Ветер - Лариса Мельникова

очень быстро, не было никаких предпосылок. Неподвижные средства наблюдения, оставшиеся в Могаре, больше не могли передавать информацию. Утром, когда было получено точное подтверждение, что разрыва в аномальной зоне больше нет, Тару заехал в больницу и рассказал обо всём Равану. Тот выслушал и позвонил Таире:

– Привет, Таира. Сможешь сегодня ко мне заглянуть? Нужно кое-что обсудить.

– То, что аномальная зона снова восстановилась?

– Да. Нужно её сломать ещё раз.

– Боюсь, это невозможно.

– Почему? Ты же один раз это сделала. Теперь моя очередь.

– Нет. Это не я.

– Таира… Аномальную зону я, что ли, развалил?!

– Нет! Я была очень расстроена, что аталаны погибли, Мне было всё равно, я не понимала, что делаю и зачем. И зашла слишком далеко: силы, которые я разбудила, вышли из-под контроля, смерчи двинулись на Могар. Если бы они дошли, там бы все погибли. Люди, животные, растения… Остался бы мёртвый необитаемый остров.

Таира замолчала.

– Почему же этого не случилось?

– Потому что Эйр направила смерчи в почву, земля Могара их впитала. Вся эта сила вернулась в море и сломала аномальную зону там, где эти смерчи родились.

Теперь замолчали оба. Раван обдумывал то, что услышал.

– Получается, это сделала Эйр?

– В том числе. Я создала смерчи, Эйр направила их в почву, планета вернула энергию туда, откуда она пришла, – к аномальной зоне. Которая должна была сразу восстановиться, но это произошло только сейчас. А вы сдвинули для меня пространство, придумали, как спасти аталанов. В конечном итоге случилось то, о чём говорила Эйр, – это сделали мы втроём.

– Сделаем это ещё раз. Но на этот раз смерчи вызову я.

– Не получится, Раван!

– Это почему же?! У тебя, значит, получилось, а у меня не получится?! Ну так слушай, великая волшебница: я прекрасно знаю, что и как ты тогда делала! Только я направлю смерчи в другую сторону от Могара и буду контролировать процесс от начала до конца.

– Нет, Раван! Аномальная зона восстановится сразу!

– Откуда такая уверенность? Помнится, ты мне как-то картины будущего рисовала. И что? Сбылись они? Может, хватит воспринимать свои фантазии как реальность?

– Это не фантазии!

– Закончим разговор! Нет смысла тратить время на эту бессмысленную болтовню.

– Не отключайтесь! – крикнула Таира в отчаянии. – Успокойтесь и дослушайте. Расскажу всё, как есть. Когда мы были без сознания на катере, Энер проводила меня в Верхний мир. Со мной говорил Самый Главный. Я точно не знаю, кто это такой. Он очень сильно ругался... Сказал, что я чокнутая девица. Волшебники должны контролировать свои эмоции, а я... Поэтому мне придётся отдать свою волшебную силу тому, кто этого достоин. Я пообещала. И отдала.

– Почему ты решила, что это должен быть именно Лериан?

– Он сказал кодовую фразу.

– Кодовую фразу?

– Да. Он сказал, что хочет стать колдуном, чтобы сделать много хорошего. Самый Главный сказал: тот, кто это скажет, и достоин забрать мою волшебную силу.

– Что-то с трудом верится, будто колдуны Верхнего мира не могли предвидеть, что всё произойдёт именно так.

– Всё верно. Мы сделали то, что должны были сделать.

– Вот как... А ты поняла, что случилось с аталанами?

– Аталаны были живы. Начался какой-то непонятный процесс, но... Я ошиблась, решив, что они погибли. Вы предложили превратить их в волков, при этом они как-то самопроизвольно перешли в шакр. Это их и спасло. В этом состоянии они находились долго, не как мы, поэтому почти не пострадали. Когда аталаны пришли в себя, они сами превратились в людей. Тайан мне рассказал, что сначала испугался, а потом вспомнил, что нужно сделать, чтобы стать человеком, – я им это рассказывала и показывала на корабле. Он помог превратиться в людей всем остальным.

– Ясно. Картинка начинает складываться. Непонятно только, почему аномальная зона не восстановилась сразу?

– О, тут всё ещё интереснее. Картинка-то непростая: она складывается из кусочков прошлого, настоящего и будущего. Элоан проводил эксперименты, чтобы остановить Чёрную реку. В результате какие-то подводные плиты сдвинулись, и получилась преграда для энергии, которая направлялась от Могара. Сейчас этого разлома уже нет. В общем, больше этот номер у нас не пройдёт.

– Элоан тоже в Верхнем мире?

– Нет, он же не был колдуном. Он так и остался обычным человеком.

– Как же он тогда делал все эти невероятные вещи?

– Так же, как и Эйр: у неё тоже нет волшебной силы.

Эйр... Увидит ли он её когда-нибудь? Раван закрыл глаза и глубоко вдохнул. Душу как будто кто-то раздирал острыми коготками, от этого прямо физически больно. Комок подкатил к горлу. Тару подсел ближе, чтобы взять Равана за руку, но не решился. Оба были на грани отчаяния.

– Что же делать?

– Я не знаю. Боюсь, уже ничего.

Раван прервал звонок, упал на подушку и закрыл глаза.

– Мы что-нибудь придумаем, – тихо сказал Тару.

Что тут придумаешь? За сотни лет ничего не придумали... Он больше никогда не вернётся домой. Остаётся только пересматривать видеозаписи и гадать, что происходит с его семьёй.

– Спасибо, Тару. Оставь меня, пожалуйста, одного.

Вечером перед ужином раздался звонок. Помощница доложила, что приехала Дина – жена арестованного генерала Алекса. Эйр попросила проводить её в кабинет.

– Привет, Эйр! Как ты поживаешь? У мамы сегодня день рождения, она очень хочет, чтобы вы с детьми приехали, – громко сказала Дина. Она вообще была очень большая и громкая. Улыбаясь, гостья демонстративно прошла мимо охранника, обняла Эйр и тихо прошептала:

– За вами скоро придут. Срочно собери вещи. Я вас увезу.

Эйр побледнела. Скорее всего, это ловушка. Она же видела Дину с генералом Мираном, – значит, их хотят забрать тайно, не привлекая внимания. Что же делать?

– Кстати, с белой собакой всё хорошо! – весело сообщила Дина.

Какая собака? При чём здесь собака?

– Зря ты волновалась. С белой. Собакой. Всё. Хорошо.

Эйр бросило в жар: это же план Равана! Она улыбнулась, кивнула и включилась в игру.

– У мамы день рождения? А почему ты заранее меня не пригласила?

– Так ты же знаешь мою маму – она до последнего не хотела отмечать, капризничала, а сегодня вдруг повеселела и давай суетиться. Поехали: часика два посидим и вернётесь. У нас поужинаете. Я вас отвезу и привезу.

– Хорошо, сейчас скажу детям. Переоденемся