Матабар VII - Кирилл Сергеевич Клеванский

class="p1">— В сравнительной степени — от пяти до пятнадцати процентов на каждое использование, — ответил Ард. — Все зависит от военных навыков сражающихся магов, но свободная функция быстрее сама по себе. Правда…

— Атакующий узел заклинания понижается в мощности на целую звезду, — перебил его Мошайн.

— С другой стороны — какая разница, насколько ослабело заклинание, — подхватил Крайт, — если маг пропускает его под свою защиту… Умереть от щепки или от пушечного ядра — Вечным Ангелам без разницы.

Вся суть идеи «Ледяной Пули» (и всех текущих заклинаний Арда) заключалась в упрощении трансмутационных рунических соединений. Он тратил целую звезду на то, чтобы создать нечто вроде арифмометра, только внутри Звездной печати. Таким образом, ему не нужно было на лету переписывать всю свою печать, а лишь её строго определенные участки. Именно это позволило ему превзойти в скорости воплощения всех своих противников, включая в том числе и Агату Спри, на Арене Магического Бокса.

Да, сама атакующая часть печати теряла большую часть силы, но и действительно — кому какая разница, от чего именно был нейтрализован противник, если он по итогу потеряет способность к сопротивлению.

В случае же, если у Арда получится когда-нибудь разработать трансмутационные рунические связи, то ему не придется самостоятельно переписывать печать. Заклинание получит возможность едва ли не самостоятельно адаптироваться под внешние условия. Для этого, конечно, придется поддерживать печать в постоянно активном виде, что весьма затратно в плане Лей и требует невероятных умственных усилий и концентрации, но это мысли завтрашнего дня.

— Я ведь сказал, дорогой Лукас, что можно не постареть телом, а устареть душой, — без особого энтузиазма напомнил Мошайн, вернувшийся обратно к своему стулу. — Я, пожалуй, пойду, дорогой Лукас, и…

— Дорогой Фода, ты не успеешь доехать до своего бюро прежде, чем я успею подать патент на Звездное изобретение на имя господина Эгобара.

— Да здесь же просто специфическая разновидность вариадической функции, Крайт! — вспылил Мошайн. — Какой еще патент! Её уже как четверть века используют в стационарных щитах и стратегической магии!

— Но до господина Эгобара никто не додумался адаптировать её в двухзвездной военной магии, — спокойно парировал Крайт.

— Потому что из десяти военных магов только у двух получится использовать нечто подобное и не Сломать собственную печать. Одно дело — переписывать на лету всю печать, Крайт, — по мере разговора Мошайн все сильнее сжимал спинку стула. — И совсем другое — отдельные узлы. Это в разы сложнее!

Ардан решил оставить при себе комментарий на тему, что данное утверждение весьма субъективно. Лично для него, Ардана Эгобара, было куда проще переписать при воплощении часть печати, нежели переделывать целиком. Хотя, возможно, так сложилось только из-за специфики обучения у лорда Аверского. Обычно военные маги учились переписывать печати именно что целиком.

Гранд Магистр Крайт ответил своему товарищу… широкой, обезоруживающей улыбкой. Гранд Магистр Мошайн, в свою очередь, взмахнул папкой с собственным исследованием и пулей (не ледяной, правда, а, скорее, огненной) вылетел из кабинета. Дверью он не хлопал, но что-то подсказывало Арду, что полезным знакомством он так и не обзавелся. Видят Спящие Духи, хотелось бы, чтобы вовсе даже не наоборот — чтобы не случился антоним слова «полезное».

— Не переживайте, господин Эгобар, — Гранд Магистр заполнил небольшой бланк и отправил тот по трубам воздушной почты. — Господин Мошайн весьма вспыльчив, как и большинство уроженцев побережья Лазурного моря, но столь же и отходчив. Хотя, пожалуй, на вашем месте я бы избегал встречи с ним в ближайшие… годы. Примите мои искренние извинения. Я не думал, что все так обернется. Планировал немного вдохновить вас достижениями своего коллеги, но, как говорится, хочешь рассмешить Светлоликого — расскажи ему о своих планах.

Ардан кивнул и указал ладонью на трубы воздушной почты.

— Это действительно стоит патента?

— Почему нет, — пожал плечами Гранд Магистр. — К вашему сведению, Ард, маги-инженеры готовы запатентовать даже собственный чих, если видят в нем хотя бы намек на новаторство или уникальность. И, тем более, у вас не пустой патент, а подкрепленный материальным и вполне существенным исследованием. Весьма недурное достижение даже для выпускника Большого, не говоря уже о студенте, не закончившем даже третьего семестра.

Ардан снова кивнул. От Елены он знал, что одним из требований для обучения на Магистерский медальон являлось наличие не менее одного патента в выбранной сфере. Так что ничего особенно выдающегося в подобной бумаге, выдаваемой Гильдией Магов, действительно не наблюдалось.

— И, перед тем как мы перейдем к моим комментариям касательно ваших улучшившихся, но все еще оставляющих бескрайний простор для развития навыков, скажите мне, господин Эгобар, согласны ли вы… скажем на… — Гранд Магистр Крайт защелкал бусами счетов. — Двести семьдесят эксов премии.

Ардан использовал все свои немногочисленные и, чего уж лукавить, совсем скудные лицедейские навыки, чтобы не сорваться на восторженный окрик.

— Что до роялти, то могу предложить, — вновь защелкали деревянные бусы, — семнадцать с половиной процентов с каждой покупки базовой печати и по сорок шесть ксо с покупки каждой шифрованной модификации.

Арду потребовалось несколько долгих секунд, чтобы переварить услышанное. Во всяком случае, стало понятно, откуда у Аверского (помимо патента на испытательные площадки) значительная доля его чудовищного состояния. Если военная магия оплачивалась настолько щедро, то, опять же, неудивительно, почему Мошайн и ему подобные спешили занять нишу.

Вспоминая их с Гранд Магистром Крайтом прошлый аудит, Ардан предложил:

— Восемнадцать процентов и пятьдесят ксо.

— Не наглейте, юноша.

— Простите.

* * *

— Четыреста эксов⁈ — Ардан едва не сорвался на хрип.

Стоявший перед ним мужчина в строгом твидовом костюме и с саквояжем, блестящим лаком и новенькой кожей, скорчил недовольную гримасу.

— Господин Эгобар, мне стоило великих усилий убедить моего нанимателя в том, что наличие в его доходном доме представителя Первородных не отпугнет прочих арендаторов, — секретарь доходного дома на улице Лоскутной, неподалеку от границы Центрального района, подошел к окну и посмотрел на Кривоводный канал. Заполненный торговыми рядами, он гудел толпами людей на коньках и санях. — Не будь вы Звездным магом и студентом Большого, мы бы и вовсе не стали с вами разговаривать. Так что четыреста эксов депозита — весьма щедрое предложение. Тем более что депозит возвратный.

— И шестьдесят шесть эксов ежемесячной платы? — процедил Ардан. — За одну комнату и кухню в три квадратных метра⁈ Без уборной и душевой? В объявлении указывалось, что такая цена за две комнаты, спальню и кухню в восемь квадратных метров!

— Оно так и есть, — подтвердил секретарь, — для тех, у кого в документе, удостоверяющем личность, не стоит отметки «Первородный или первое поколение потомков». А у вас, насколько