Откровенно - Ольга Ивановна Коротаева

Глава 15. Линда

Очнувшись, я сразу скривилась, потому что на губах до сих пор ощущался вкус чужого поцелуя. Мои обострённые чувства наделяли кожу Ричарда травянистым ароматом спиртовых настоек… Целебных или ядов? Вкусом солоноватых слёз и давящим присутствием флёра одержимости.

Мной.

Я не знала, в какой момент доктор воспылал ко мне страстью, но осознавала опасность подобной привязанности. Я уже испытывала это на себе, и повторять горький опыт не хотелось. Впрочем, как и возвращаться туда, куда так стремилось моё сердце.

– Глупая, – прошептала в темноту и, повернув голову вбок, позволила слезе соскользнуть с кожи и навеки исчезнуть в мягкой ткани белоснежной подушки. – Это тоже плен. Не свобода.

Но в груди привычно сжалось и потеплело, стоило только вспомнить, как Фернанд побледнел, лишь вкусив моей крови. Но не отпрянул, отплёвываясь, а, наоборот, зажмурился и прильнул так, будто стремился стать со мной одним целым.

Так и случилось.

Рухнув в страсть, мы утратили индивидуальность. Потеряли свои цели, желания и боль.

Всё это стало общим.

Кто бы мог подумать, что эгоистичный князь Монгомери добровольно разделит моё страдание? Я точно не предполагала подобного.

– Так может, – прищурилась я, – позволить ему мучиться и дальше?

Губ коснулась злая улыбка. Если Фернанд готов принимать мою кровь, это будет достаточным для него наказанием? Сердце забилось чаще. Я знала, из-за кого. Но впервые за последнее время глупая мышца в груди и трезвый разум пришли к одному решению.

Я захотела вернуться в дом овнера.

Интересно, сколько прошло с той ночи? Монгомери искал меня? В первое моё исчезновение Фернанд предпочёл успокоиться мыслью о смерти своей нисси. Так было удобнее, и за это я возненавидела мужчину. Как же он поступил в этот раз? Неужели снова обманул мою любовь?

Вздрогнув, я помотала головой, стремясь выбросить из мыслей это дурацкое слово. Больше я не позволю себе любить сильнее мужчины.

Ни за что!

– Довольно, – выдирая из руки иглу от капельницы, проворчала я и села на постели. – Раз он не нашёл меня, значит, не сильно старался. И за это тоже заплатит своей кровью. И моей!

Мне понравилось представлять, как это случится. Тело отозвалось мгновенно, по венам будто лава разлилась, а по низу живота прокатилась приятная щекотка. Неужели это пресловутые бабочки?

Опустив ноги, я коснулась стопами прохладного пола и замерла на миг. Показалось, что кончики пальцев утратили былую чувствительность. Подняв руки, я несколько раз сжала и разжала кулаки. Прислушиваясь к ощущениям, убедилась: что-то не так.

Опираясь о кровать, встала, но меня тут же повело в сторону, и в ушах зашумело. Чтобы не упасть, я снова села и недоумённо огляделась. Почему я такая слабая? Даже когда в меня вливали лекарства с пеплом, я не ощущала подобного. В тот момент боль выкручивала меня, как сушилка мокрое полотенце, но голова не кружилась.

Вспомнив лекарство, которое добровольно выпила перед тем, как уснуть, я нахмурилась. Ричард сказал, что изобрёл его специально для меня, но не успел проверить эффективность. Но что, если он исказил правду? Блэйрс мог запретить врачу испытывать сомнительные лекарства на сестре его нисси.

Спина покрылась липким потом.

Я будто снова очутилась в подвале Мура. И пусть клетки не было, я всё равно ощутила себя пленницей.

Чего добивался Ричард?

Коснулась кончиками пальцев своих губ. Он поцеловал меня. Что дальше? Провела ладонями по груди, убеждаясь, что одежда на мне другая. Переодел? Посмотрела на свою руку, погладила затянувшуюся ранку от иглы.

Что за лекарство было в капельнице?

Запрокинув голову, не заметила ни пакета, ни бутылочки, от которой отходила эта трубка. Потянув за неё, услышала перестук капель по полу, а обоняния коснулся сладковато-металлический запах. Осторожно держась за край кровати, я наклонилась и при виде небольшого аппарата, к которому был присоединён второй конец трубки, поджала губы.

Из меня откачивали кровь? Много!

Потому я ощущала слабость, головокружение и онемение конечностей.

Сползла на пол и, стоя на коленях, пересчитала заботливо уложенные в ряд запакованные колбочки. Скривилась в ярости:

– А доктор-то не так прост.

Интересно, для чего ему мой яд?

Дверь, скрипнув, выдала приближение Ричарда, но я не обернулась. Напрягшись, будто сжатая пружина, была готова в любой момент дать отпор тому, кто выдавал себя за друга. Внешне оставаясь спокойной, собиралась с силами. И мыслями…

Не позволю доктору стать вторым «Муром».

– Линда, – тихо, будто не желая напугать меня, позвал Ричард. Голос его звучал на удивление спокойно для того, кого только что разоблачили. – Это не то, что ты думаешь.

– А что я думаю? – не меняя позиции, холодно уточнила я.

Пальцы одной руки сжали одну из колбочек, в другой я удерживала трубку от аппарата. Я не ждала ответа. Не важно, какую новую ложь придумает мужчина. Я готовилась обвить шею врача и, когда от недостатка воздуха тот распахнёт рот, влить свой яд. Тогда и послушать, что поведает мне вампир, корчащийся от боли.

– Я искренне хочу исцелить тебя, – не сдавался он. – Да, мои лекарства не работали, но… Я никогда не отступаю! Девочка моя, это единственный способ помочь тебе.

– Откачав из меня всю кровь? – Покосившись на вампира, я хищно оскалилась. – И с какой это радости я – «твоя девочка»?! Забыл, кто мой овнер?

– Я освобожу тебя от Монгомери, – твёрдо пообещал он. – Переливание крови уже помогло. Два этапа… Это третий. Потерпи, Линда! Скоро ты обретёшь новую жизнь.

– С тобой? – выгнула я бровь и равнодушно отвернулась. – Не хочу.

– Тебе придётся. – Тон его прозвучал жёстче. – Я забирал кровь до тех пор, пока твоё тело не погружалось в глубокий сон. Люди называют его комой. И лишь потом отдавал свою кровь.

Он закатал рукав рубашки и показал следы от игл. Судя по всему, вампиру немало доставалось от моего яда – регенерация его тела замедлилась почти до человеческой. То есть Ричард за два подхода влил в себя не меньше литра моего яда.

И выжил.

Пока…

– А это – третий, – прошептала, поражаясь одержимости доктора.

– По моим расчётам… – Взяв с подноса моток прозрачной трубки, мужчина воткнул одну из игл в свою вену. – Третье переливание окончательно исцелит тебя. И избавит от связи с Монгомери.

– Надеешься, что займёшь его место в моей жизни? – Отступая, я приготовилась к броску. – И не мечтай!

Но Ричард легко перехватил меня и, вжав в кровать, прикрутил к ней простынёй.

– Я разучился надеяться, – отбирая колбу, в ярости процедил он. – До встречи с тобой, Линда, я считал себя ходячим трупом. Без желаний, без своей воли… Без чувств. Послушной пешкой