Антология еврейской средневековой философии - Коллектив авторов

а другой нет. Но, согласно такому предположению[1564], этот инструмент будет принадлежать одному из этих интеллектов и не будет принадлежать другому, поскольку каждый из них в отдельности дарует формы, а значит, является численно одним. Именно так обстоит дело с Активным интеллектом, поскольку он, как уже сказано, приводит материальный интеллект к совершенству [энтелехии]. Однако, поскольку двигатели небесных тел с необходимостью являются множественными (в соответствии с доказательством в «Метафизике»[1565] и как будет показано в пятой книге этого сочинения[1566]), каждый из этих интеллектов-агентов [Активный интеллект и душа, эманирующая от небесных сфер] должен отличаться от интеллектов, движущих небесные тела. И значит, этот инструмент одинаково принадлежит каждому из указанных интеллектов. Таким образом, мы показали, что ни один из них [интеллектов] не является для другого посредником.

Более того, даже если мы примем, что только один из них [интеллектов] обладает инструментом, из этого с необходимостью не следует, что таких интеллектов [ответственных за возникновение вещей подлунного мира и действенность материального интеллекта] два, так как достаточно одного интеллекта, обладающего инструментом, для возникновения всего [всех вещей подлунного мира] и приведения материального интеллекта из потенциального [состояния] в актуальное, поскольку этот интеллект будет обладать знаниями, которыми Активный интеллект наделяет материальный интеллект. Поэтому нет необходимости предполагать [существование] иного [отличного от Активного интеллекта] агента. Вообще, то, что наделяет целью, наделяет и тем, что предшествует цели[1567], и тем, каким образом все возникающее служит [главной] цели. Следовательно, то, что создает человека, создает и все существующее в нижнем [подлунном] мире.

Я считаю, что, говоря о душе, эманирующей от небесных сфер, Философ [Аристотель] имел в виду Активный интеллект, поскольку интеллект, производящий возникающее в нижнем [подлунном] мире сущее, должен эманировать от небесных сфер. Ведь то, что наделяет формой, являющейся целью возникновения, должно, как представляется, вызывать и смешение в материи, принимающей эту форму. Благодаря этому смешению материя становится способной ее [форму] принять. Это действие численно единично, а численно единичное действие с необходимостью должно происходить от одного агента. Следуя сказанному, а также учитывая, что небесные сферы, как известно, управляют существующим здесь [в подлунном мире] и создают смешение [элементов в материи этого мира] посредством объединения исходящих из них сил [мы делаем вывод, что] наделяющий их формой сам, являясь формой, также происходит от всех небесных сфер. Таким образом, все они [небесные сферы] участвуют в придании формы, равно как и в смешении [элементов]. Ведь нелепо утверждать, что в численно одном агенте существуют два агента, разве что эти два агента в определенном смысле суть один агент[1568]. Итак, Активный интеллект есть душа, эманирующая от небесных сфер, или, точнее, от их двигателей, ибо истечение интеллекта из материи невозможно. Таким образом, мы показали, что Активный интеллект знает все устроения [подлунного мира] в их единстве, которое в нем [подлунном мире] содержится. Ведь он [интеллект] воплощает его [единство устроений] либо формами, существующими [здесь] в подлунном мире, либо наделяя материальный интеллект знанием этих устроений.

Уже высказывалось возражение на то, что Активный интеллект преобразует материальный интеллект из потенциального в актуальный при постижении им [материальным интеллектом] умопостигаемого. Можно сказать, что [преобразование материального интеллекта в актуальное состояние] не является достаточным основанием для предположения [о том, что существует] интеллект, превращающий его из потенциального в актуальный, так как для превращения его [материального интеллекта] из потенциального в актуальный достаточно воображаемых форм — ведь в них определенным образом уже наличествует познаваемое им умопостигаемое. И хотя [умопостигаемое] смешано с материальными акциденциями, которые и делают воображаемые формы частными, нет необходимости в [ином] интеллекте для того, чтобы отделить умопостигаемое от смешанного с ним материального. Так как материальный интеллект в состоянии сам, без помощи другого интеллекта, отделить от этих воображаемых форм содержащееся в них умопостигаемое, не смешиваясь при этом с акцидентальными материальными свойствами. Ведь можно сказать [стороннику такой позиции], что ему [материальному интеллекту] свойственно постигать универсальную природу [абстракции] и поэтому он, возможно, постигает ее отдельно от материальных акцидентальных свойств, подобно зрению, постигающему цвета видимых вещей отдельно от тепла, холода и других подобных свойств, присутствующих в [вещи] вместе с цветом, но недоступных зрительному постижению. Когда зрение постигает [цвет], ему не требуется что-то отличное от него самого, дабы отличить цвет от других акцидентальных свойств![1569]

Прокомментировав это возражение, мы считаем его безосновательным. Верно, например, что зрение постигает цвета отдельно от [других] акцидентальных свойств, существующих вместе с ними в видимой [вещи], но [так происходит] потому, что оно не обладает никакой возможностью постичь эти акцидентальные свойства. Однако, как мы уже видели, для материального интеллекта здесь [в подлунном мире] не существует чего-либо, что он каким-то образом не был бы в состоянии постичь. К тому же мы знаем, что большая часть его знания — это акцидентальные свойства и то, что присутствует в них в качестве универсальной природы. Таким образом, понятно, что ему [материальному интеллекту] недостаточно воображаемых форм самих по себе для постижения содержащихся в них [этих формах] универсальных природ. Здесь требуется участие иной причины, которая отделит универсальные природы от смешанных с ними в образах воображения материальных акцидентальных свойств. И еще: если бы дело обстояло именно так, то есть если бы материальный интеллект, которому свойственно постигать лишь универсальные природы [абстракции], извлекал бы эти универсальные природы, содержащиеся в воображаемых формах, из их смешения с акцидентальными материальными свойствами, то материальный интеллект не смог бы воспринять акцидентальное в его сущностном аспекте, подобно тому как зрение не воспринимает вкус как цвет. Но это, очевидно, абсурдно, так как он [материальный интеллект] совершает подобные ошибки[1570]. Ведь, на самом деле, что совершенно очевидно читателям этой книги, в большинстве случаев он ошибается именно таким образом. Более того, если бы дело обстояло именно так [материальный интеллект самостоятельно постигал бы универсалии], то материальный интеллект не нуждался бы в чувственном постижении для обретения какого-либо умопостигаемого[1571], напротив, он обретал бы умопостигаемое, восприняв чувствами какую-либо вещь[1572]. Но очевидно, что это абсурдно, так как умопостигаемое не обретается [непосредственно] в результате их [вещей] чувственного восприятия, а требует многократного наблюдения и изрядного старания. Таким образом, невозможно [объяснить], как материальный интеллект из потенциального преобразуется в актуальный, не предположив [участия] Активного интеллекта. Итак, мы показали необходимость здесь Активного интеллекта на основании преобразования человеческого интеллекта из потенциального в актуальный при обретении умопостигаемого и на основании особенностей возникновения здесь [в подлунном мире] вещей.

Мы прояснили, насколько это возможно на данном этапе, сущность Активного