. Ворота на цепи. Ты, наверное, знаешь, какая там ситуация. Бунт! Помнишь, о чем мы договорились? — спросил Гога. — Мои пинк-слипы. Можешь мне их сейчас отдать?

Тяжелая пауза повисла в воздухе. Гога прервал тишину.

— Ты же обычно носишь целую пачку в кармане. Вот в этом, — Гога указал на левый карман пиджака Мигеля. — Мне чужого не надо. Только мое. Ты обещал.

Не спуская с него глаз, Мигель вытащил пачку бумажек из кармана и сунул их Гоге под нос.

— Ты имеешь в виду эти?

— Да. Именно эти.

— Значит, все-таки не веришь… — скривив улыбку и посмотрев на своих подельников, продолжил Мигель.

Гога было потянулся, чтобы взять документы, но Мигель быстро одернул руку и прищурил глаза.

— Значит, не веришь…

— Верю! — твердо сказал Гога, наклонился и ловким движением выдернул несколько бумажек из руки Мигеля.

— Спасибо! — сказал он, повернулся и уверенным шагом, но с трясущимися коленками направился к выходу, спиной чувствуя, как его провожают тяжелые взгляды.

Из ресторана он шел быстрым шагом, не оборачиваясь. Не знал, что после этого может последовать. Ведь Гога был единственным, кому известно, где они обитают. А значит, представлял для них большую опасность. Он взглянул на документы. Это было четыре сертификата, на четыре автобуса. Впопыхах он выхватил на один больше. «Ничего! Не обеднеют! Хоть свои верну. Даже если придется продать по дешевке». Восемь тысяч он вернул, но уже и потратил, так как надеялся, что будет больше. «Хоть так!»

— Ну, и аферююга! Значит, протягивает руку… Мол, бери… Затем одергивает… вроде, чтобы задать вопрос. Но документики не дает! Психолог!

Он был почти уверен, что братья соскочат уже сегодня ночью.

— И хрен с ними, пусть валят! Мне-то какое дело?

Гога зашел в бар и заказал коньяк. Внутри все дрожало. Он позвонил Сандре. Она была испугана.

— Что случилось?! — раздраженно спросил Гога.

— Джора! Кто-то только что позвонил!

— И?!

— И сказал: «Передайте Джорджу, что если он еще раз появится, то пусть прихватит с собой несколько крепких ребят. Иначе…» — и повесил трубку.

— Хорошо! Не переживай. Я скоро. Все будет нормально. Не бойся!

Они сидели молча.

— Не бойся, говорю тебе!

— А что, если они придут сюда?! — со страхом прошептала Сандра.

— Не придут!

— Ты уверен?!

— Уверен! — злобно рявкнул Гога.

Поздно вечером раздался звонок в дверь. Сандра вскочила.

— Кто это?! Гога, не открывай! Прошу тебя, не открывай! Я сейчас вызову полицию!

— Да подожди ты! Не суетись!

Гога осторожно подошел к двери и приложил ухо. Затем твердым голосом спросил:

— Кто там?

Из-за двери раздался встревоженный мужской голос.

— Жора, это Лев! Открой, пожалуйста!

Лев Мак был культуристом и занимался борьбой. У него было трое маленьких детей. Он, как и многие, вложился в компанию. Слава Богу, Гога не имел к этому никакого отношения! Лев зашел весь взъерошенный. Глаза горели. Он явно был не в себе.

— Лев, что случилось?! Что с тобой?!

— Жора, ты знаешь, что случилось! — чуть ли не в слезах воскликнул Лев. — Я, бля… потерял все! Все, что у меня было! А у меня дети!

— Фуууу! — тяжело выдохнул Гога. — Знаю. Ситуация хреновая…

— Ты хоть вложился давно… А я буквально сейчас! Черт меня дернул! Слушай, Гога! — продолжил в отчаянии Лев, — мы узнали, что эти бляди сегодня ночью всей кодлой собираются валить. Это стопроцентная информация. Но никто, кроме тебя, не знает их адрес. Прошу тебя! Просто умоляю! Дай мне его!

— Лева… Лева… Лева! Во-первых, успокойся! — воскликнул Гога и, сделав паузу, продолжил: — И что вы собираетесь делать?

— У меня несколько десятков крепких ребят. Мы приедем и всех этих пидарасов там положим! Они, суки, кровью будут харкать! Мы вытащим из них все!

— Лева! Ты понимаешь, что говоришь?! Видел, какая у них там охрана?! Это не местные! Это бандюги из Тихуаны! Им по фигу! Они вас всех положат, как котят, и свалят! Если они уж решились на такое, думаешь, их что-нибудь остановит?! У тебя сколько детей?

— Трое, — почти плача, ответил Лев.

— Трое! И ты думаешь, что я позволю оставить троих детей без отца?! Ну если бы у вас был… ну, хоть какой-нибудь план, тогда окей! Но это же просто безумие! Самоубийство! Ты хоть понимаешь, что вы таким образом ничего не добьетесь! Только можете погибнуть!

Лев рухнул на диван и схватился за голову. Гога тяжело вздохнул.

— Послушай… Лева. Успокойся и подумай. Они далеко не уйдут. Ведь известно из какого они села. Это рядом с границей. Составьте план… И тогда уже действуйте. Я адрес знаю… Но прости, Лева, я тебе его не дам. Просто не имею права.

Спустя некоторое время Гога узнал, что Лева со своими ребятами все-таки добрались до села, где скрывались братья. Но, просидев в своем микроавтобусе пару часов, так и не посмели выйти. Шансов не было. Разве что остаться там навсегда.

Большинство махнули рукой. Некоторые пытались судиться с городом. Но безуспешно. Суд не мог определить, сколько было вкладчиков и о каких суммах шла