Сватовство с риском для жизни - Надежда Цыбанова

процессе женских визгов мы узнали, что проверку можно и не проводить. На честно уворованные деньги мэр купил себе небольшой домик недалеко от Линстроя, где и развлекался со своей любовницей. А еще он проспонсировал девице открытие магазинчика с украшениями. Не знаю, что же такого умеет вытворять любовница в постели, но вложился мэр в нее нехило.

Рассовав гостей по каретам, Феликс удовлетворенно отряхнул руки.

— Какой полезный, — скупо прокомментировала бабушка. — Прямо как деревенский кот, который иногда к нам заглядывает и ловит мышей в подвале.

А вот Кристиан оказался куда бесполезнее дяди. Или он просто принял основной удар на себя, позволяя Феликсу скрутить нервную женщину. Но в итоге выглядел парень, словно отбивался от стаи бешеных собак.

— Какие сегодня визитеры у нас наглые, — неодобрительно покачала головой бабушка. Мы дружно решили притвориться, будто к нам эта фраза никакого отношения не имеет. — Ладно, пора ужинать. Я не собираюсь менять установившийся порядок ради каких-то там потенциальных родственников.

Феликс смиренно и от того ехидно попросил время для себя и племянника, привести одежду в надлежащий вид, дабы не испортить аппетит остальным. Бабушка величественно махнула рукой, давая дозволение, но ворчливо заметила, что гости себе льстят. Не так-то просто отбить желание вкусить хлеба у ведьмы. Особенно после такого интересного зрелища.

Старший инспектор продемонстрировал нам умение быстро переодеваться. Вроде только что Хедда под видом огромного одолжения проводила Феликса до комнаты, как он, уже сменив костюм и умывшись, спускается по лестнице. А вот его племянника никто ждать не стал. Впрочем, род Иверсеновов не придерживается строгого этикета, и в столовую все приходят, как им заблагорассудится. Просто горячая еда подается, только когда бабушка садится за стол. Хочешь есть холодное — твои проблемы.

Столовая в замке была выполнена в весьма простом стиле. Селена Иверсен, когда стала главой рода, выкинула из нее все хрустальные люстры, позолоченные канделябры, полураздетые статуи. Мол, они вызывают у нее раздражение и изжогу. Великолепная Жо долго по этому поводу возмущалась, но в итоге смирилась.

Длинный стол, накрытый простой белой скатертью, выглядел особо скорбно из-за нескольких тарелок с краю. Сара неторопливо раскладывала приборы. Она была самой молодой служанкой в замке и иногда вела себя подозрительно нормально, пугая этим окружающих.

— Фердинанд и Арон уже поели, — бабушка тяжело опустилась на стул во главе стола, галантно отодвинутый Феликсом. — У них там свой рацион и график. Ведьмак должен быть в первую очередь сильным.

— А во вторую? — услужливо поинтересовался старший инспектор. Ему выделили почетное место справа от хозяйки замка. Мне же полагалось сидеть рядом с гостем. Главное, чтобы ни один из нас в процессе не подавился от соседства.

— Во вторую… — задумалась старушка, — наверное, злым и голодным.

— Чувствую некое противоречие, — насмешливо фыркнул Феликс.

— Ну так нас и защищать сейчас не от кого, — бабушка с равнодушным видом принялась расправлять салфетку. — Сначала они массу накапливают, затем пару месяцев за счет нее бегают на границе.

Я уже открыла рот, чтобы поспорить с этим сомнительным утверждением, но вовремя поймала хитрый взгляд бабушки и резко передумала заниматься бесперспективным делом. Кто-то специально подначивает на спор. Скучно Селене Иверсен, вот она и развлекается.

— Что-то я не заметил Арона рядом во время разборок с мэром Линстроя. — Феликс неожиданно заботливо забрал мою салфетку, расправил ее с громким хлопком и повязал мне на шею, словно слюнявчик. А кормить с ложечки будут? — А вы говорите — не от кого защищать.

— Молодой человек, — бабушка скрипуче рассмеялась, — если бы визитеры действительно представляли угрозу, Арон до них бы просто дойти не успел. Я пока еще ведьма в силе, и зубы у меня все на месте.

— Простите? — озадаченно нахмурился Феликс.

— Это байка, — пояснила я, раздраженно дергая салфетку. Заботливый мужчина ее завязал так, что теперь мне нужен был нож, чтобы освободиться. — Ведьма споткнулась. У нее выпала вставная челюсть. Шепелявое проклятие не получилось. Зато она вылечила мужчину от облысения. Он весь зарос, как стог сена. А снять эффект она не может, потому что уже подобрала челюсть и вставила на место.

Феликс ненадолго задумался и вынес вердикт:

— Хулиганство по неосторожности. Штраф.

Я бросила опасливый взгляд на бабушку. А она уверена, что старший инспектор приемлемый кандидат мне в мужья? Уже, надеюсь, нет. Тогда остаток визита в родовое гнездо пройдет спокойно.

Кристиан явился на ужин под руку с Софи. Гардероб жениха у меня вызывает некоторые вопросы. Раньше на нем был костюм в полосочку, а теперь в клеточку. Хорошо хоть серый, а не какой-нибудь лазуритовый. Феликс на фоне племянника приятно выделяется классическим вкусом — коричневый пиджак, белая рубашка, черный жилет и черные брюки. Никогда не думала, что в тридцать лет начну морщиться от модных одежек.

А вот бабушка лишь равнодушно скользнула по ним взглядом и указала на места слева от себя. С Великолепной Жо ей не привыкать к нестандартным расцветкам и покрою.

Бывшая актриса прибыла ровно тогда, когда Сара внесла в гостиную супницу, словно караулила служанку под дверью. Наряд Великолепная Жо менять не стала и от того казалось, будто это торжественный внос еды. Оркестра разве что не хватало, чтобы грянуть тушь. А вот Мэнделин пришлось сменить яркое платье на более простое, серое. Но зато оно украшено огромным бантом на груди. Девушке даже было неудобно опустить подбородок — острые края ленты мешали.

Их повеление бабушки расположило по правую руку от Софи. С одной стороны хорошо, потенциальный жених располагался вне зоны доступа младшей кузины. Но, с другой стороны, под обстрел попали мы с Феликсом. Неожиданно старший инспектор оказался плененным бантом. Я даже хотела его пнуть под столом, чтобы намекнуть на необходимость отвести взгляд от бюста Мэнделин, но мужчина сам моргнул и шепотом спросил у меня:

— А разве это удобно? Не говоря уж о том, что выглядит нелепо.

Шепотом. В огромной столовой с отличным эхо. Где тихо сидят семь людей. В общем, отвечать мне не потребовалось. Щеки Мэнделин порозовели, и она резким движением оторвала бант. Ткань платья громко хрустнула и появились опасения, что зрелища нам еще будут подаваться, только теперь вместе с хлебом. Но наряд не подвел и стойко выдержал экспрессию трепетной девицы.

Сара с деловым видом плюхнула мне в тарелку ложку непонятной субстанции, которая медленно начала растекаться.

— Что это? — дрогнувшим