Дед в режиме хардкор - Евгений Валерьевич Решетов

— Он тут, — сконфуженно промычал я и щёлкнул выключателем.

Жёлтый радостный свет затопил кухню, выгнав серость. Сразу стало уютно. И женщина мигом превратилась в простоватого вида пышную хозяюшку, которую нельзя представить без плиты, фартука и запаха выпечки.

— Прощу прощения, что напугал вас, любезная, — проговорил я. — Вы за этот месяц точно заработали премию.

— Ой, благодарю, господин, — сразу расплылась она в улыбке и кивнула на два пакета, стоящих на полу. — А я тут уже и кое-чего заказала из магазину. На завтрак вас ждёт мой фирменный пирох.

— Жду не дождусь, — сглотнул я мигом выступившую слюну и удалился.

Ну и Павлушка, мог бы и предупредить меня! А то времена-то смутные, враги так и шастают по кустам. Я ведь мог прибить служанку, приняв за хладнокровного киллера. Но одно радует — внучок последовал моему совету и выбрал не сисястую красотку, а явно знающую своё дело мадам. Теперь завтраки и прочие приёмы пищи обещают быть крайне вкусными.

Я с предвкушением улыбнулся и спустился в лабораторию, где выпил зелье повышения уровня. Дар сразу перескочил на шестьдесят пятый уровень.

— Неплохо, — пробормотал я и услышал, как в кармане халата тренькнул новенький телефон.

Вытащил его и вслух прочитал сообщение от Евгении Котовой:

— «Доброе утро. Ваша теория подтвердилась, Игнатий Николаевич. Монстры, захватывающие тела магов, действительно существуют. С Павловым в Лабиринт ходили двое и оба оказались заражены. Теперь они жрут всех подряд и боятся солнца. Громкие звуки приводят их в бешенство. Один, к сожалению, был убит при попытке взять его живьём, а второй сбежал. Сейчас его ищут. Ближе к вечеру в отделе будет совещание. Вам тоже следует приехать. Точное время я напишу позже».

Как интересно! Что же это за монстры такие? Когда выясню, надо будет поведать о них своим соклановцам ведьмакам.

Пока же я отправился в домашний тренажёрный зал, прихватив по пути сонно зевающего Павла. Тот не особо был рад такому началу дня, но всё же вместе со мной пыхтел часа два, тягая железо.

После такой тренировки завтрак показался нам не просто вкусным, а божественно восхитительным! Служанка смотрела, как мы уплетаем её пирог, и радостно улыбалась как бабушка, угодившая двум привередливым внукам.

К слову, выяснилось, что её зовут Прасковья и жить она по условию контракта будет с нами. Меня сей факт нисколько не расстроил, тем более после того, как она рьяно принялась прибирать особняк. Пыль аж столбом стояла. Потому ближе к обеду мы с Павлом с радостью покинули дом, где не смолкал гул пылесоса.

К Мироновым, конечно, мы поехали на такси, выбрав машину бизнес-класса. Внучок сидел на заднем сиденье с таким важным видом, который буквально кричал, что раньше из бизнеса у него был только ланч.

— Сделай лицо попроще, а то так и хочется раскулачить тебя, — иронично посоветовал я ему и следом спросил: — А чем вообще этот Миронов занимается?

— О! Он работает на важной должности в Министерстве магии! — с придыханием выдал внук

— М-м-м, там трудились многие известные персонажи: Уизли, Долорес Амбридж.

— Кто? — удивлённо взглянул на меня внук.

Я махнул на него рукой. В этом мире никто не написал историю про мальчика, который выжил.

— Подъезжаем, господа, — вежливо оповестила нас шофер.

Мы действительно подъезжали. Домик Мироновых находился недалеко от центра, на одной из тихих улочек с брусчаткой и деревьями по бокам. Он имел три этажа и кованые балкончики. Фасад украшали колонны и барельефы, изображающие магов.

На мраморном крыльце, выходящем на улицу, уже стоял седовласый слуга в ливрее с гербом Мироновых. Он проводил нас в просторную гостиную с резной мебели, голубыми обоями, камином и пушистым ковром на полу.

На кушетке тихонько щебетала семейная чета. Обоим лет под пятьдесят, а физиономии у них прям как под копирку: напыщенные, высокомерные, и носы задраны так, словно ото всех слегка пованивало. Явно потомственные аристократы, всем своим видом подчёркивающие, что они выше простых смертных и даже большинства дворян.

Помимо них, в гостиной восседала в кресле молодящаяся дама лет шестидесяти. Одной рукой она поглаживала спящую на коленях кошку, а другой держала высокий бокал с вином. Её волосы были выкрашены в чёрный цвет, наращённые ресницы напоминали пики, а губы оказались накаченными то ли косметологом, то ли магом жизни. Искусственная грудь двумя силиконовыми шарами едва не рвала на груди длинное красное платье с открытыми плечами.

— Кого я вижу, неужели это тот самый герой Игнатий Николаевич Зверев? — томным хриплым голосом выдала она, глядя на меня, как хищная пума, заметившая кабанчика.

— Меня действительно так зовут, но героем я себе не считаю. Доброго всем дня.

— Ага, здравствуйте, сударь и сударыни, — просипел робеющий Павел, не знающий куда деть руку.

— Доброго дня, — кивнул мужчина. — Моё имя Андрей Орлов, а это моя жена Виктория.

— Ангелина Миронова, — представилась «пума», протянув мне руку для поцелуя.

Пришлось облобызать её, чтобы не нарушать этикет, хотя не очень-то и хотелось. От дамы пахло перезрелой вишней и вином.

— О, вы уже пришли, дорогой Игнатий Николаевич, — вкатился в гостиную энергичный невысокий толстячок в штанах с подтяжками, с широкой улыбкой и редкими желтоватыми волосами.

Его мелкие глазки пробежали по мне, словно взвешивали и определяли, на что я могу сгодиться.

Следом за ним в комнату вплыла грациозная стройная блондинка лет сорока. Она оказалась на голову выше толстячка и удивительно напоминала постаревшую студентку Миронову. Это явно была её матушка, толстяк — наверняка отец Мироновой, а «пума» на кресле — её бабка. Орловы, видимо, такие же приглашённые на обед, как и мы с Павлушкой.

В этот миг вошла сама похитительница сердца моего внука. Павел сразу аж дыхание затаил, глядя на неё. А та в голубом платье выглядела просто очаровательно.

— Что ж, дорогие гости, давайте пройдём к столу, — ещё шире улыбнулся Миронов, хлопнув в ладоши.

Мы всей кодлой переместились в просторную столовую, где на коне можно было скакать. Паркет сверкал, столовое серебро сияло, а из блюд самым простым и наименее экзотичным оказалось фуа-гра.

Миронов словно решил всех поразить своей щедростью и богатством, да ещё всячески подчёркивал это шутками и прибаутками

— У