Борцы за изобилие - Михаил Петрович Аношкин

Необыкновенным, особенным был весенний сев 1963 года в совхозах и колхозах нашей области, в том числе и в хозяйствах, где работает Равиль Кудаяров. Пожалуй, впервые за много последних лет по-настоящему взялись за наведение порядка на полях, за тщательную обработку пашни, за культуру земледелия. В этой борьбе инспектор-организатор производственного управления Кудаяров нашел свое место.

В дни сева он день и ночь был на полях, следил, чтобы каждое поле было обработано по всем правилам агротехники. С ним всегда была книжечка «Агротехнические рекомендации». В свободные у механизаторов минуты Равиль Шагалеевич объяснял им правила агротехники.

Надо отдать должное механизаторам, нынче они и сами сеяли, как рачительные хозяева. Об этом говорит хотя бы то, что за весь сев не было случаев брака. Посеяно хорошо, на полях вырос сравнительно неплохой урожай.

У некоторых работников сельского хозяйства есть такие периоды, которые раньше называли междупарьем. Это время, когда одно сезонное дело закончено, а второе еще не наступило. Получается этакий сезонный, что ли, перерыв, сравнительно свободное время. Правда, в последнее время эти периоды все больше заполняются другими неотложными делами. Но все-таки кое у кого такие «междупарья» бывают.

У инспектора-организатора нет такого относительно свободного времени. У него одно дело набегает на другое — знай поворачивайся. Одновременно с севом надо заботиться о животноводстве, о пастьбе, о заготовке кормов, а тут и подготовка к уборке урожая, да и сама уборка не замедлила пожаловать.

Равиль Шагалеевич много занимается животноводством. Животноводы борются за пуд молока от каждой коровы в день. Главное в летний период хорошо организовать пастьбу, особенно ночью.

Уставший за день в ходьбе и езде по полям, Кудаяров ночами отправляется на пастбища к пастухам.

Нелегок труд ночных пастухов. Ранней весной по ночам холодно, непогодь, темно. Надо следить, чтобы в темных перелесках не затерялось животное, не попало в болотную трясину. И в то же время следить, чтобы все хорошо наелись, вовремя напились. Потом, когда начинается тепло, появляется овод. В тихие, теплые ночи тучи комаров носятся над стадом, беспокоят животных. Спасаясь от гнуса, коровы лезут в самую чащобу. И как бывает рад пастух, если ночью к нему кто-нибудь придет, приедет, по душам поговорит с ним!

Равиль Шагалеевич побывал на пастбищах колхозов «Марксист», имени Жданова, в Аргаяшском совхозе. Пастухи очень довольны его посещениями.

— Хороший, душевный человек Равиль Шагалеевич, — говорят они об инспекторе-организаторе.

Кудаяров вместе со всеми радуется успеху того или другого хозяйства, искренне огорчается неудачами. Он живет вместе со всеми.

Недавно за успешное выполнение плана на областную Доску почета вместе с другими хозяйствами области был занесен и его колхоз «Марксист». Кудаяров с радостным волнением читал это сообщение. Ведь это оценка труда не только тружеников колхоза, но и труда инспектора-организатора.

— Мы только начинаем работать, впереди у нас еще много дел, много нерешенных вопросов, много у нас и недостатков, упущений, — говорит Кудаяров.

Верно, много еще недостатков в хозяйствах, много нерешенных задач. Но они решаются. В этом не малая заслуга инспектора-организатора Равиля Шагалеевича Кудаярова. Он трудится на переднем крае жаркой битвы за изобилие, за коммунизм.

М. Аношкин

НЕУГОМОННЫЙ

Газик идет легко, покачиваясь на ухабах. Свет фар падает на дорогу, отбрасывая даже от маленьких бугорков большие неуклюжие тени. По сторонам стоит темный березовый лес, либо светлеют разводины полей, с которых только недавно убрали хлеб. На поворотах свет скользит по березняку, выхватывает белые стволы и неразбериху ветвей с прореженными осенью листьями. Некоторые листья упорно удерживают в себе зелень, но многие уже пожелтели и тихо, как бы нехотя, падают на землю. И ветра нет, а все равно неведомая сила отрывает лист от ветки, и он, покачиваясь, медленно притягивается к земле, как к магниту. В мгновенном ослепительном свете автомобиля падающие листья кажутся сказочными ночными бабочками.

Николай Николаевич Уфимцев, покачиваясь на сидении газика, видит ребристую от теней однообразную дорогу и на поворотах падающие с берез листья. Машину ведет сам секретарь партийной организации Тюбукского совхоза Василий Константинович Блинов, сосредоточенно, но без напряжения, словно заправский шофер. Путь — в Кисегачскую бригаду. Несколько часов назад в конторе совхоза состоялось производственное совещание: в отделениях плохо поднимается зябь. Хуже бы надо да некуда! Вот и решили проверить, как работают тракторы ночью.

Машину встряхивает на ухабах. Николай Николаевич садится поудобнее. Ему-то в эту ночь можно было спать, потому что никакой должности в совхозе не занимает. Да вот не спится. Недавно директор совхоза Пастухов даже рассердился на него. Навоз на фермах пропадает зря. Его бы собрать в бурты на зимнее хранение, приготовить из него компосты. Николай Николаевич об этом директору и сказал. А Пастухов вроде бы за обиду принял: мол, сами знаем, что делать. Уфимцев, конечно, понимает его. Хозяйство огромное, всяких хлопот невпроворот, вот со взметом зяби не вяжется, а тут еще с навозом пристают. А рабочих рук, машин не хватает. Так-то оно так, но ведь нельзя жить только сегодняшним днем, думать надо и о завтрашнем дне.

О завтрашнем дне… Широко, размашисто шагает наша страна, в любом капельке-деле это шаганье отражается. А Тюбук — та же маленькая капелька. Необъятные горизонты открываются, будто в безбрежном поле, душа радуется. Потому-то больно за каждый промах, за каждую осечку, которые мешают движению вперед.

Жизнь научила Николая Николаевича многому. Была она трудной, с ухабами, как эта дорога. Главное все-таки в том, что в самые трудные годы не потерял он веру в великое дело, убежденность в торжество справедливости. После XX съезда партии ему вернули партийный билет, а вместе с ним доброе незапятнанное имя. Тогда Николай Николаевич с еще большей энергией бросился в круговорот жизни, хотя годы уже были не те. Сейчас формально он не у дел, получает персональную пенсию, но считает себя на бессменной трудовой вахте.

Н. Н. Уфимцев.

Он многое передумал в эти годы. Перед войной вернулся жить в Тюбук к тем, кого знал с мальчишеских лет. От них черпал уверенность. Он не был нелюдимым отшельником, чудесная черта характера — неугомонность — проявилась особенно ярко. Работал в колхозе, потом в МТС. В войну перешел в Главнефтесбыт. Да так целых четырнадцать лет и проработал на Багарякской нефтебазе. Между прочим, старший сын Николая Николаевича работает тоже в Главнефтесбыте, в Челябинске. Второй сын не вернулся с фронта, а самый младший живет с отцом, в Тюбуке…

Впереди замельтешил красноватый