Пять ударов в минуту - Амалия Мо

Шаг за шагом хищник приближался, а я уверенно пятилась, пока не уткнулась в край кровати.

Я хотела напомнить ему, что вообще-то мы друг друга ненавидим и наш брак — фарс, но в горле пересохло. И что-то подсказывало, что лучше мне помалкивать. «Что-то» — это глаза Кронвейна, горящие пугающей решительностью.

Правда, решительность в чём именно — я пока не понимала. Возможно, убить меня.

И как же мне хотелось зарыдать от отчаяния, когда я всё-таки посмотрела вниз… Туда, куда не следовало…

Риэль Кронвейн был идеалом. Внешне, само собой. В остальном я не собиралась признавать ничего, кроме пугающего размера тараканов, наполняющих его голову.

Хищник подошёл почти вплотную. Если интересно, в меня упёрлась не только мощная грудь, но и…

— Посмотри на меня, — велел господин Верховный. Его пальцы лениво прочертили контур моих губ.

Я сплю.

Да. Именно так.

Надеясь, что зрение меня обманывает, я моргнула. Что-то слабое внутри, на границе инстинкта и сознания — судорожно попыталось выдать произошедшее за сон. Или за галлюцинацию из-за жажды. Или за последствие моего идиотизма, которого за сегодняшний день было более чем достаточно.

— Давай, Лидия, скажи что-нибудь, тебя ведь обычно не заткнуть, — прохрипел Кронвейн у самого уха.

Полотенце полетело на пол, и его рука медленно, но крайне уверенно поползла вверх по моему бедру.

Некоторые виды животных склонны замирать, когда чувствуют опасность. Вообще это точно не про первокровных, но в данный момент я относила себя больше к суслику или мышке.

— Я… не… — выдавила я, чувствуя, как уши загорелись от его дыхания. — Ты… зачем?

За короткое время мне «посчастливилось» не только увидеть его улыбку, но и услышать смех. Вибрация его голоса заставила даже сердце замереть.

Пальцы не останавливали движение, напротив, сместились к центру. Я дёрнулась в сторону, но Кронвейн подставил колено мне между ног и повалил на кровать.

Сон… Надо ущипнуть себя, чтобы проснуться и избавиться от кошмара. Я почти дотянулась до предплечья, но Риэль перехватил руки, заводя их за голову.

Проснуться не получилось…

— У нас ведь должна быть первая брачная ночь… Кажется, так полагается…

— Это у нормальных… В фальшивых необязательно… — бессвязно пробормотала я.

По-моему, Кронвейну мой комментарий не понравился. А мне не понравилось, что он без разрешения залез мне в трусы!

— М-м-м, слова, как обычно, выдают ложь, но хоть что-то у тебя искренне, — Риэль вытащил пальцы, покрытые моей смазкой, и провёл ими по моим губам.

Я пыталась сопротивляться, но попытки были такими жалкими по сравнению с горячим телом, навалившимся сверху всем весом.

Стараясь не думать, в каком положении оказалась, я просто зажмурилась, молясь, чтобы сон быстрее закончился. Уж лучше жажда, чем такое.

— Лидия, — Риэль положил руку мне на шею, слегка сдавливая. — Куда делись твои острые реплики? Я ожидал большего.

— От-вали… — прохрипела я, не разлепляя веки.

— Ладно. Вернёмся к этому позже…

В месте, где его пальцы касались кожи, вдруг прорезался другой жар — острый, чужой и нечеловеческий. Будто снаружи поверхность шеи разорвалась тончайшими лезвиями. Эта боль была первобытной, чуждой телу, неправильной во всех смыслах. Никакая жажда не могла сравнится с тем, что творилось…

Горло пыталось собрать воздух, но он не доходил до лёгких, рвался обратно, превращаясь в хриплый, нечленораздельный стон. Я не могла понять, что происходит — сознание полыхало, распадаясь на куски.

В следующее мгновение я распахнула глаза и осознала, что кричу… сидя на кровати и сжимая простыни до боли в пальцах. Тишину комнаты прорезал мой собственный голос, и только через секунду я поняла, что это был кошмар.

Кронвейн лениво повернул голову и открыл глаза, будто моя реакция не была чем-то странным.

Я не стала дожидаться, пока он скажет какую-нибудь колкость. Быстро переодевшись в костюм, я схватила сумочку и побежала по лестнице к выходу. На улице слабо тлел рассвет. Отлично. Самое время добраться до своей квартиры и попытаться собраться.

Дрожащими пальцами я вытащила ключи, которые несколько раз выпали из рук, прежде чем я смогла вставить их в замок.

— В три, serpens, я заеду за тобой. Постарайся не устроить сцену на публике.

Зачем-то я обернулась. Наверное, чтобы удостовериться, что не схожу с ума и что голос звучит не в моей голове. Риэль непринуждённо подпёр дверной косяк и ухмыльнулся.

И почему-то… крохотная частичка какой-то интуиции подсказывала, что это не могло быть сном. Слишком реалистично. Слишком запоминающееся. До мельчайших деталей.

Я дала по газам так резко, что едва не въехала в ворота, которые не успели разъехаться в стороны. Кронвейн покачал головой и рассмеялся, но я заметила это мельком, когда он уже заходил в дом. Может, показалось.

Во сне он тоже смеялся… Я слышала этот хрипловатый голос, наполненный… Точно не радостью.

Это могло быть по-настоящему? Понятия не имела, но не похоже на правду. Кронвейн — Верховный, который отказался от использования людей. Да даже будь он первокровным, то питаться себе подобными — сродни самоубийству.

Мы пили кровь людей, поскольку она содержала питательные элементы, необходимые для нашего организма. В лагере объясняли, что это не просто жидкость, а концентрат энергии, гормонов и биологической информации, без которого первокровные постепенно слабеют.

Актиры для нас были бесполезны — их кровь лишена вкуса и отклика.

А вот себе подобные куда опаснее. Жидкость оказывалась слишком плотной и агрессивной: она вступала в конфликт с нашей собственной, приводя к непредсказуемым последствиям — от психических срывов до необратимых изменений. Поэтому каннибализм среди первокровных считался не просто табу, а прямым путём к гибели.

Во всяком случае, так мне рассказывали во времена инициации. Особого желания проверять никогда не было.

Нужно смириться, что это всего лишь кошмар. Отказ от крови сводил меня с ума. Не зря решившие отказаться от основного источника питания шли к Верховным под надзор.

Наверняка поэтому Кронвейн решил устроить надо мной тотальный контроль. Запирать собственную жену — репутационные риски, а вот поселить в один дом под присмотром — другое дело.

Я никогда не интересовалась, как забеременела Венера, надо бы уточнить этот момент. Правда, как сделать это так, чтобы она не начала задавать вопросы… Никак. Лучше помалкивать.

Знала только то, что для успешного оплодотворения и вынашивания необходимо отказаться от крови. В противном случае беременность не наступит и есть риски для плода.

За бессмысленными размышлениями я добралась до своей квартиры. Родной запах и уютные стены