Сватовство с риском для жизни - Надежда Цыбанова

откровенно устала от гостей, было видно отчетливо. Даже верный Хенрик на всякий случай шагнул назад. — Как вы и сказали, дети у нас государственные. На школу обязаны были выделить деньги из казны. Вы составляли запрос? Покажите мне причину отказа. Я помогу вам подать прошение еще раз.

Мэр замялся, а глазки секретаря нервно забегали. Все, как обычно. Кто-то проворовался и теперь пытается закрыть дыру в бюджете. Ладно бы они еще отстегивали роду Иверсенов отступные, но нет. Жадность, она скромной не бывает. И почему каждый хапуга надеется, будто идея просить денег у ведьмы нова?

— Я так и думал, — неодобрительно поджал губы Кристиан. — То, что вы сейчас делаете, называется вымогательством с юридической точки зрения. Селена Иверсен подаст на вас жалобу.

Визитеры так посмотрели на парня, что стало непонятно кого следует опасаться в замке больше: бабушку или Кристиана.

— Да не воровали мы! — возмутился враз вспотевший пухляк. — До нас деньги и не дошли. А школу открыть надо. Для детишек же.

Больше человеческой глупости и наглости Селена Иверсен не терпела ложь. Хенрик лишь устало вздохнул и с тоской осмотрелся. Кустов во дворике было немного, и те плешивые. Видимо, визитеры часто их как укрытие от проклятий ведьмы используют. Очки, что ли, старушке подарить?

Но Селена Иверсен не успела продемонстрировать потенциальным родственникам, которые и так на ведьм косо смотрят, лучшие способности. Феликсу надоело быть сторонним наблюдателем, и он решил взять посыл визитеров в свои руки.

— Я передам вашу жалобу в службу надзора за хищениями и растратами, — с наигранным сочувствием в голосе пообещал он. — Поверьте, заявление старшего инспектора они куда быстрее рассмотрят и примут к исполнению. В ближайшее время начнется жесткая и тщательная проверка. Конечно, наглецов, рискнувших покуситься на святое — бюджетные средства, накажут по всей строгости закона и компенсируют потери за счет их имущества и средств. Так что деньги на школу обязательно найдутся.

— Ик, — несказанно обрадовался перспективе мэр. Или это на него так подействовал вид подкопченного и мокрого Феликса?

За воротами стояла карета. Золотые вензеля на дверцах намекали на ее недешевую стоимость. Но меня привлекли не отблески лучей солнца на отделке, а симпатичное женское лицо, выглянувшее из-за отодвинутой шторки. Я бы сказала, что это дочь мэра, если бы не вульгарный раскрас девицы. Вряд ли папаша разрешил бы столь яркую помаду доченьке.

Но Феликс все же хорош — привлек внимание одним голосом.

И вроде бы уже можно было попрощаться с визитерами, но предугадывать события в замке занятие неблагодарное.

Сначала вдалеке послышалось лошадиное ржание. Мы все дружно напряглись.

— У вас сегодня приемный день? — осторожно уточнил Феликс, одергивая рукава мокрого пиджака.

— Опять гости, — печально констатировал Хенрик.

— Если снова просить деньги будут — прокляну, — проворчала бабушка.

Но в этот раз нам повезло. А мэру и его пассии — нет.

Вторая карета фактически влетела в первую. Лошадь остановилась в каком-то шаге от столкновения. Это было самое странное происшествие на пустынной дороге.

Не успела прибывшая карета полностью затормозить, как ее дверца открылась с размаху. Грузная мадам вылетела, будто пушечное ядро, гневно сверкая глазами. Мэр снова икнул и попытался спрятаться за секретаря. Но комплекция не совпала. Так сказать, он выпирал со всех сторон.

Женщина обвела нашу компанию взбешенным взглядом и гаркнула во все горло:

— Где эта гадина⁈

Вопрос нас поставил несколько в тупик. В присутствии двух ведьм трактовка нуждается в уточнении: оскорбление это или комплимент.

Феликс, нехороший человек, задумчиво покосился на меня, а затем вообще плечом за свою спину оттеснил. Если у кого и были сомнения, то старший инспектор быстро все для себя решил. Ух, какой мужчина. Наслать на него заикание, что ли?

Признаюсь, я сначала даже растерялась, судорожно вспоминая, мой ли это клиент приехал высказать недовольство. Судя по нахмуренным бровям бабушки, она занималась тем же. Но пышущая здоровьем и гневом мадам нас просто проигнорировала. Она подлетела к первой карете и с силой рванула на себя дверь.

— Эм… — только и успел прокомментировать Феликс полет по дуге вырванной с петлями дверцы. Шторки насмешливо помахали всем, как два крыла.

С предназначением девицы, прятавшейся в карете, я угадала. Жена так орала на любовницу, что наверняка было слышно и в деревнях. А мэр находчивый, ни в чем себе не отказывает. И ворует, и любовницу с собой возит. Хотя, наверное, ее можно отнести к аксессуарам. Кто-то заводит болонок, а кто-то — вульгарных девиц. Если к первым я отношусь терпимо, пусть особой любви и не питаю, то вторые — никаких добрых чувств не вызывают.

— Прекратите! — профдеформация Феликса не стерпела вытаскивание девицы за волосы из кареты. И чуть нас не лишило зрелища. Но я оказалась хитрее и обхватила его руку, не давая ринуться на подмогу.

Мужчина перевел на меня удивленный взгляд и выразительно выгнул бровь, намекая, что было бы неплохо объясниться.

— Ты что бессмертный? — в наигранном ужасе округлила я глаза. — В одиночку решил разнять женскую драку. Тебе же и первым перепадет. Дай жене чуть пар спустить, а потом уже лезь в пекло. Она же сейчас будет бить без разбора.

— Это неправильно, — грозно бросил старший инспектор. — Бездействие тоже может быть наказуемо. А если она девице шею свернет? Ты же видишь, что силы не равны.

Я на всякий случай внимательнее пригляделась к акту возмездия. За все надо платить, в том числе и за богатого спонсора.

— Разве что пару клоков волос вырвет, — вынесла я вердикт. — И синяков с царапинами понаставит. Ей же силы на мужа надо поберечь. Бить только одного неинтересно.

Но в нашей компании был еще один энтузиаст-моралист, придерживающийся буквы закона. И это не Хенрик. Тот вообще предпочел с деловым видом осматривать соседний куст, состоящий из трех веток.

С криком «Женщина, прекратите!» в самую гущу событий устремился Кристиан.

— Идиот, — недовольным тоном констатировала бабушка, когда жена с любовницей быстро определились с главным злом и ринулись бить его.

Нельзя мужчинам влезть в женскую драку, особенно, если причиной является неверный индивид. Сейчас их противником стал не гуляющий муж, а весь мужской род.

— Ну, а теперь придется вмешаться, — усмехнулась я. — Спасай племянника. Жених с расцарапанным лицом вряд ли подойдет под эстетический критерий Великолепной Жо.

Сама я в драку не полезла. Зато в