Вторая жена поневоле - Лия Султан

— Нравится? — раздаётся за спиной хриплый голос.

Вздрогнув, резко оборачиваюсь. Алихан стоит в дверях, прислонившись плечом к косяку.

— Да. Очень красиво… Я такое видела только в кино.

Он безмолвно смотрит на меня, но в его взгляде я не вижу прежней суровости. Отведя глаза, продолжаю осматривать кухню, а затем выхожу и иду по длинному коридору. Открываю первую дверь — детская. Две кровати, письменный стол, шкаф с игрушками, которые, видимо, только недавно купили. На стенах — яркие обои с планетами и звёздами. У моих мальчиков наконец-то будет своя большая комната.

— А здесь что? — спрашиваю Алихана, показывая на дверь в конце коридора, у окна.

— Спальня, — отвечает он и нажимает на ручку. — И напротив ещё одна. Гостевая.

Спальня большая, светлая, с широкой кроватью, застеленной покрывалом. У окна - туалетный столик с зеркалом, рядом - платяной шкаф. Есть даже отдельная ванная. После квартиры и тесной, тёмной времянки такая спальня - как покои королевы.

Стоит мне подумать об этом, как я получаю удар под дых от совести. Она, как ёжик, выпячивает свои иголки и тут же сворачивается в груди колючим клубком. Я смотрю на эту кровать, стены, нежные занавески и понимаю, что за всё это заплачено чужой болью.

— Что случилось? — раздаётся за спиной голос Алихана. Он подошёл так тихо, что я не слышала.

Я оборачиваюсь, пытаясь улыбнуться, но улыбка выходит кривой.

— Нет, ничего. Всё очень красивое. Спасибо. Мне только нужно будет съездить на рынок, купить продукты…

— Не нужно, — перебивает он. — У тебя будет помощница по хозяйству. Она уже заполнила холодильник.

Я поднимаю на него удивлённый взгляд.

— Помощница? Мне не нужна помощница, я всё сама умею.

— А когда ты будешь ездить с Арманом к врачу, кто останется с Омаром?

Потупив взор, качаю головой. Об этом я не подумала.

— Ты можешь делать в доме всё, что хочешь, — продолжает он ровно. — Но помощница не помешает. Пять дней в неделю. И водитель.

Поднимаю на него удивлённые глаза.

— И водитель?

Алихан одаривает меня строгим взглядом, но внезапно я замечаю, как вздрогнули уголки его губ.

— Я имела в виду… — бормочу я, чувствуя, как кровь приливает к щекам. — Спасибо, кайнага. Спасибо за всё.

Его лицо меняется. Он делает шаг ближе, и я инстинктивно отступаю назад.

— Алихан, — поправляет он.

— Извините… Алихан.

В его взгляде нет холода, только тепло, от которого становится не по себе. Я первая разрываю зрительный контакт, потому что выдержать этот взгляд оказывается неожиданно трудно.

— Я буду приезжать к вам три раза в неделю. Может, и в выходные.

Три раза. Остальные дни он будет с женой.

Я понимаю это мгновенно. В многоженстве так положено: нельзя обделять ни одну жену, нужно делить поровну всё: время, заботу, внимание, любовь, ночи…

Но я не просила этого. Я не просила его любви или ночей. Только помощь. Только поддержку. Пусть будет так.

— Хорошо.

Алихан задерживает на мне взгляд на несколько секунд. Он не трогает меня, не делает никаких попыток сблизиться, за что я ему благодарна. Он ведь сказал, что даст мне время.

И действительно, мне нужно время, чтобы привыкнуть, свыкнуться с мыслью о своём новом статусе, научиться жить вот так и принять эту реальность, где я - токал, вторая жена.

Алихан вытаскивает из кармана брюк портмоне, открывает его и вынимает карточку.

— Вот, возьми, — протягивает её мне, а я беру её с опаской. — Эта временная, потом Жандос отвезёт тебя в банк, сделаешь себе такую. Каждый месяц тебе будут поступать сюда деньги, распоряжайся ими как хочешь. Если закончатся, скажешь.

У меня все слова застряли в горле. Слишком много всего за один день, я не успеваю его благодарить за всё, что он делает для нас.

— Я поеду, у меня много дел, — говорит Алихан и выходит из комнаты, а я семеню за ним.

Мы снова оказываемся в гостиной, где дети уже разобрались с телевизором и нашли мультфильмы.

— Мальчики, Алихан-ага уезжает. Попрощайтесь.

Омар первым вылетает к нему и обнимает его за ноги. Алихан, не ожидавший такого, внезапно теплеет, морщины на переносице разглаживаются, и он гладит Омара по голове.

— Ага, спасибо. Ты такой хороший. Ты будешь к нам приезжать? — спрашивает сынок.

— Конечно, балам. Часто.

— Ура!

Алихан переводит взгляд на Армана, подходит к нему и садится на диван, чтобы быть с ним на одном уровне. Он ведь не зря сказал, что Арман похож на него - так и есть. Я раньше даже не думала об этом, а теперь вижу сходство. Арман похож на Алихана так, словно он был его отцом, а не дядей.

— Балам, тебе всё нравится?

— Да, ага, спасибо большое, — собранно отвечает сын. Он после всех своих злоключений как-то внезапно повзрослел. — Это самый лучший дом на свете.

— Я рад, — Алихан проводит широкой ладонью по его волосам и останавливает взгляд на лице.

О чём он, интересно, сейчас думает?

Глава 12.

Глава 12.

Ночь опускается на город мягким звёздным одеялом. За окнами темно, а в доме тихо и уютно. Детскую освещает тонкая полоска света из коридора, перебравшаяся из приоткрытой двери. Я сижу на стуле между двумя кроватями и держу сыновей за руки. Они уже сонные, глаза слипаются, дыхание становится ровным и глубоким.

— Мамочка, мне здесь так нравится, — шепчет Омар, и его пальчики сжимают мои.

— И мне, — вторит Арман с другой стороны. — Дядя Алихан такой хороший. Вот бы он ещё пришёл к нам.

Я улыбаюсь в темноте, хотя сердце сжимается от этих слов.

— Я очень рада, что вам нравится. Это ваш дом теперь.

Омар поворачивает голову на подушке и смотрит на меня сонными глазками.

— Я люблю тебя, мамочка, — шепчет он сладко.

— Я тоже люблю тебя, мамочка, — добавляет Арман, и голос его уже почти не слышен.

Я наклоняюсь к каждому, целую в лоб и щёки, шепчу:

— Я тоже вас люблю. Сильнее всех на свете. Спите, мои хорошие.

Они закрывают глаза, и через несколько минут я слышу их спокойное сопение. Арман