Танго над бездной. Эскалации - Александр Гельевич Дугин

идеи, Кирк был символом консенсуса. Он призывал: «Друзья, давайте сначала одолеем врагов и объединимся». Лояльный Трампу, он, однако, дистанцировался от его односторонней поддержки Израиля, осторожно выражая критику. Это был самостоятельный человек, камертон MAGA, умеренный, мягкий, не радикальный, открытый к диалогу. Он допускал на свои дебаты идейных противников, неустанно беседовал с ними, подобно проповеднику.

Христианско-консервативный проповедник, не пастор и не ученый, без университетского диплома, он нес ценности, в которые свято верил. Его семья – вдова Эрика Кирк и маленькие дети – была отражением его слов. Он мог часами спорить с оппонентами, оставаясь самым мягким. Илон Маск сказал: «Они убили нашего посланника мира». Это точно. В MAGA есть радикалы, призывающие к жестким мерам, но Кирк был умеренным, страстным, убежденным, непреклонным.

Консервативная Америка, ныне будучи у власти, признала в нем святого – символ нации, пострадавшего за Христа, Родину, патриотизм, семью, чистоту убеждений. Это чувство захлестнуло всех. Он не был маргиналом, а стал одним из идеологов MAGA, проводником здравого смысла, объединявшим разные фигуры. Даже радикальная сионистка Лора Лумер, яростно защищающая Нетаньяху и Израиль, признавала, что сомнения Кирка в произраильском лобби и его сдержанная критика Трампа были оправданны. Он привлекал даже самых крайних.

В MAGA не было противников Чарли Кирка. Его убийство стало посягательством на всех. Сэм Хайд, консервативный комик, в своей программе показывал фото Кирка, говоря: «Это ты. Каждый из вас – Чарли Кирк». Консервативная Америка, правящая ныне, осознала: удар пришелся по ней, по каждому, по отцу семейства, верному церкви.

Церкви переполнены – чудо: обычно там горстка людей, а теперь стоянки забиты. Своей гибелью и подвижничеством Кирк пробудил Америку. На его похороны в Аризоне пришли сотни тысяч – не только 100 тысяч на стадионе, но и толпы вокруг. Все американское правительство, яркие фигуры, включая Илона Маска, поругавшегося с Трампом, и Такера Карлсона, критикующего произраильскую политику, выступали перед произраильскими фигурами администрации Трампа. Это беспрецедентно.

Америка обрела в Кирке общий знаменатель. Он стал выразителем поколения, символом той Америки, что бросила вызов глобалистам, Соросу, Обаме, культуре отмены, трансгендерной идеологии – тому, что, к счастью, запрещено в России, но в Америке господствовало. Это переворот.

Моя книга о Трампе

Полгода назад я опубликовал книгу «Революция Дональда Трампа», описывая MAGA, ее принципы и цели. Но вскоре мне стало не по себе: Трамп отклонялся от заявленного курса. Я убрал книгу с полки, перестал ее дарить. MAGA – новое, последовательное движение за новый миропорядок. Но все пошло иначе.

В «Эскалации» на «Спутнике» мы обсуждали, как Трамп отдаляется, как MAGA распадается, какие распри раздирают движение, как меняется отношение к России. Изначально MAGA стремилась прекратить поддержку Украины и примириться с Россией. Фраза «Это не моя война, это война Байдена» находила отклик у Кирка, Карлсона, Бэннона. Но Трамп не останавливал поддержку. Появились фигуры, чуждые MAGA, – Линдси Грэм, неоксон, и другие, влияющие на Трампа. Казалось, все рушится.

Книгу перевели на английский, передали Трампу – реакции я не знаю. Но после ее выхода события пошли по иному сценарию. Говорили, что MAGA мертва. Маск поссорился с Трампом, хотел создать свою партию. Карлсон подвергал все сомнению. Политика США и Трампа, за редкими исключениями, следовала старым путем. И вдруг – убийство Чарли Кирка. Все, о чем говорилось в книге, вновь стало актуальным. MAGA, Трамп и его окружение вернулись к изначальному замыслу. Это огромный успех для Америки. Реакция противников – либералов, демократов – была чудовищной: пляски на костях, хохот, угрозы уничтожить всех консерваторов, обвинения в фашизме. Это возмутило среднего американца. Не только MAGA сплотилась – средняя Америка, колеблющиеся, заявили: «Нам не по пути с либералами, Соросом и его сетями».

В Кирке они видели себя, а не в кричащих трансгендерах, требующих «убить фашистов», отменить границы, принять больше мигрантов. Америка отвергла это, несмотря на промывание мозгов и давление, принуждающее менять пол детям. Это страшные эксперименты глобалистов над США. MAGA возвращается к своим истокам.

Израиль продолжает раскалывать MAGA

Отношение к Израилю остается полярным: Трамп поддерживает Нетаньяху, но большинство его сторонников против. Отношение к России: даже сторонники Израиля не видят причин противостоять Путину. Мы не антитезы, не абсолютные враги. Это цунами, захлестнувшее Америку, которое отразится на ее внешней и внутренней политике. Нельзя исключать новой волны террора. Противники Кирка, неспособные к диалогу, исключали его с YouTube, Facebook[106], преследовали, как преследуют Россию. Он это чувствовал. Мой знакомый англичанин, близкий друг Кирка, должен был встретиться с ним через два дня после трагедии. Он говорил: «Вы не представляете, как много Кирк сделал для сближения Америки и России».

В беседах, оставаясь публичной фигурой, он был влиятелен. Он – герой для нас. Владыка Тихон написал: «Нам не безразлично, когда человек встает против сатанинской цивилизации, заявляя: „Я за Христа, стреляйте“». Его убивают, распинают за Христа, традиции, человеческое достоинство, против сатаны. Он – герой Америки. Протестант, но, по словам друга, в последние месяцы он живо интересовался православием, видя в нем чистоту христианских традиций. Он шел к нам, оставаясь американским патриотом.

Мы потеряли друга, героя, сторонника справедливых ценностей. Он был одним из нас. Владыка Тихон увидел это, несмотря на конфессиональные различия. Из-за советского прошлого мы симпатизируем левым, но сегодня правые консерваторы ближе к нам, к нашим традиционным ценностям, чем левые, продвигающие античеловеческую, постгуманистическую, трансгендерную, извращенную повестку Запада. Мы тоже правая страна, но еще не осознали этого. Американцы лишь теперь начинают понимать. События вокруг Кирка и собрание в Аризоне окажут влияние на мировую и американскую политику. Для нас это далеко не безразлично.

Изменятся ли Штаты после убийства Кирка?

Ведущий. Вот вы сказали, что Соединенные Штаты изменятся, и изменятся сильно. У меня, по крайней мере, возникают некоторые сомнения. Изменится ли такая страна, если не сменится система, в которой она работает? Хочется, конечно, чтобы Соединенные Штаты изменились, возможно, в лучшую сторону – в эту более светлую, правильную сторону. Но произойдет ли это на самом деле?

Александр Дугин. Анализ американских консервативных экспертов, их постов, выступлений, интервью и статей раскрывает, что название организации Чарли Кирка – Turning Point, «поворотный пункт», – лишь теперь обретает подлинный смысл. Только после его трагической гибели правительство и народ США, собравшиеся на стадионе в Аризоне, осознали суть этой поворотной точки. Это необходимость смены системы.

Существующая в США система была диктатурой нелегитимных элит, навязывавших свою повестку без учета мнения народа. Это,