Турнир академии. Гонки на небесных лодках - Алекс Го

Так что он написал, как было сложно подняться по лестнице, как страшно лететь на небесных лодках, и как трудно сдать экзамены. Однако он справился, а последний предмет и вовсе сдал так хорошо, что старейшины предложили выкупить его изобретение.

До начала учебы оставалось всего два дня, так что завтра Лян повезет это письмо в поместье Шэнь. К тому времени, как он доберется, Серый уже будет в академии, и даже если кто-то захочет ему помешать, то ничего не сможет сделать. Он представил, как будет беситься первая жена и довольно прижмурился. Может, ее от таких новостей даже удар хватит.

На следующий день Серый отлично провел время в гостях у нового друга и узнал много интересного. Мастерская семьи Го находилась ближе к окраинам города и занимая большой участок, обнесенный высокой каменной стеной. Внутри работало два десятка человек, которые могли починить любую вещь или улучшить ее.

Отец Го Сюна оказался не просто ремесленником, а настоящим мастером своего дела, человеком, чья репутация гремела далеко за пределами города. Он с гордостью показывал гостю свои творения, и Серый даже не представлял, что в этом мире, столь напоминающем Древний Китай, существует такое поразительное разнообразие механических чудес. Отец Го Сюна работал над созданием автоматонов — удивительных устройств, которые приводились в движение сложнейшими системами шестеренок, пружин и рычагов. Это были настоящие произведения инженерной мысли, способные выполнять несколько заученных движений с почти живой грацией. Сложно было поверить, что в них нет ни капли магии, настолько живыми они выглядели, но мастер Го был обычным человеком и Ци не владел.

Богатые люди заказывали себе такие диковинки, чтобы поразить воображение гостей, продемонстрировать свой вкус и, конечно же, богатство. Например, механического дворецкого в полный рост, который склонялся в церемонном поклоне, если наступить на плитку перед ним. Рядом на изящной подставке сидел золотой соловей, который мог хлопать крыльями и петь несколько популярных мелодий. Но самыми популярными среди покупателей были шкатулки с танцующими феями. Стоило поднять резную крышку, как внутри начинала играть нежная мелодия, а миниатюрные фигурки в крохотных шелковых ханьфу и с блестящими крылышками медленно кружились в завораживающем танце, их крошечные ручки взлетали и опускались в такт музыке.

Мастер Го, знавший, что Шэнь Ливэй придумал, как решить проблему со зрением, был очень приветлив с новым другом сына. Собственно, ему тоже очки бы не помешали, ведь годы брали свое, и с мелкими деталями становилось все сложнее работать. Поэтому он был рад, что не придется уходить на покой досрочно. Да и в целом приятно было знать, что среди молодежи есть такие таланты.

На следующий день Серый немного погулял по городу, снова в компании Го Сюна, а потом началась учеба. В первый день новичков просто собрали в их павильонах для торжественного знакомства с наставниками и друг с другом. Перед павильоном заклинаний собралось всего пятнадцать человек. Впрочем, половина из них отсеется уже в первые два года, а полноценными заклинателями смогут стать всего трое-четверо. Что уж говорить о настоящем бессмертии, до него вообще только один из тысячи поступивших дойдет.

Среди учеников Серый сразу заметил знакомую белоснежную фигуру Бай Юньфэна. Он хотел подойти и поздороваться со своим случайным знакомым по лестнице, но тот, едва заметив его приближение, демонстративно отвернулся, вздернув подбородок, и так презрительно дернул кончиком хвоста, словно отгонял назойливую муху, что Серому ничего не оставалось, кроме как пожать плечами и вернуться на свое место. Он понятия не имел, с чего белый кот вдруг начал себя так вести, и, видя такое отношение, не особо хотел выяснять.

После знакомства с наставниками, новичкам устроили экскурсию по академии. Им показали, где что находится и как добираться с острова на остров. Старшие ученики, уже овладевшие искусством управления Ци в достаточной мере, чтобы летать, легко и изящно перепрыгивали с парящей скалы на скалу. Младшим же приходилось пользоваться небесными лодками.

В группе было пять девушек, и одна из них сразу привлекла внимание Серого — милая черная кошечка с большими зелеными глазами. У нее был точно такой же цвет меха, как у Шэнь Ливэя. А потом, проходя мимо, эта девушка вдруг споткнулась буквально на ровном месте, взмахнула руками, пытаясь удержать равновесие, и начала заваливаться прямо на Серого. Тот, повинуясь инстинкту, подхватил ее за талию, не дав грохнуться на каменные плиты.

И вдруг испытал смутное чувство узнавания, нечто сродни дежавю. Ее внезапная, совершенно нелогичная неуклюжесть на ровном месте напомнила ему кое-что. Он сам точно так же спотыкался, когда его окружало облако повышенной хаотичности.

Мэй Лифэнь

Серый присмотрелся к девушке внимательнее, ощущая ладонями тепло ее талии через тонкий шелк одежд. Насколько он знал из воспоминаний Ливэя, в этом мире черных кошек не считали предвестниками неудачи. Здесь, к счастью, не существовало суеверий, связанных с цветом шерсти. Значит, эта девушка хаотичность создавала намеренно, а не случайно. Скорее всего, она слышала о примете и тоже могла оказаться попаданкой.

Серый оглянулся по сторонам — группа медленно продвигалась дальше, старшекурсник, проводивший экскурсию, увлеченно рассказывал о библиотеке, расположенной на соседнем острове, и никто не обращал на них внимания. Он решился на эксперимент.

— Исекай? — тихо спросил он, испытующе глядя на девушку.

Это был словно пароль для своих. В его прошлом мире любой, кто хоть немного интересовался японской анимацией и литературой, понял бы, о чем он говорит. Попаданка, застрявшая в этом мире кошколюдей, непременно отреагировала бы хоть как-то.

Но кошкодевочка лишь недоуменно нахмурила тонкие брови, склонив голову набок, отчего ее пушистые черные уши мило дрогнули.

— Что? — переспросила она с искренним недоумением в зеленых глазах.

Серый на мгновение задумался, всматриваясь в ее лицо. Либо она великолепная актриса, либо действительно не поняла. Хотя зачем ей вообще прятаться от собрата-попаданца?

А потом девушка словно спохватилась, осознав, что слишком долго находится в чужих объятьях, и поспешно отступила на шаг, одергивая рукава. Ее щеки тронул легкий румянец, и она потупилась, разглядывая носки своих туфель, расшитых серебряными нитями.

— Прости за беспокойство, — пробормотала она. — Я всегда такая неуклюжая… Спасибо, что не дал мне упасть.

Серый вежливо ответил, но почувствовал легкое разочарование. Было бы так здорово пообщаться с кем-то из старого мира.

Новую знакомую звали Мэй Лифэнь, и она, судя по манерам и одежде, происходила из довольно обеспеченной семьи,