Дом Эльмиры - Вадим Гончаров

– Да, в отпуске. Решил снять на пару месяцев дом, и подвернулся этот вариант. Место действительно прекрасное – именно то, что я искал. Море, никаких туристов, никаких гидов, и главное – никаких бассейнов с ресторанами и анимацией.

– О, вы, судя по всему, настрадались от популярных туристических мест?

– В каком-то смысле… Я не так часто там бывал, но почти сразу понял, что это совсем не то, что мне требуется.

– Совершенно с вами согласен. Поэтому я и построил себе дом в этом месте – это куда лучше, чем отель.

Они помолчали еще немного. Талико принес чашку Сильвану, тот с удовольствием отпил.

– Ммм! Я надеюсь, господин Левандер, я вам не помешал? Просто увидел вас и решил подойти познакомиться, все-таки соседи…

«Ага, а предварительно, видимо, рассмотрел меня в бинокль, отправил запрос в службу специальных расследований, а уж они-то, понятное дело, и сообщили, кто я, и что здесь делаю…» – подумал Виктор, но вслух ничего не сказал: Сильван и не пытается скрыть, что знает куда больше, чем положено, наверняка, со временем объяснит.

– Я рад. В отпуске у меня плохо получается быть одному – слишком много свободного времени для головы.

– Привыкли загружать голову? Понимаю. Вероятно… вы работаете с чем-то сложным?

– Человеческий мозг – безусловно очень сложная штука. Я психотерапевт, – он слегка поклонился.

– Ого… Тогда договоримся сразу: если я начну говорить лишнее, вы меня остановите, – он чуть наклонил голову и улыбнулся: – С психотерапевтами лучше не терять бдительность.

– Договорились. Я и сам не очень горю желанием работать в отпуске, – Виктор слегка покраснел, вспоминая про Эльмиру, и добавил: – Еще и бесплатно.

Они чокнулись кружками с кофе и выпили за знакомство.

– А вы чем занимаетесь? Мне говорили, что тоже что-то сложное, электронное? – невинно спросил Виктор.

– Ну… можно и так сказать. На самом деле, ничем особо сложным, и, тем более, электронным я не занимаюсь, просто говорю это, чтоб отстали. У меня довольно скучное занятие, поэтому я предпочитаю о нем не рассказывать. А так… живу, гуляю, работаю… – он замолчал, как будто оборвав сам себя на полуслове.

Виктор внимательно на него посмотрел, но ничего не сказал. Сильван поймал его взгляд, вздохнул и пояснил:

– Да… еще недавно у меня была любимая женщина … – он снова тяжело вздохнул, и его улыбки след простыл. – Теперь ее нет.

Они какое-то время молчали. Виктор, конечно, знал, как на такое реагировать, да вот беда – все его варианты были чересчур терапевтические и не подходили для «тропического» кафе.

– Понимаю вас… это произошло совсем недавно, а вы были очень близки… – выдавил он наконец.

– Очень. Не то слово. Ну ладно, что-то я… видимо, все-таки, теряю бдительность… с другой стороны – не о погоде же с вами разговаривать? Вы, я полагаю, интересный собеседник.

– Никаких проблем. Трудно, разумеется, не думать о таком.

– А вы, я смотрю, в курсе событий. Чем прекрасны эти соседские отношения… – Сильван усмехнулся.

– Да, ничего не скрыть, но это тоже легко понять – все, кто здесь живет, тоже, разумеется, шокированы. Когда люди находятся в таком состоянии – им нужно с кем-то разделять происходящее.

– Конечно, я и не спорю. Но правда в том, что разделяй – не разделяй, всё равно переживать придется самому, внутри себя. Так что вряд ли в этом есть какой-то смысл, это что-то вроде атавизма. Сейчас люди стали очень одинокими, но по старой исторической привычке делают вид, что всё еще живут большими кланами и болтают без умолку обо всем.

– А вы?

– А я стараюсь не болтать. Но мне понятна ваша ирония. Конечно, ничто человеческое мне не чуждо, иногда действительно хочется найти хорошего собеседника и поговорить. Даже мне. Но, я так полагаю, вам тоже? – он хитро посмотрел на Виктора, и тот отметил, что Сильван обладает довольно редким образцом сурового обаяния. «Из него бы вышел отличный психотерапевт… – подумал он. – Такой понимающий, мудрый, отличный образ идеального отца. Даже завидно».

– Конечно, и мне. Хотя, должен сказать, что обычно я довольно замкнут, мне хватает два раза в неделю беседовать со своим психотерапевтом.

– Вот как? Красиво у вас решается вопрос поиска собеседника: просто выбрал себе подходящего, а дальше – дело техники?

– Что-то вроде того, – согласился Виктор, думая о выхолощенности такого образа жизни. Сильван намекает, и совершенно справедливо, что такое общение – просто суррогат. А с другой стороны, Виктора все устраивало, чего ж ему еще?

Они сидели, пили кофе и смотрели на море, как Сильван вдруг произнес:

– Виктор… А не пригласить ли мне вас в гости? Когда захотите – у меня довольно свободный график.

Виктор задумался. Предложение было, мягко говоря, внезапным. У них тут что, так принято, запросто, по-свойски?.. В любом случае, как-то это было странно – идти в гости к человеку, которого знаешь не более пяти минут. Однако, заняться ему было, как и вчера, нечем, а Сильван вызывал его интерес: было в нем что-то притягательное, можно даже сказать – что-то близкое.

– Интересно, Сильван… вы приглашаете к себе человека, которого совершенно не знаете. Или?..

– Да, Виктор, я навел кое-какие справки, не стану скрывать. Не хочу прозвучать двусмысленно: когда вы появились на пороге дома Эльмиры, я поинтересовался вами – только то, что можно добыть из открытых источников, разумеется, ничего более. Честно признаюсь: я узнал ваше имя, то, что вы психотерапевт, довольно успешный, принимаете клиентов в Равеле, в собственном кабинете недалеко от площади Старого моста… Пожалуй, это все. Какие у меня могут быть причины не доверять добропорядочному равельскому психотерапевту?

«Ага, так прямо и ввел в строке поиска: „Кто этот субъект, на которого я сейчас смотрю из своего окна?“ Очень достоверно. Ну ладно, часть правды – лучше, чем ничего. Но одно ясно: информацию этот тип добывать умеет куда лучше, чем я», – думал Виктор, вглядываясь в собеседника.

Сильван вздохнул, снял солнечные очки, протер их платком и положил на стол. Глаза были усталые, взгляд напряженный, но смотрел он искренне, так, во всяком случае, казалось. «Жест „я ничего от вас не скрываю“. Интересный тип. Впрочем, мне-то его с чего бояться?»

– Я понимаю, приглашение звучит немного преждевременным, возможно, я поторопился. В любом случае, мой дом для вас