Вступай в Культ - Вова Бо

Не говоря уж о самом Уильяме — любимце народа, который рано или поздно займёт место отца во главе семьи. Но если я окажусь прав, то сейчас Вийто выбирает между потерей людей и потерей репутации.

— У меня полно людей, которых не очень жалко, — отмахнулся босс. — Да, выигрыш будет меньше, но и риски приемлемы.

— Так я же и предлагаю, — потёр я лицо. — Никаких рисков. Уильям пойдёт со мной, а если запахнет горелым, у нас будет козырь.

— Нет, ты предлагаешь не это. Ты предлагаешь в открытую нарушить негласные правила, которые мы веками соблюдаем. Банковское хранилище находится под защитой семьи Альва в той же мере, что и под защитой города. Это будет официальное предательство, если я пущу тебя туда.

— Но разве первым не предал вас Борроуз? — спросил Яркий. — Разве он не должен был согласовать свой план с вами и мэром? Вы, мэрия, церковь веками работали вместе, охраняя покой города. Защищали его с разных направлений, спина к спине. Получается, церковь единолично решила, что её работа важнее других, раз действует самостоятельно.

— Всё равно, — покачал головой Вийто. — Не могу дать добро на такое.

— Господин Альва, — произнёс я. — Мы всё равно проникнем в хранилище с вами или без вас. Я не собираюсь рисковать своими людьми и своей жопой, идя в поход против нежити под предводительством лича. Это самоубийство. И если я прав, то Алеппо не ждёт ничего хорошего.

— А если ты ошибаешься? — вперился в меня Вийто.

— Я верну содержимое ячейки. Лично вам в руки. Скажете, что нашли грабителя и вернули украденное.

— Только это не восстановит мою утерянную репутацию. И уж тем более мне придётся предоставить голову самого грабителя. А после того, что ты сделал для моего сына, я бы очень не хотел доводить до подобного.

— Посмотрите на это с другой стороны, мистер Альва, — произнёс Яркий. — С экономической. В случае, если Рейн ошибается, ваша ставка проигрывает, и вы теряете репутацию. А также несёте некоторые расходы. Но если Рейн прав, ваша ставка выигрывает. И теперь уже вы становитесь героем-защитником Алеппо, который остановил коварного лича и спас город.

Я с удивлением посмотрел на Яркого. Дай этому парню артефактную кочергу, так он и самого дьявола уболтает отказаться от угля для розжига и начать варить на экологическом топливе. Ещё и ледогенераторы втюхает для седьмого круга, где и так всё льдом покрыто.

— По живому режете, — вздохнул Вийто. — Рейн. Давай начистоту, как ты сам считаешь, каковы шансы, что Борроуз мутит воду?

— Сто процентов. Я не знаю, в чём именно его план, но точно не в святом самопожертвовании.

Я изначально думал, что он хочет воскресить того дракона в пещере, но эта идея не выдерживает никакой критики. Он положил куда больше нежити, чем даст один крылатый ящер.

Нет, дракон точно как-то фигурирует в этой схеме, но определенно не является конечной целью.

— Ладно, — вздохнул Вийто после нескольких минут уговоров Яркого. — Но сделаем всё по-моему. И если окажется, что ты ошибся, Рейн. Содержимое ты отдашь не мне, а лично Борроузу. И извинишься перед ним.

— Публично, — кивнул я.

Ни секунды не верю, что придётся. Но и излишней чванливостью не отличаюсь. Я часто ошибаюсь и умею признавать это. И лучше извиняться, чем лежать в могиле.

Так что через час мы уже были в центральном банке Алеппо. Вийто лично привёл нас. К нему тут же подскочил управляющий и принялся расшаркиваться.

— Господин Альва, какая честь, чем могу быть вам полезен?

— Ключ от хранилища.

— Будет сделано сию минуту.

— Не от личного. От городского. И никакого сопровождения.

— Но… Господин Альва… Не положено же… — управляющий моментально начал бледнеть и покрываться потом одновременно. — Вы же знаете правила.

— Ты хочешь мне отказать? — Вийто изогнул бровь и скосил взгляд в сторону управляющего, на которого до этого даже не смотрел. — Мне показалось, или ты сказал, что мне что-то нельзя?

— Что вы, что вы, господин Альва. Уже несу ключ, сию секунду…

Если я правильно понял, управляющий до вечера лишится должности. Весьма жирной должности. Сейчас от его расторопности зависело лишь то, чего ещё он лишится до вечера.

Разумеется, это событие станет известно всем, кому надо, ещё раньше. И я не про управляющего, а про то, что Вийто Альва в сопровождении неизвестного вошёл в городское хранилище без свидетелей.

К моему счастью, никто не успеет ничего предпринять, потому что на рассвете объединённая армия выдвинется за стену. Идеальный момент.

Мы спустились на минус третий уровень, где управляющий лично открыл для нас сейфовую дверь. Уже третью по счёту. Дальше мы с Вийто вошли вдвоём. Я был в лисьей маске, так что моего лица не видели. Впрочем, кому надо, те и так давно знают, чья это маска.

Городское хранилище было не очень большим. Всего двести ячеек вдоль стен, в центре комнаты — пустой стол. Очень много магических печатей, без Вийто взломать защиту было бы очень сложно. Но у него теперь был универсальный ключ управляющего.

Вийто сверился со списком имён и указал на одну из ячеек.

— Это она.

Открыли, вытащили ящик, положили его на стол и откинули крышку. Внутри был с десяток артефактов Апола, бумаги, кристаллизованный эйб высшей концентрации, пара блокнотов и ещё с десяток мелких артефактов без божественного эйба.

— Не то, — произнёс я.

— Сразу пойдёшь извиняться или после похода? — недовольно пробурчал Вийто.

— Вскрываем другие ячейки. Все, что принадлежат служителям Апола.

Дальше пошла возня с ящиками. Мы вскрывали их один за другим, но нигде не было того, что я искал.

— Церковники уже знают, что кто-то вскрывал их ячейки без их ведома, — проворчал Вийто. — Так что скоро Аполовцы будут здесь.

— Точно, — схватился я за голову.

— Что, точно? Это очевидно, Рейн. Благо все шишки сейчас в форте, но когда они вернутся, начнётся разбирательство. И если ты ошибся, семья может лишиться всего.

— Да я не об этом. Борроуз не стал бы так рисковать. Он бы не воспользовался чужой ячейкой, ведь тогда хозяин узнает о содержимом. А Борроуз не хочет, чтобы кто-либо знал о его статусе лича.

— Но его личная ячейка тоже пустая.

— Да. Он воспользовался ячейкой того, кто не станет проверять содержимое. Дай-ка список, — я пробежался глазами по именам, а Четверг тут же подсветил нужную строчку. — Седьмая ячейка. Миллиган.

— Погибший старик, — произнёс Альва. — Ну да, у него нет наследников, а без