Военная организация поздней Римской империи в 353-395 гг. На пути к разделению империи. - Евгений Александрович Мехамадиев

норме налога, следовательно, к тому времени, когда произошли переход готов через Дунай и расселение их во Фракии, норма денежной рекрутской повинности увеличилась с 36 до 80 солидов. Более того, сведения Сократа не позволяют сделать вывод о том, что данная повинность выплачивалась только куриалами, т. е. городской (муниципальной) аристократией: Сократ довольно четко говорит об общинах (κώμαι), т. е. о сельской местности, а значит, обязанность по выплате 80 солидов была распространена не только на городскую политическую элиту, но и на крестьян.

Мы полагаем, что в 376 г., разрешив готам переселиться во Фракию, Валент принял решение отменить процедуру рекрутского набора на территории данного региона: на наш взгляд, сведения Сократа Схоластика и Аммиана Марцеллина можно трактовать таким образом, что Валент посчитал более выгодным, во-первых, использовать в качестве живых рекрутов юношей из готских племен, расселившихся во Фракии, а во-вторых, взимать с местного населения Фракии, и горожан, и крестьян, денежную сумму в размере 80 солидов; эта сумма, судя по всему, предназначалась для оплаты военной службы готов. Но повышение размера денежных платежей с 36 солидов до 80 произошло только на территории Фракии и сохраняло свою юридическую силу только в пределах Фракии, в других провинциях продолжала действовать прежняя норма платежей — 36 солидов, установленная в июне 375 г.

В других провинциях продолжала действовать и процедура рекрутского набора, т. е. обязательной воинской повинности, обеспечивавшая поступление в армию новых партий живых рекрутов, следовательно, возникает закономерный вопрос о боевых качествах этих рекрутов и эффективности самой реформы, начатой Валентом в июне 375 г. Для ответа на данный вопрос рассмотрим сведения Аммиана Марцеллина, Зосима и Евнапия о событиях, развернувшихся в 378 г. во Фракии и в предместьях Константинополя за несколько месяцев до битвы при Адрианополе. Как сообщает Аммиан, Валент, узнав о восстании готов, покинул Антиохию, где в тот период находилась его резиденция, и, прибыв в Константинополь, поручил общее руководство боевыми действиями против готов Себастиану, который служил в западной половине империи в должности комита военных дел, Валент назначил его на должность начальника пехоты (PRLE I, р. 812, sv. Sebastianus 2).

По словам Аммиана, «Себастиан получил приказ выбрать из отдельных подразделений по триста воинов, собрать их [вместе] и поспешить [туда], чтобы сделать для государства то, что обещал» (сит trecentenis militibus per singulos numeros lectis Sebastianus properare dispositus est conducens rebus publicis aliquid, ut promittebat, acturus. — Amm. XXXI. 11. 2). Зосим уточняет, что Себастиан, «повсюду наблюдая нарушение правил и беспечность военачальников и воинов, обученных только тому, чтобы обращаться в бегство и, подобно женщинам, издавать жалостливые вопли, попросил, чтобы ему позволили [взять] две тысячи тех воинов, которых он выберет; ведь нелегко возглавлять большое количество небрежно обученных людей, обучить же немногих и вернуть их от изнеженности к мужественности не очень трудно, и, кроме того, более выгодно идти в бой вместе с небольшим количеством [воинов], чем со всем [их] множеством» ("О δέ προς τό έκδεδιητημένον καί παντάπασιν έκμελές τών ταξιάρχων καί στρατιωτών άφορών, καί ώς εις φυγήν μόνον είσί γεγυμνασμένοι καί γυναικώδεις καί άθλιας εύχάς, δισχιλίους ήτησεν, οΰς αν ελοιτο, δοθήναι στρατιώτας αύτφ· πλήθους γάρ ήγείσθαι χαύνως ήγμένων άνθρώπων μή ράδιον είναι, παιδαγωγήσαι δέ ολίγους καί εις τό άρρενωπόν έκ του θήλεος άναγαγείν ού σφόδρα δύσκολον είναι, καί άλλως δέ λυσιτελές μάλλον έν όλίγοις ή παντί κινδυνεύειν τώ πλήθει. — Zos. IV. 23. 2).

