Откровенно - Ольга Ивановна Коротаева

Я бессильно шипела, не понимая, отчего стала такой слабой. Или же дело в другом? Мог ли Ричард так измениться? Судьба в его руках? Взгляд упал на стекляшку, наполненную моей кровью. Неужели он пил её?

И тут догадка пронзила меня, будто на дерево обрушилась молния. Разрубив его до основания, не оставила никаких тайн.

– Чёрная кровь! – ахнула я, глядя Ричарду в глаза. И как я сразу не заметила, что радужка стала ярко-алой, как у высшего вампира? – Ты похитил сосуд князя клана высших вампиров. Меня! Нисси Фернанда…

– Я сказал, что ты будешь моей! – зарычал мужчина. – Моей нисси. Я заберу у Монгомери всё! Его женщина, его кровь, его сила. Всё это станет моим.

И одним глотком осушил колбу. Лицо вампира исказилось лицо вампира. Не веря в происходящее, я ахнула:

– Зачем? Это месть?

– Да, – явно страдая от ужасающей боли, выдохнул мужчина.

– Что Фернанд сделал тебе?

Он снова склонился надо мной и, вдавив меня в матрас, выдохнул:

– Соблазнил женщину, которую я полюбил. Этот ублюдок сделал её своей нисси, а потом выбросил, будто надоевшую блуди. Прикрылся ложью о её смерти, не желая сражаться с псами. С Немлессом! И теперь поплатится за свою трусость.

У меня от изумления на миг пропал дар речи. Помотав головой, я растерянно моргнула.

– Мстишь за меня? Говоришь, будто давно знаешь… Но я тебя не помню.

– После того, что с тобой сделали, – горько усмехнулся мужчина, – это неудивительно. Но с этого дня у нас начинается новая жизнь.

Он аккуратно ввёл иглу в мою вену и, настроив скорость переливания, сел рядом. Кровь из его тела проходила через аппарат, прежде чем попасть в моё тело. В ушах тут же зашумело, перед глазами заплясали разноцветные круги, к горлу подкатила тошнота.

– Я был раздавлен, когда узнал, что ты провела ночь с Монгомери и не убила его. – Голос врача звучал будто сквозь вату. – Я спрашивал себя, каков твой план?

– Никакого нет, – борясь с тошнотой, презрительно выговорила я. – Я поняла, что люблю Фернанда и не собираюсь причинять ему вред.

– В тебе говорит магия вашей связи, – брезгливо поморщился мужчина и дотронулся до тонкого браслета. – Как я ненавидел это притяжение! Но потом меня осенило. Монгомери во время близости передал тебе древнейшую кровь клана высших вампиров. И их магию! Если я сделаю тебе переливание со своей кровью, то освобожу не только от пепла мертвецов, но и от угнетающей связи с князем Монгомери. Стану твоим овнером!

Он расхохотался и, осушив ещё одну склянку, бросил на меня косой взгляд. На миг мне показалось, что алые радужки блеснули ядовито-зелёным, и спина похолодела. Мужчина моргнул, и наваждение исчезло, но я не могла отмахнуться от того, что привиделось. Самообман приводит к гибели.

Нужно убедиться, влез ли Немлесс в голову доктора. Я вкрадчиво спросила:

– Почему ты так уверен, что это сработает?

Ричард посмотрел на меня с теплотой, будто на самом деле испытывал к пациентке нежные чувства. Но я уже видела, как предводитель псов ловко манипулирует чужими воспоминаниями. Это жуткое существо могло внушить доктору, что я – та, кого мужчина некогда любил.

И тогда всё становилось на свои места.

Пёс проиграл, но сдаваться не желал. Как и отпускать оружие против своего врага.

Меня.

– В моём роду были высшие вампиры, – признался Ричард. – Давным-давно, но… Магия Монгомери может усилить эту тонкую ниточку. Это не сделает меня князем клана Чёрной крови, но позволит разорвать связь овнера и его нисси.

Он молча взял ещё одну колбу и осушил её. Я поёрзала, стараясь освободиться от пут, но Ричард накрепко прикрутил меня к кровати, даже руку высвободить не удалось. Оставалось лишь наблюдать, как доктор, бледнея на глазах, упрямо поглощает содержимое склянок.

Моя кровь смешивалась с его, и пепел мертвецов лишал нас сил. Лишь магия древних вампиров помогала бороться и делать новый вдох, цепляться за жизнь. Новую, в которой не было места для прежних связей.

И это работало! Образ овнера уже таял в моём сердце. Я с трудом могла вспомнить лицо Фернанда…

Сомнений не осталось. За похищением снова стоит Немлесс. Пёс желает уничтожить Фернанда, вырезав его сердце, забрав его нисси.

Глава 16. Фернанд

Я ходил из угла в угол, не находя места ни днём, ни ночью.

– Перестань, – отпив вина, недовольно поморщился Лайенс. Князь сидел в кресле. Закинув нога на ногу, он отставил бокал и посмотрел в окно. – Меня уже тошнит от твоих кружений. Было бы из-за кого! Какая-то чокнутая девка…

– Посмотрю, как ты запоёшь, когда обретёшь свою нисси, – с трудом сдерживаясь, чтобы не открутить ему голову, процедил я.

Не хотелось прилагать таких усилий, но Блэйрс взял клятву, что я не вцеплюсь в глотку этому высокомерному князю. И я собирался выполнить обещание хотя бы до того момента, когда Риан вернётся. Но терпение таяло быстрее, чем лёд в кипятке.

– Я уже имел несколько, – лениво отмахнулся вампир. – Ничего особенного…

– Твои слова лишь подтверждают, что ты не знаешь, о чём говоришь, – скривился я.

Что там! Я и сам не осознавал, насколько важна эта связь. Увы, я был самонадеян и глуп. Не берёг свою единственную, потому и потерял. Но даже когда оказалось, что Линда жива, не сразу проникся истинным чувством. Оно будто зрело во мне, проходило все стадии взросления, ломало старые предубеждения. Как слабый невзрачный росток, пробивающийся сквозь асфальт, явило себя миру и только тогда расцвело.

– Настоящее чувство рождается лишь через искреннее страдание, – глядя в окно, прошептал я. – Такому бесчувственному чурбану, как ты, этого не понять.

– А ты у нас вампир тонкой душевной организации! – ехидно парировал Лайенс. – Что-то я не припомню твоих слёз ни после исчезновения этой чокнутой, ни после гибели Стэнли…

– Заткнись, – резко развернувшись, прошипел я. – Если не хочешь поделиться своей кровью, замолчи немедленно! Или узнаешь, как сильно я жажду впиться тебе в горло.

– С чего вдруг столько страсти? – с подозрением прищурился он.

Я осадил себя, ругая за несдержанность. Стоило немалых трудов убедить Блэйрса в том, что Линда у докторишки. Риан не верил, что Лайенс может предать клан и перейти на сторону псов. Я же считал, что он только на это и способен. Не пачкая рук, избавиться от братьев на пути к единоличной власти.

Для этого он помог