Львы и розы ислама - Владимир Дмитриевич Соколов

но известно, что он совсем не стремился к военной карьере. Нур ад-Дин чуть ли не силой заставил его отправиться вместе с Ширкухом в Египет. Во время походов Ширкуха Саладин ничем себя не проявил, не считая одного удачного маневра в битве при Эль-Бабине (1167) и своего наместничества в Александрии, которое оставило у него тягостное впечатление. Каирский халиф аль-Адид не видел в Саладине больших достоинств и после смерти Ширкуха доверил ему пост вазира, считая его самым безобидным из сирийских «гостей».

Но, едва приняв власть, Салах ад-Дин проявил незаурядные дипломатические и военные способности и скоро стал единоличным правителем Египта. Для этого ему прежде всего пришлось подавить сопротивление Фатимидов, формально все еще остававшихся у власти. Вдобавок к асадии и нурии Салах ад-Дин создал собственных аскаров – салахию; опираясь на эти силы, он разгромил взбунтовавшуюся гвардию и уничтожил последний военный оплот Фатимидов. В решающей схватке на улицах Каира столкнулись войска брата Салах ад-дина, Туран-шаха, с суданскими отрядами и армянской гвардией. Туран-шах победил, забросав врага сосудами с горящей нефтью.

Бессильного халифа Саладин запер во дворце и, по рассказам историков, каждый день посылал к нему людей с требованием отдать ему часть сокровищ. В конце концов, он отобрал у него даже последнего коня: торжественные выезды пришлось прекратить.

В течение десяти лет Салах ад-Дин продавал имущество, найденное во дворце халифа. После этого дворец отдали эмирам, которые еще долго выламывали из пола и стен и продавали его мозаичные плиты, оставляя самые лучшие себе. Сын последнего халифа аль-Адида и все его родные и двоюродные братья были арестованы и умерли в заточении.

Из политических соображений Саладин присягнул Аббасидам: после смерти аль-Адида в мечетях стали поминать багдадского халифа аль-Мустади, а исмаилитство фатимидского толка сменил традиционный суннизм.

Несмотря на безоговорочную власть в Египте, при жизни Нур ад-Дина Салах ад-Дин считался его вассалом. После смерти своего сюзерена он женился на его вдове, разбил армию сирийского узурпатора Гюмюштегина, отстранившего от власти малолетнего сына Нур ад-Дина, и с одобрения аббасидского халифа аль-Мустади стал правителем не только Египта, но и Сирии. Еще раньше он в течение двух-трех лет завоевал ближнюю часть Магриба (Барка, Триполи, Кайруан) и Йемен.

Долгое время Салах ад-Дин был слишком занят междоусобными войнами, чтобы сражаться с крестоносцами, но после решения своих внутренних проблем со всей силой обрушился на христиан. Он начал прямо с похода на Иерусалим и потерпел поражение в битве при Монжизаре, где рыцарская конница уничтожила его мамлюкскую гвардию, а сам он едва не погиб (1177). После этого сражения Саладин будто бы сказал: «Бог не хочет, чтобы царство христиан пало при этом короле» (Балдуине IV).

Однако война с крестоносцами только началась. После нескольких лет более или менее успешных военных действий Саладин организовал новый большой поход. Поводом для вторжения послужил поступок графа Рено де Шатильона – известного смутьяна и авантюриста, «франкского демона», приключениями которого можно посвятить целую книгу. В один из своих разбойных рейдов он напал на мусульманский караван, в котором ехала сестра Саладина. Говорили, что Рено не только ограбил купцов, но и посмел дотронуться до девушки. (Это самый мягкий вариант: по другим версиям, он ее обесчестил, убил или продал в рабство). Саладин дал обет убить обидчика собственной рукой.

Свое обещание он сдержал. Именно Салах ад-Дин нанес решающее поражения франкам в битве при Хаттине (1187), после которой мусульмане отвоевали почти все захваченные ими земли, включая Иерусалим. В Третий крестовый поход французский король Филипп II Август и Ричард Львиное сердце вернули часть земель и захватили важную крепость Аккру, но Святой город так и остался в руках мусульман. Как писал арабский летописец: «Иерусалим был очищен от грязи поганых франков».

После Саладина

Правление айюбидской династии в Египте и Сирии мало чем отличалось от всех предыдущих: Салах ад-Дин и его последователи так же опирались на личную гвардию из тюрков и курдов, покровительствовали искусствам, строили мечети и медресе, старались развивать торговлю и раздавали своим родственникам и приближенным земельные наделы и целые области.

Чтобы укрепить свою армию, Салах ад-Дин вдвое увеличил постоянное войско и сделал его структуру более четкой, введя эмиров пяти, десяти, сорока и сотни человек. Как и многие великие правители, он отличался нестяжательностью: после смерти Салах ад-Дина в его казне осталось всего сорок семь дирхем и один тирский динар, что, как замечал его биограф, говорит о «его чрезмерной щедрости».

После Салах ад-Дина правили его брат аль-Адил I, потом аль-Камил (сын аль-Адила I) и аль-Салих (сын аль-Камила). Они сумели стать лидерами в начавшейся между кланами борьбе, где одни гвардейцы-аскары воевали с другими.

Крестоносцы тем временем успели захватить Константинополь во время Четвертого крестового похода, а затем, во время Пятого, бросили свои силы против Египта. Они почти достигли Каира, но их снова остановил разлив Нила.

В Шестом крестовом походе германский император Фридрих II Гогенштауфен сумел договориться с султаном аль-Камилом о возвращении франкам Иерусалима и был коронован в Храме Гроба Господня как король Иерусалимский. По договору мусульманам оставалась только Храмовая гора с мечетями.

Но это миролюбивое решение поссорило Фридриха и с христианами, и мусульманами, не любившими компромиссов. После его отъезда Иерусалим снова стал мусульманским. В 1244 году монгольские наемники ас-Салиха вновь захватили священный город, разорили могилы латинских королей и осквернили христианские святыни.

Христиане попытались взять реванш в Седьмом и Восьмом крестовых походах, которые возглавил французский король Людовик Святой. Он нанес удар по айюбидскому Египту и едва не захватил Каир. Во время наступления крестоносцев султан ас-Салих умер, но его рабыня и наложница Шаджар ад-Дурр (некогда подаренная ему аббасидским халифом) скрыла смерть мужа от армии и стала издавать приказы от его имени, чтобы не вызвать паники среди солдат. В этот трудный момент в первые ряды защитников ислама выдвинулись мамлюки – султанская гвардия из бывших тюркских рабов.

Глава 6. Мамлюки

Гвардейцы султана

После завоеваний в Средней Азии в рабство к мусульманам попали тысячи тюрок-кипчаков из киргизских, поволжских и уральских степей. На невольничьих рынках продавали множество детей и подростков: их покупали, много лет обучали военному делу и зачисляли в армию, выдавая специальную грамоту. Султан ас-Салих стал первым, кто начал набирать свою гвардию почти исключительно из мамлюков, предпочитая опираться на них, а не на своих собратьев курдов.

Мамлюки считались свободными людьми: каждый из них имел лошадь и оружие, а его будущая карьера зависела только