Далее, как сообщает Зосим, «рассказав об этом, он (т. е. Себастиан. — E. Μ.) убеждает царя (Валента. — E. Μ.) и начинает выбирать тех, кого он хотел взять: тех, кто не был приучен к трусости и не был обучен бегству, тех, кто недавно был зачислен в войско и отличался хорошим телосложением и, кроме того, выделялся силой, полученной от природы, — вследствие этого они избирались как годные [к службе]. Сразу после этого у каждого он проверил [его] природные [способности] и восполнил недостаток с помощью непрерывных упражнений…» (Πείθει ταΰτα λέγων τόν βασιλέα, καί λαβών αϊρεσιν ούκ έκ τών έντεθραμμένων δειλία καί προς τό φεύγειν γεγυμνασμένων οΰς ήτησεν εϊλετο, νεωστί δέ τινας έναριθμηθέντας τώ στρατοπέδφ καί σώματος άνατρέχοντας εύφυία καί προσέτι γε τώ φύσιν τεκμαίρεσθαι δυναμένφ φαινομένους εις όπερ ήρέθησαν ικανούς· αύτόθεν ούν έκάστου τής φύσεως έπειράτο, καί τή συνεχεί γυμνάσιά τό ένδέον έπλήρου. — Zos. IV. 23. 3). По словам византийского историка, «таким образом, приучив их с помощью этого ко всей военной дисциплине, он занял города, обнесенные стенами, полагая, что они наиболее безопасны для войска, и, [устраивая] частые засады, нападал на тех варваров, которые совершали грабежи» (Ούτω δέ τούς σύν αύτφ προς πάσαν πολεμικήν έπιστήμην άσκήσας τάς μέν τειχήρεις κατελάμβανε πόλεις, τής άσφαλείας ότι μάλιστα τού στρατοπέδου ποιούμενος λόγον, ένέδραις δέ συνεχέσι τοίς προνο — μεύουσι των βαρβάρων έπήει. — Zos. IV. 23. 4).

Евнапий, труд которого использовал Зосим, отмечает, что «вопреки всем предположениям, Себастиан, получив от царя Валента начальство (над войском), попросил две тысячи гоплитов. Ему была доверена власть провести отбор: поскольку царь согласился с тем, чтобы тот (Себастиан. — Е. Μ.) пошел в бой вместе с двумя тысячами [воинов], он (царь, т. е. Валент. — Е. Μ.) затем спросил о причине, из-за которой тот (Себастиан. — Е. Μ.) просит [себе] немного [воинов]. Себастиан сказал, что война найдет остальных, поскольку она присоединит многих к тем, кто хорошо трудится (т. е. воюет. — Е. Μ.). Большое количество [людей] трудно возвращать из распущенности, [но] если небольшое количество подданных будет исправлено к лучшему и если воспитание станет успешным, тогда и тех, кто постепенно прибывает, легко будет ставить [в строй] для усиления [войска]» ("Οτι Σεβαστιανός τήν ήγεμονίαν παρά τού βασιλέως Ούάλεντος εϊληφώς παρά τήν πάντων ύπόνοιαν δισχιλίους ήτησεν όπλίτας. τήν δέ έξουσίαν τής αίρέσεως αύτός έπιτραπείς, τού βασιλέως καί χάριν προσομολογήσαντος, ότι κινδυνεύσει περί δισχιλίους, είτα έρομένου τήν αιτίαν, δι' ήν ολίγους αίτοίη, τά λοιπά ό Σεβαστιανός εφη τον πόλεμον εύρήσειν τοίς γάρ εύ πράττουσι πολλούς προσθήσεσθαν πλήθος δέ μετακαλείν έξ άναγωγίας δύσκολον ολίγων δέ άρχομένων ές τό καλόν μεταπλασθέντων, καί τής άγωγής έπιτυγχανούσης, τούς κατά μικρόν προσιόντας ράδιον έπί τό κρείττον ένταθήσεσθαι. — Eunap. VI, fr. 44. 4, p. 68).

Μ. Шпайдель предположил, что Себастиан произвел отбор воинов из кадрового состава семи дворцовых схол, находившихся в тот момент в войске Валента: по мнению исследователя, до прибытия к стенам Константинополя дворцовые схолы располагались в Антиохии, где они вели праздный образ жизни, не соблюдали правила военной дисциплины и в итоге оказались совершенно непригодны для участия в боевых действиях против готов; именно поэтому, как полагает Μ. Шпайдель, Себастиан решил выбрать