Новеллы моей жизни - Наталья Ильинична Сац

занавесом появилась руководительница педагогической части театра Кристль Гофман и стала рассказывать ребятам о детских театрах Советского Союза. Она сказала, что сегодня в зале находится Наталия Сац. Только услышав свою фамилию, я прислушалась. Когда Кристль Гофман протянула мне цветы, я недоуменно встала с места и пошла на сцену. По дороге я сетовала на себя, что не подготовилась к выступлению и что на мне далеко не новые туфли.

Я обратилась к зрителям на немецком языке, рассказала им о наших ребятах, о советских детских театрах. В зале слышался сдержанный смех. «Странно, – подумала я, – до сих пор немецкие ребята меня хорошо понимали». Хотя я и смутилась, но продолжала говорить, не понимая, в чем дело.

– Ведь мы большие друзья, правда? – сказала я и вдруг услышала около своей правой ноги знакомое: «Йо…»

Повернула голову и к огромному своему удивлению увидела Петера. Оказывается, когда я пошла на сцену, он пошел следом за мной, когда я встала посреди сцены, встал и он, он даже повторял некоторые мои слова и жесты, и потому в зале звучал этот приглушенный смех. Зато сейчас, когда я в полном недоумении глядела на Петера, смех зрителей вырвался наружу, и я тоже стала смеяться: вот так зрелище – высокая женщина и маленький мальчик ведут что-то вроде «парного конферанса»!

Петер нимало не смутился. Со сцены он шел в ногу со мной.

Спектакль «Сказка о старом трамвае Терезе» нам с Петером очень понравился. Живой, задорный темп у этого спектакля! Пьеса рассказывает, как усилиями ребят – сборщиков металлолома старый трамвай по прозвищу «Тереза» был превращен в детский трамвай. Современные дети любят не только птиц и зверей – они любят машины, их горячо интересует техника, увлекает посильное участие в строительстве. Маленькая сцена не казалась тесной – так изобретательно режиссер Ганс-Дитер Шмидт, художник Винклер и композитор Тифензее решили этот спектакль. Особенно удачно сделана звуковая партитура большого города.

После спектакля Кристль Гофман пригласила нас в небольшой музей театра, где как «любимый экспонат» лежал… альбом Московского театра для детей, выпущенный на нескольких языках, в том числе на немецком, в 1934 году. С первой страницы большими глазами на меня глядела… я.

– Откуда у вас это? – повернула я голову к Кристль.

– Это нам подарил Ганс Роденберг, основатель Берлинского театра «Дружба». Во времена фашистского ига Роденберг жил в Москве, в эмиграции. Он нам так много рассказывал о вашем театре, о вас…

Театры молодого мира

Немного прошло времени, год-два, а то и меньше: я получила приглашение из ГДР, от театра «Дружба» быть его «почетной гостьей».

Снова Берлин. Встречают тепло, везут в отель «Беролина». Совсем новое здание. Высокое и прозрачное. Подходим к дверям – они сами раскрываются нам навстречу. Здесь все устроено по последнему слову техники – удобно, светло, просто. В стеклянном холле – гости из самых разных стран. Восклицания, рукопожатия, расспросы.

Следующее утро начинается рано. В десять утра спектакль детского театра «Дружба».

Вот он – магнит моего путешествия!

Театр помещается в здании, где прежде была лютеранская кирха. Как-то устроился он здесь? Прохожу через раздевалку, поднимаюсь в фойе, детский буфет и… начисто забываю о кирхе.

В театре «Дружба» очень уютно. Места в зрительном зале расположены амфитеатром. Всем ребятам одинаково хорошо видна сцена. Она невелика, но оборудована первоклассно. Во всем чувствуется умная забота. В этом театре радует приветливость, готовность каждого, кто здесь работает, ответить на любой вопрос маленьких зрителей и тогда, когда они снимают свои пальтишки у вешалки, и в фойе, и в зрительном зале. Билетерши одеты празднично. Многокрасочные книжечки-программки так содержательны, сделаны с таким вкусом, что хочется навсегда сберечь их на память.

В зрительном зале – ни одного свободного места.

Вот они – шести-семилетние хозяева своего театра, в ярких нарядных платьицах, белоснежных рубашках, стриженые и с косичками.

Сегодняшний спектакль называется «Мальчику во втором ряду», он обращен к зрителям младшего возраста. Последний звонок – зал мгновенно затихает.

Спектакль начинается необычно. Из боковых дверей зрительного зала, по проходу на сцену бежит режиссер и взволнованно обращается к ребятам:

– Здравствуйте! Уже пора начинать наш спектакль, он перенесет вас в лес, но звери опять перессорились. Одни из них хотят построить большой общий дом, другие привыкли только разрушать. Посоветуйте, как мне быть? Что делать?

Ребята удивлены, молчат, но несколько звонких голосов из зала отвечают убежденно:

– Как, что делать? Конечно, строить!

– Наказать тех, кто мешает строить!

Режиссер доволен ответами:

– Я и сам так думаю, но… одному мне со всеми зверями не справиться. В случае чего, вы мне поможете?

Детских голосов становится больше, зрители, втягиваясь в спектакль-игру, весело отвечают:

– Поможем… Не сомневайся… Решено…

Такая форма спектакля для детей младшего возраста органична – им трудно пассивно смотреть на сцену и молчать: так или иначе участвовать в происходящем очень интересно! Довольна и я: познакомлюсь поближе не только с артистами, но и со зрителями.

Спектакль поставлен с хорошей выдумкой. Декорации художника Отто Келера напоминают строительный материал из большой коробки детских игрушек. Костюмы и маски зверей осовременены, сделаны со вкусом: лиса – с прической, образующей ушки и модную гривку, в зеленых брюках и рыжем пиджаке-пижаме, волк – изысканно изящный хищник, одетый по последней моде… Они могли ввести маленьких зрителей в заблуждение своими «интеллигентными» мордами. Ничего подобного! Диалог волка со зрительным залом был очарователен:

– Дети, вы знаете, я стал совсем другим.

А зал в ответ дружным хором:

– Врешь!

– Я ем только овощи…

– Не смеши.

– Я никогда не ел бабушки…

– Рассказывай!

Не знаю, что доставило мне в этом спектакле большую радость – игра артистов или активность маленьких берлинцев.

Двенадцать спектаклей посмотрела я в берлинском театре «Дружба», подробно ознакомилась с их репертуаром за несколько сезонов.

Формирование репертуара в детском театре – дело особенно сложное. Ну, в самом деле, кому в театре для взрослых интересно, преобладают ли сегодня в зрительном зале тридцати–сорока- или шестидесятилетние? Иное положение у театра для детей. Спектакли для ребят младшего, среднего и старшего возрастов имеют весьма существенное различие.

В берлинском театре школьники от первого до последнего класса находят «свои» спектакли. Детские пьесы советских драматургов Евг. Шварца, С. Маршака, С. Михалкова, В. Любимовой, В. Розова занимают в репертуаре этого театра значительное место, но основу, естественно, составляют произведения, созданные за последние годы в ГДР, а также в Праге и Бухаресте.

Особенно понравился мне спектакль «Наш юный трубач». Я смотрела его вместе с ребятами из пионерской Республики имени Вильгельма Пика. В этот день в зрительном зале театра «Дружба» не было обычной пестроты: