Часовой: Владыка Севера - Максим Шторм

глупо было бы рассчитывать, что Вейра прямо сейчас возьмёт и выложит имена оставшихся в Лютограде подельников Перумова, о которых не знали ни мы, ни допрошенные нами агенты графа. Хотя, она же уверена, что я живой покойник. Так почему бы и не потрепаться напоследок с гарантийным мертвецом? Или же не уверена?

Вейра чуть подняла свой украшенный скалящимся навершием-черепом стальной жезл. Вокруг набалдашника начало завихряться угольно-черное марево. На миг мигнули и погасли заженные и висящие над нашими головами огненные шары-светлячки. Твардовский снова громко ругнулся. Руны на моем чёрном мече уже горели, не притухая ни на секунду. Вейра скользнула по моему фамильному клинку нарочито безразличным взором и подняла вверх свободную руку. Тонкие костистые пальцы, растопырившись, сжались в кулак и половина плененных ею бедняг с истошными, резко оборвавшимися криками боли, рухнули ниц.

Я и глазом моргнуть не успел, как они превратились в иссохшие, сморщенные безжизненные мумии, а их энергия перешла в Вейру. Связывающие их дымчатые верёвки растаяли со смертью несчастных. Глаза Ведьмы загорелись багряным огнём, будто кто-то щедро сыпанул в адскую топку угля.

Гортанно выкринув, Вейра направила в нашу сторону жезл.

Взревев так, что потусторонний, пробирающий до костей, рык разнёсся по всей округе, с навершия жезла сорвался дымчатый чёрный череп размером с буйволиный и, воя как стадо баньши, понесся прямо на нас с Михаилом.

Я моментально вскинул клинок. Грифон, громко клекоча, распахнул крылья, ставя перед нами незримый энергетический щит. Врезавшийся в преграду череп взорвался с таким грохотом, словно в нас кинули привотанковую гранату. Я пошатнулся, отступая на шаг с гулко гудящей головой. И едва не затоптав брякнувшегося на колени чародея.

Кляня всех ведьм на свете и обещая им всем жёсткие нестандартные сексуальные сношения, Михаил ловко подхватился, извернулся и прямо с земли запустил в сторону Вейры огромный огненный шар. А молодец волшебник, не пасует!

Шар, с рёвом пожирая холодный ночной воздух, врезался в ведьму. Я непроизвольно зажмурился. Но Вейра ловко отмахнулась стальным посохом, отбивая магический, полыхающий жгучим жаром шар, будто простой мячик. Взревев, шаровая молния по дуге унеслась прочь. Михаил скрипнул зубами и один за другим запустил в противника два трескучих лиловых огненных копья.

Вейра, крутанув жезл, прямо в полёте переломила оба. Шваркнуло. Ночь отчётливо запахла озоном и дождем. Я торопливо затолкал раздухаришегося не на шутку чародея снова себе за спину и опять заслонился мечом, отражая очередную атаку Вейры. С клубящегося первородной тьмой посоха снова сорвались воющие дымчатые черепа. Один разбился о воздвигнутую защиту, громыхнув чудовищным раскатом. Второй пролетел мимо. С оглушительным грохотом врезался в деревенский частокол и, проделав в ограде дыру размером со вторые ворота, ударил откатом влево. Вдрызг, на зубочистки разнёс дозорную бревенчатую башенку и рассеялся лоскутами мрака. Нам в спину полетели отчаянные вопли и крики боли. Громче прежнего завыли псы.

А Вейра, не давая нам и секунды на передышку, снова воздела вверх свободную руку, расправляя пальцы. Я уже понял, что сейчас должно снова произойти.

На миг мои глаза наткнулись на худое, грязное, измученное лицо одного из ведьминых узников, прикованных к ней дымчатой нитью. И… Не может быть! Я замер, узнав в этом обнажённом, ссохшемся, похожем на бледную копию себя прежнего существе человека, которго я некогда так хорошо знал!

