Воспитатель - Владимир Николаевич Малахов

Когда они прощались, Иван пригласил Аню к себе домой на вечеринку.

— Можешь воспитателя пригласить, — насмешливо предложил он, но Аня серьезно ответила:

— Хорошо. Мы придем.

Девушка не видела, как поморщился Светков от этих ее слов.

Солохина приняла приглашение. Ей хотелось знать — каков Светков дома, в кругу своих товарищей, кто его родные.

Ни Солохиной, ни Ане Светков не сказал о том, что продукты и вино, которые он уже закупил, предназначались для свадьбы и когда Нина Федоровна заметила, что не следует торопиться, он тут же про себя решил, что будет лучше, если свадьбу они отложат, а пока что состоится небольшая вечеринка.

Проводив «молодых», Нина Федоровна подошла к этажерке, взяла книгу, присела к свету, но читать не смогла. Что-то не нравилось ей в этом Светкове. Не нравилось, как он зевнул, как без конца повторял слово «практически», как быстро согласился с тем, что не надо торопиться. И потом, эта тревога, когда она спросила женат ли его друг. А главное — не было в нем той стеснительности, той робости, которые были у Ани. Будто не впервой ему была женитьба и весь вопрос упирался лишь в то, чтобы решить все «практически».

«Глупости, — успокаивала себя Нина Федоровна. — Просто мужчина должен быть более волевым. Так же и мой Иван вел себя.

Так же? Нет, пожалуй, не так. Накануне свадьбы, когда гости вот-вот должны были явиться, оказалось, что Иван забыл принести стулья от соседей.

«Нет, этот ничего не забудет, — усмехнулась Нина Федоровна, этот с практической жилкой». И именно потому, что он все предусмотрит, ни о чем не забудет, неприязнь к Светкову стала еще большей.

«Нет, не права я все-таки, — опять успокаивала себя Нина Федоровна, а где-то в глубине души родилась мысль: надо обязательно сходить, узнать, что люди говорят о нем, но тут же она подумала: «Мало ли что могут говорить о нем! Но как бы там ни было, лучше все же узнать, только потом, после вечеринки»…

Слух о том, что Аня Любецкая выходит замуж, быстро распространился по общежитию.

Нина Федоровна была в красном уголке, когда к ней явилась группа девушек. Они были взволнованы, и Солохина сразу это заметила.

— Что же это такое, Нина Федоровна, получается, — начала сразу Лида Ткаченко. — Этак всех наших девушек растащат, а мы даже и знать об этом не будем.

— То-есть как растащат? — не поняла Нина Федоровна.

— А как же? Аню забирают. Девушки, — обратилась Лида к ним, — нашего председателя бытового совета забирают, а мы ничего не знаем.

Девушки зашумели, а Нина Федоровна от души засмеялась:

— Никуда еще не забирают.

Солохина пыталась остановить девушек, но те зашумели еще громче. Нина Федоровна подошла к приемнику и включила его. По комнате полились звуки песни, которую знали все. И разом стало тихо.

«Ой, рябина-рябинушка…»

Лида начала подпевать, ее поддержали остальные, и задушевная, печальная пеоня поплыла по коридорам общежития.

— А все-таки Анку мы так не отдадим, — сказала Катя Шведова, когда песня умолкла.

— Что ж, калым будем брать? — пошутила Нина Федоровна.

— Зачем калым, — вмешалась Лида, — надо вот что. Надо чтобы жених приходил за окончательным ответом на бытовой совет. У кого здесь родители, тогда, конечно, другое дело, а у кого нет — на бытовой совет. Мы должны знать за кого отдаем свою подругу. Одной ведь семьей живем. А в семье должны знать зятя.

— Только за ответом жених будет приходить не на бытовой совет, а в красный уголок, — добавила Нина Федоровна. — Соберемся все вместе. Договорились?

— Договорились.

Девушки, успокоившись, ушли. Нина Федоровна осталась одна.

— Одной семьей живем, — тихо повторила она. Воспитатель радовалась этим хорошим словам, сказанным Лидой. Какой большой, глубокий смысл вложен в них!

На вечеринку к Светкову собралось немного людей. Здесь была Аня вместе со своими подругами, Полей Мозалевской и Зоей Черновой, приглашенных девушкой по совету Нины Федоровны, Светков, его дядя и тетка, Солохина с мужем. Светков предусмотрел все, но забыл о пустяке — предупредить своих, что пришли, они не на свадьбу, а просто на вечер. И поэтому, когда все сели за стол, уставленный яствами и напитками, тетка Светкова, полная женщина, сразу же подняла, рюмку и звонко крикнула.

— Горько!

Светков мигом понял, что оплошал.

— Что вы, тетя, — сказал он, посмотрев в сторону Нины Федоровны. — Еще рано.

— Горько! — еще громче крикнула тетка Светкова.

Наступило глубокое молчание.

— Вы чего, — не поняла женщина, — аль неладное сказала?

— Неладное, — улыбнулась Нина Федоровна, — «горько» кричат на свадьбе, а сегодня не свадьба.

— Как так не свадьба? Свадьба и есть.

— Видите ли, тетя, — запинаясь начал Светков, — у нас сегодня просто так, небольшой вечер, а свадьба: потом…

— Вот тебе и раз, — искренне удивилась тетка. — А я то думала, что свадьба.

И снова наступило молчание.

— Да не все ли равно — вечер или свадьба? Зараз оженим и все, — вступил в разговор дядя Светкова. — Согласны, что ли? — и не дожидаясь ответа, крикнул. — Горько!

— Нет, мы не согласны, — тихо, но внятно сказала Нина Федоровна, — Иван должен еще придти к нам в общежитие за окончательным ответом.

— Вечер, так вечер, — весело решила тетка и первая выпила вино.

Тогда поднялась Нина Федоровна.

— За здоровье молодых… Всех молодых, сидящих за этим столом, — произнесла она. Все выпили.

Вечер явно не удался. Было скучно. Только Светков старался казаться веселым, но это ему не удавалось. Он всех угощал вином, но девушки и Солохина пили мало, зато сам Иван и его родственники к концу оказались пьяными. Светков едва добрался до кровати и уснул, не раздеваясь.

В этот вечер Солохина окончательно убедилась в том, что Светков недостоин руки Ани. Но она знала — не такой он человек, чтобы отказаться от своих намерений, что он потребует доказательств. Да, именно он так и скажет:

— А доказательства у вас есть?

Кроме внутреннего пренебрежения против Светкова у Нины Федоровны не было ничего.

«Но доказательства иметь необходимо, и во что бы то ни стало», — подумала Солохина.

На следующий день, прежде чем зайти в общежитие, Солохина направилась в райком комсомола. Ее встретил второй секретарь Савчук. Это был молодой человек с очень веселым лицом.

— А-а-а, Солохина, — радостно встретил он Нину Федоровну и засуетился, пододвигая свободный стул. — Садитесь.

— Я к вам вот с чем, — заговорила Нина Федоровна, — вы знаете такого работника ДОСААФ Светкова?

Савчук переспросил:

— Светкова? Постой, постой. Ну как же, знаю, есть такой товарищ. Новенький. Парень, по-моему, ничего.