Моя жена меня слишком балует - Юэбань Яо Фэньцзя

Дедушка Цзи наконец поднял взгляд, но не стал дожидаться, пока остальные увидят эмоции в его глазах, и быстро отвел взгляд. Он взял палочками кусочек свиной ножки и положил её в рот. На этот раз Тан Тан не стала спрашивать у Цзи Яна, доволен ли старик, потому что тот съел три большие ножки за раз, и даже большая белая булочка была быстро уничтожена им.

Как ему может быть не вкусно с таким аппетитом?

Цзи Сяо Чжо увидел, что прадедушка держит в руке свиные ножки. Они так аппетитно пахли, что у него потекли слюнки. Он перестал есть и уставился на свиные ножки в руках прадедушки Цзи, не сводя с них глаз. Он приблизился к старику и спросил: «Прадедушка, а булочки и свиные ножки вкусные?»

«Эн, вкусные», — старик давно не ел ничего подобного, поэтому продолжал жадно есть свиные ножки. Он кивнул на вопрос Цзи Сяо Чжо, продолжая есть. Когда он понял, что произошло, было уже слишком поздно. На мгновение он замер и ему пришлось притвориться, что ничего не произошло. Он просто продолжил есть, как ни в чём не бывало.

Цзи Сяо Чжо снова сглотнул слюну и перевёл взгляд на оставшиеся на столе свиные ножки. Он попытался спросить: «Прадедушка, можно мне попробовать булочку и свиную ножку?»

Старик тут же взял булочку и протянул малышу: «Почему спрашиваешь, ешь».

Цзи Сяо Чжо с радостью взял булочку и разделил её пополам. Вторую половину он отдал Но Но, которая всегда ела, глядя в свою тарелку, и никогда не смотрела, что едят другие: «Давай, Но Но, попробуй белую булочку на пару. Она очень вкусная».

Но Но оторвала свой взгляд от тарелки с рисом. Сначала она поставила свою маленькую тарелочку, а затем взяла белую булочку и начала её есть.

Цзи Сяо Чжо понаблюдал за тем, как она ест, и только после этого сам попробовал булочку. Он откусил булочку, а затем положил себе в рот кусочек свиной ножки, и обнаружил, что вкус этих двух блюд был довольно неплохим. В результате он начал жевать более энергично. Цзи Сяо Чжо решительно передал Но Но кусочек свиной ножки, чтобы она тоже попробовала.

В результате старик и оба малыша с аппетитом поглощали булочки и свиные ножки.

Тан Тан и Цзи Ян переглянулись, став свидетелями этой сцены, и увидели в глазах друг друга искреннюю улыбку.

Поскольку Тан Тан больше не нужно было беспокоиться о старике и детях, она начала помогать Цзи Яну. Она наполнила тарелку свежеприготовленным рыбным супом, а затем зачерпнула ложкой суп и подула на неё, чтобы убедиться, что он не слишком горячий, прежде чем отправить суп в рот Цзи Яну.

Цзи Ян знал, что Тан Тан боялась, как бы его рана не открылась. К тому же он уже привык, что она кормит его, поэтому он, естественно, открыл рот и выпил первую ложку супа, а затем стал ждать следующую ложку.

Те, кто уже был свидетелем этой сцены, не стали обращать на них внимание. Только дедушка Цзи, увидевший это впервые, был так шокирован, что чуть не подавился.

Его внук, известный на всю армию, как человек из стали или король Ада, в данный момент сидел на кровати с открытым ртом и ждал, пока жена накормит его.

Дедушка Цзи чуть не решил, что у него галлюцинации.

Он продолжал наблюдать за Тан Тан, которая начала кормить Цзи Яна кашей после того, как тот доел суп. Его внук, получив ранение, даже звука не издал и продолжил выполнение задания. Он делал то, что было не под силу обычному человеку, и теперь он ел кашу, широко раскрыв рот, словно парализованный.

Дедушка Цзи долго смотрел на руки и ноги Цзи Яна. Что ж, его конечности были целы, очевидно, что проблем с ними не было.

Старик вздрогнул и попытался сдержать свои эмоции.

Однако самое удивительное заключалось в том, как вела себя Тан Тан. В его воспоминаниях, она только и делала, что пила. Она даже смотреть не желала на своего ребёнка и мужа. Теперь она аккуратно дула на кашу и кормила мужа с ложечки. Увидев, на губах Цзи Яна случайно оставшуюся еду, она тут же вытирала её большим пальцем. Выражение её лица, глядя на Цзи Яна, было по-настоящему нежным, и в каждом её движении читалась любовь.

Хотя он чувствовал, что Тан Тан изменилась по сравнению с тем, какой она была в прошлом, эта сцена всё равно заставляла дедушку Цзи засомневаться в том, что эта женщина — та самая, которая родила ему внука четыре года назад.

Что задумала эта женщина?

Дедушка Цзи закончил трапезу с недобрым предчувствием. После еды Тан Тан убрала со стола и нарезала фрукты для всех. Теперь Цзи Яну можно было есть фрукты, поэтому Тан Тан разрезала яблоки пополам и дала по одной половинке дедушке Цзи, Сяо Чжо и Но Но, а оставшуюся половинку разрезала на небольшие кусочки, прежде чем скормить их Цзи Яну.

К этому моменту в палате на стене заработал телевизор. Все смотрели новостной выпуск. Кроме Тан Тан и Но Но, остальные четверо были преданными поклонниками новостных выпусков. Так что все с удовольствием смотрели передачу, и Цзи Ян тоже был увлечен. Во время просмотра новостей он открывал рот и ел яблоко, которое ему давала Тан Тан.

Дедушка Цзи увидел эту сцену, и его лицо снова помрачнело. Даже его любимая новостная передача не могла его больше радовать. Он не мог не задаваться вопросом, действительно ли Тан Тан изменилась или она просто притворяется.

Раньше он действительно не верил, что Тан Тан внезапно стала лучше. Он подумал, что она притворяется, но, понаблюдав за ней сегодня вечером, на душе у него стало неспокойно, потому что всё, что делала девушка казалось искренним. Старик не смог разглядеть в ней и капли притворства. Более того, его внук тоже не был глуп, и его не так-то просто обмануть. Теперь он не сомневался в ней. Судя по её поведению, она просто не могла притворяться.

Дедушка Цзи был немного сбит с толку. После просмотра новостей он забрал детей домой, но всё ещё не мог прийти в себя. Он не удержался и спросил Цзи Сяо Чжо: «Сяо Чжо, твои отец и мать дома так же себя ведут?»

«А?» — Цзи Сяо Чжо не совсем понял. — «Так