Глава 7

Глава седьмая.

Наверно, истекали доли секунд, прежде чем Вейра снова начнет тянуть жизненную энергию из оставшихся жертв и насыщать свое чёрное ненасытное ведьмино нутро.

— Отвлекай ее! — рявкнул я к его чести ничуть не смутившемуся Твардовскому и рванул, что называется, с места в карьер.

Время снова замедлилось. Размазалось, будто капли густой тягучей краски по полотну нашего бренного бытия… Ведомый Грифоном и питаемый его силой, я двигался невероятно быстро.

Верховная Ведьма только начала сжимать растопыренные пальцы, готовясь одним движением вырвать ещё две дюжины жизней из похожих на воскресших мертвецов истощённых людей. Мой юный друг-волшебник, не мешкая, запустил в Вейру огромных размеров огненный шар насыщенного малинового цвета.

Искрящийся и жгучий, он летел наперегонки со мной, освещая сумрачную ночь и рассекая давящую на нас темноту. Все звуки остались где-то на заднем плане.

Я преодолел оставшееся до Вейры расстояние за несколько ударов сердца. И когда она начала сжимать пальцы в кулак, а наиболее близко стоящие к ней несчастные пленники, прямо на глазах морщась и истаивая, будто кто-то стремительно пожирал их плоть изнутри, начали на подгибающихся ногах падать, я уже был совсем рядом с Ведьмой.

Секундой позже меня догнал запущенный Твардовским огненный шар. Вейра мастерски, буквально не глядя, отразила полыхающий мяч ловким взмахом жезла. Закручиваясь по спирали, огненный клубок взмыл в воздух, рассыпая тысячи разноцветных искр и бухнулся оземь в добрых тридцати метрах от нас, растекаясь по траве в беспомощных языках хиреющего пламени.

Не обращая внимания на устроенную иллюминацию, я набросился на Вейру.

Увидел ее наполняющиеся нешуточным удивлением отливающие багрянцем глаза. Услышал судорожные всхлипы обречённых на заклание людей, из которых по дымящимся чёрным колдовским нитям к Вейре начала перетекать жизненная сила.

Приводы моих доспехов взвыли разъяренными гарпиями. Все механизмы, работающие как самые лучшие часы, послушно отзывались на каждое мое движение. Питающая доспехи силовая установка громко загудела. Мой огромный рунный клинок пришел в неумолимое движение.

Я выпал из замедлившегося времени аккурат с тем моментом, когда чёрный меч, сверкая горящими по всей длине клинка рунами, с гневным ревом рассекая горящий вокруг него воздух, рубанул по сжавшейся в кулак руке Вейры на уровне локтя и отсек ее без малейшего сопротивления, словно пустотелый бамбуковый стебель.

Вместе с рукой меч перерубил творящуюся мерзкую магию. Оставшиеся в живых жертвы, надсадно и хрипло кашляя, облегчённо выдохнули, снова получив возможность дышать. Ведьма гортанно взревела, отшатываясь от меня и рыча сквозь заострившиеся зубы. Из страшной раны не пролилось ни капли крови. Вокруг культи запульсировал мрак, стремительно затягивая рану. Успевшая поглотить жизни ещё почти десятка человек, иномирная тварь отскочила на недосягаемое для моего меча расстояние, взмахнув полами чёрного плаща, разворачиваясь и обрушивая на меня увенчанный черепом жезл.

Устремившийся ко мне огромный чёрный шар, сорвавшийся с посоха Ведьмы, я встретил рубящим ударом меча, разваливая его на две шипящие, исходящие черным маревом, половинки. Клубящиеся волны обошли меня сторонами, вызывая жжение по всему телу и заставляя нанесённые на броню руны гореть ослепительным раскалённым серебром. Земля позади меня почернела и задымилась. Огромная, пожирающая почву проплешина пошла во все стороны кругами, как волны от брошенного