Римское государство и право. Царский период и эпоха Республики - Алексей Борисович Егоров

приходилось, видимо, около 30–40 млн неграждан, в основном жителей провинций. Большая часть из них имела статус перегринов. Некоторое число составляли союзники и граждане «свободных общин» (civitates liberae). В Италии и провинциях было много рабов. Численность рабов в Италии достигала не менее 2–3 млн, а соотношение между рабами и свободными в некоторые периоды достигало соотношения от 1: 2 до 1: 1. Процент рабов в провинциях был также достаточно велик. Кроме того, оставалась перспектива порабощения провинциального населения, которое в правовом отношении реально не было защищено от рабства. Эта ситуация создавала критическое положение, которое во многом определило и события гражданских войн, и последующую политику Империи в направлении массового и постепенного предоставления гражданских прав жителям провинций.

Римским гражданином можно было стать и можно было родиться. Гражданином по рождению считался человек, рожденный в квиритском браке (именно в этом, видимо, и заключался смысл ius connubii), причем хотя бы один из родителей должен быть равноправным гражданином или гражданкой, в таком случае ребенок становился civis optimo iure. Что касается дарования гражданских прав, то встречаются как индивидуальное, так и коллективное предоставление римского гражданства. Вопросы индивидуальной кооптации решали куриатные комиции.

В период завоевания Италии римляне установили сложную систему вступления в новую федерацию. Некоторые общины сразу получали права римского гражданства, причем вначале этот вопрос решал сенат, а затем он был передан в ведение комиций, центуриатных или трибутных. В последний век Республики крупные римские полководцы, пользуясь огромной властью, сами давали права гражданства целым народам, обычно, впрочем, проводя это через народное собрание. Позже эта практика перешла к императорам. Имело место и индивидуальное предоставление гражданских прав в зависимости от статуса (соответственно для латинов, перегринов и рабов).

Потеря прав гражданства могла произойти двумя способами: в результате собственного желания гражданина (что случалось крайне редко) либо по воле общины. Гражданин мог лишиться гражданских прав также при дезертирстве или отказе служить в войске. Наконец, цензор мог занести полноправного гражданина в разряд эрариев. До закона Петелия-Папирия (326 или 313 гг.) гражданства лишалось лицо, осужденное в качестве должника, однако позднее это было отменено, поскольку человек не терял личной свободы.

Категория cives optimo iure делилась на три сословия: сенаторы, всадники и плебс. Особую проблему представляет история всаднического сословия и его правового статуса. Всадники (equites) появились еще в начале царского периода, причем если одни исследователи отмечают различие между equites (всадниками) и целерами, то другие считают их одним и тем же сословием[61]. Увеличение числа центурий было связано с именем Тарквиния Древнего, когда центурий стало шесть, и эти последние стали называться sex suffragia («шесть голосующих») — термин, который вызывает ряд неясностей. Полагают, что эти центурии включали в себя прежде всего представителей древнейших аристократических родов. Еще 12 центурий были созданы Сервием Туллием, и состояли из богатых плебеев. С тех пор число всаднических центурий не менялось, но их численность выросла до нескольких тысяч человек. Спецификой всаднического сословия было наличие самого высокого имущественного ценза (более 100 тыс. сестерциев) и цензорской аттестации, причем человек попадал в сословие не только в силу факта рождения, но и в силу своих заслуг. Всадники получали от государства лошадь либо деньги для ее приобретения (10 тыс. сестерциев), а также деньги для ее содержания (aes hordearum). Став всадником, человек каждые 5 лет подвергался цензорской аттестации. К началу III в. до н. э. среди всадников появлялись богатые люди, именуемые equites equo privato («всадники с частной лошадью»).

Важным конституирующим законом для всаднического сословия стал судебный закон Гая Гракха, который передал в руки всадников комиссии по делам о вымогательствах (de repetundis). По мнению Кл. Николе, именно этот закон четко провел размежевание внутри сословия. В 66 г., по закону Росция Стона, за всадниками были закреплены первые 14 рядов в театре.

Именно сочетание цензового и служилого принципов было характерно для римских высших сословий. Уже в IV–III вв. до н. э. всадники были не столько рядовыми кавалеристами, сколько офицерами, префектами и военными трибунами. Просопографическое исследование Кл. Николе показывает, что всадники могли быть земельными собственниками, публиканами, представителями делового мира (negotiatores, argentarii), военными трибунами и префектами, представителями интеллектуальных профессий (юристы, ораторы, писатели), многие имели родственников-сенаторов, что показывает тесную связь этих сословий. Именно всадники были публиканами, бравшими на откуп государственные налоги. Всадническим отличием были одежда (тога с пурпурной каймой) и золотое кольцо, позднее ставшее атрибутом свободнорожденных.

Отличительным было и положение сенаторов. Они носили особую одежду и обувь, имели особое место на празднествах и, главное, были членами правящего органа, сената, чем определялись их привилегии и отличительные права. Звание сенатора было пожизненным, однако каждые 5 лет при цензуре проводилась своеобразная переаттестация сенаторов. Впрочем, этот сюжет более правомерно рассмотреть в разделе о государственных органах римской Республики (см. главу 4). В юридическом плане сенаторы до начала политической карьеры принадлежали к всадническому сословию и, только начав ее, попадали в ordo senatorius.

Значительную проблему представляет собой и содержание понятия нобилитет, под которым обычно подразумевают римскую аристократию. Понятие nobilitas не имеет достаточно четких границ, как правило, так обозначали людей, занимавших высшие магистратские должности, и их потомков.

По дефиниции, введенной в обиход М. Гельцером, особой категорией знати были члены консульских семей[62], за которыми признавалось исключительное право именоваться nobiles. Причиной выдвигается то, что консулы и консуляры получали самые крупные армии, самые значительные провинции и наиболее важные экстраординарные полномочия, причем только консуляр мог стать цензором или диктатором (исключения были крайне редки). Наконец, просопографический материал указывает, что в период с 508 по 48 г. до н. э. большинство консульств занимали члены 35–40 семей. В отличие от ordo senatorius, понятие nobilitas не было юридической дефиницией, будучи скорее дефиницией фактической, отражавшей положение в социальной, экономической, политической и идеологической сферах.

Идеологическим оправданием роли nobilitas было то, что положение римлянина в обществе зависело от его положения в государственной иерархии. В понимании римлян магистратура была не только administrate, но и honos — почетом, актом признательности со стороны государства за оказанные ему услуги. Nobiles прежде всего ссылались на личную доблесть (virtus), а также на услуги, оказанные ими и их родами государству. Особое положение было наградой со стороны государства за эти действия. Хотя реально нобилитет был замкнутым, теоретически доступ в него был открыт всем способным людям.

Завершая обзор римских сословий, следует отметить, что в условиях Рима они имели двойственный, цензово-служилый характер. По мнению французского исследователя Кл. Николе, понятие nobilitas включает в себя особый отбор, проводимый государством и имеющий смысл прежде всего в связи с ним. Римское общество носило кастовый характер, но эти касты не