Ушедший Род. Книга 12. Претор - Валерий Листратов

Ну, что сказать. Старшая Сабурова — очень красивая девушка, немного другого типа, чем ее сестра. Изящная фигура, белая кожа, лёгкость в общении и чувство юмора. Тёмные волосы, неожиданно зелёные глаза, тонкие черты лица — всё это в совокупности даёт ей вполне очевидное основание считать себя одной из записных красавиц Новгорода. С другой стороны, у всех моих знакомых с этим, проблем вообще нет — что Прозоровская, что Сабурова, что Васильчикова — безусловные красавицы. Просто разные. Но эмоции вызывают все.

Отходим от Катерины. Начинаем наш променад по залу в компании с Ритой. И начинаем его с Васильчиковых. Здороваюсь. Ольга и Олег тоже неподдельно рады меня видеть. И неожиданно слышу почти громко произнесенную фразу:

— Пфф, слухи. А так… Нищеброд просто. Рода нет, на нём только серебро, да и подвиги его усиленно разрекламированы. Службами. Просто проект Его Величества, и не более того.

Оборачиваюсь. Тот самый парень, который до нашего прихода стоял рядом с Сабуровой в небольшой компании рассуждает, очевидно, обо мне. Имён только не называет.

Глава 11

— Марго, представишь нас молодому человеку? — разворачиваемся к компании, откуда был услышан этот пассаж.

Голос парня слышали многие, и что интересно — на лицах вроде бы молодых людей, практически подростков, не видно никакого отражения эмоций. Словно мир на секунду встает на паузу и все следят за тем, как упавшие слова будут восприняты.

При этом, одобрение и неодобрение услышанных слов из тех кто принял во внимание, разделяется примерно поровну.

Немного неожиданно, но всё равно. Рита почти не сдерживает своего неудовольствия, но это не показное, все же она — хозяйка вечера. И близкому ей гостю адресовать подобные слова — скорее неуважение к ней. Только не напрямую. Но и притворяться или сдерживаться она не собирается.

Правда вот я точно знаю, что парень вообще Риту во внимание не принимал. Что тоже довольно странно, конечно. Сигнатура не врет. Все его внимание сконцентрировано на мне.

— Ну, пойдёмте, — вздыхает девушка.

Молодой человек — темноволосый, растрёпанный, немного даже полноватый, но крепкий и обещающий вырасти в очень крупного дядьку лет через десять (если раньше не свернет себе шею), с интересом смотрит на мою реакцию. Очевидно, что он не ожидал, что его слова прозвучат настолько громко и свидетелями станут несколько рядом стоящих компаний. Но они уже прозвучали, и почти все в зале, постепенно, обращают внимание именно сюда.

Вообще, гостей у Риты на вечере неожиданно много. Когда Ольга говорила про студенческую встречу, мне представлялась камерная вечеринка, человек на десять, а не почти обычный прием аристо. С другой стороны, уже на подъезде выводы были сделаны, и я не ошибся. То, что для Ольги, которая с детства росла в таких условиях, небольшое мероприятие не заслуживающее особого внимания, для меня вполне себе новый опыт. И не сказать бы, что нужный.

Напитки, небольшие столики с микрозакусками, фрукты, легкая музыка и с полдюжины незаметных официантов — ну да, безусловно, обычная студенческая вечеринка.

Меня парень абсолютно не боится, несмотря на то, что парень, похоже, со второго или третьего курса, и, по идее, у него должен быть доступ к академическому рейтингу Арены академии.

Мы с Ольгой и Ритой подходим к компании. Даже здесь половина студентов внутренне осуждает слова парня. Не факт, что по именно из-за меня, а не из-за Риты, но осуждение присутствует. Правда внешне — никак не проявляется.

Парень смотрит на меня так, как смотрят на задачу, или проблему, которую нужно решить. Мелькает что-то такое… оценивающее.

— Максим, Ольга, позвольте вам представить княжича Никиту Бабичева, из тверской ветви. — Совершенно без удовольствия Маргарита представляет парня. Причем представляет его мне, а не наоборот, выделяя именно меня. На что парень снова вспыхивает обидой. Теоретически, он по положению выше, и, по идее, представление должно быть обратным.

Такой, мгновенный ответ Сабуровой на допущенную бестактность.

Сейчас одобрение маневра есть у всех, включая самого княжича.

Читать подобные тонкости в сигнатурах могу только при сильном разгоне — иначе просто не хватает ни времени, ни ресурса на анализ вторых-третьих слоев. Тяжелая работа — у меня-то не было опыта существования в таком системном окружении годами. И получать его приходится слишком уж быстро. С другой стороны, все равно буду постепенно приоткрываться, а значит напрямую, опыт этих вторых-третьих слоев мне пока без надобности. Так что и слишком уж сильно в анализ можно не уходить — сильному можно игнорировать намного больше правил. А я постепенно иду как раз в этом направлении. Приняв такое решение, сбрасываю ускорение и дополнительные фильтры. Пусть привыкают.

— Очень приятно, — улыбаюсь во всю челюсть.

— Максим Рысев, боярин, — представляет Рита меня в ответ.

Ольга холодно кивает Бабичеву, как старому знакомому. Тот, тем не менее, обозначает поцелую тыльной стороны руки девушки, и только после этого, без особого удовольствия обозначает мне легкий кивок.

Опять форма пренебрежения. Но мне без разницы. По поводу молодого человека я уже все решил. Осталось только воплотить.

Смотрю на парня так, как смотрят на погоду — спокойно и без особых ожиданий. И он это тут же замечает. И еще чуть-чуть злится.

Внутри у парня кроме откровенной ревности и некоторой обиды — ещё куча эмоций несколько неочевидного характера. Но они все словно подчинены одной цели. Интересно.

— Здравствуйте, Никита, — говорю. — Не уточните ли, какую именно интересную историю вы рассказываете?

— Интересную? — с удовольствием повторяет Бабичев, немного нагловато улыбаясь. — Конечно. А что вам особенно интересно?

— Особенно, — говорю с улыбкой, — особенно интересно, безусловно, имя того несчастного, которого вы изволили назвать нищебродом.

— Зачем вам имя, господин Рысев? — произносит парень. — Это же примерно общее описание тех, у кого нет за душой ни гроша, фамилия которого ничего не привнесла на алтарь Империи, но которые теперь получает разные блага исключительно за связях, а не потому что они чего-то да стоят.

Парень практически хамит мне в лицо, и наслаждается при этом. Я вызвал в нем ревность, и возможность безнаказанно унизить соперника, пусть даже и самим им придуманного, для княжича неожиданно выше возможности сдержаться.

Бывают такие люди, которые принимают спокойствие за слабость. Парень очевидно мне не противник, и это понятно не только мне. Ольга и, в принципе, Маргарита это спокойно понимают тоже. Так что обе ни слова