Повторная молодость 4 - Валерий Кобозев

Ну я так прикинул, чтобы достичь метровой точности требуется погрешность порядка трех наносекунд. После приема сигнала объект рассчитывает разницу между своим таймером и полученным таймером от маяка, разность даст время задержки или расстояние. Три маяка — три точки — пояснил я.

— Так это же какой точности должен быть таймер на объекте? — сразу выпучил глаза Алексей.

— Не спеши с выводами. Перед вылетом объекта на задание, производится топопривязка к этим маякам. То есть таймер объекта синхронизируется с маяками и закладывается в память объекта базовое расстояние до них и координаты старта. А дальше начинается отслеживаться изменение этих параметров и корректировка текущих координат — пояснил я.

— Ну в таком случае полегче будет — соглашается Алексей. — А как между собой маяки синхронизировать?

— Да так же. Главный маяк будет нулевой, или центральный, а следующие маяки будут иметь возможность корректировать свои показания с центральным маяком, скажем раз в час или даже реже — это вам самим придется определять — предложил я. — Ну или с помощью активной системы запрос-ответ.

— Хм, годиться — задумчиво произнес Алексей.

— Ну иди, прорабатывай тему со своими орлами, формируй тематическую лабораторию — отправил его я в отдел.

— Я проработаю этот вопрос, изучу теорию. Вполне возможно, что задача не так проста — пообещал он на прощанье.

Через неделю у нас состоялся научно-технический совет (НТС) по поводу систем навигации, на котором присутствовали все программисты, участвующие в этом, а также разработчики системы управления дронами, в том числе бывшие разработчики систем управления ракетами «Стрела-3». Обсуждали систему стационарных маяков.

— Излагаю достигнутое нами — начал свою речь начальник отдела Зиновьев. — Диапазон волн, который оптимально использовать для такой навигации — это два с половиной гигагерца, частота манипуляции двести пятьдесят мегагерц. При мощности передатчика сто ватт дроны будут принимать сигнал на расстоянии триста километров. У нас не сформировалось однозначного мнения насчет кодирования сигнала, пока считаем, что обойдемся без кодирования. Погрешность определения координат будет плюс-минус тридцать метров. Хотя теоретически можем добиться плюс-минус три метра, но что-то я сомневаюсь в такой точности. Для дрона нам достаточно будет и разброса в радиусе ста метров — закончил он.

— Ну высокая точность нам точно не помешает — укоротил его я, зная для чего онам может понадобиться. — Как насчет стационарных маяков — не слишком сложные? Какой вес и энергопотребление?

Глава 8

— Энергопотребление стационарного маяка порядка одного киловатта, приемо-передатчик весит порядка двадцати килограммов — ответил Никишин — от отвечал за воплощение в железе. — Там стоит обычная микроэвм на Зет-80, ей ума много не требуется — по команде — кнопку надо нажать оператору — принять сигналы синхронизации, скорректировать свой таймер и все. А далее работает на излучение чисто аппаратная логика — считывает из памяти координаты, текущее время, свой код. Только придется повозиться с экранированием, чтобы друг другу не мешали они с передатчиком. Скорее всего будем просто вырубать микроэвм, как только операция синхронизации будет проведена — до следующей операции.

— Слушай, а зачем такая частота модуляции у вас двести пятьдесят мегагерц? — спросил я.

— Ну максимальная для этой несущей, чтобы информацию не потерять — ответил Никишин.

— А что, большой объем информации передаете? — спросил я.

— Ну примерно тысяча символов — ответил Зиновьев.

— Ну и что нам мешает обновлять информацию один раз в секунду? Можно и раз в минуту ее обновлять — нет необходимости в более частом обновлении координат. Для этого хватит быстродействия и Зет-80, без аппаратной поддержки — удивился я. — Зачем делать избыточное быстродействие системы? Нам же не требуется передавать информацию по этому каналу?

— А как тогда скорость свою вычислять? Так мы можем спокойно вычислить скорость дрона, если будем ежесекундно обновлять информацию — возразил Алексей.

— Мы и через минуту сможем скорость вычислять — возразил я.

— Точность будет выше, если каждую секунду данные накапливать — уже менее уверенно возразил Алексей.

— Вот давай расчеты в цифрах, обоснуй свой выбор — закончил я дискуссию. — Какие еще у нас вопросы? — спросил я у него.

— Да вот, с протоколами противоречия у нас… Надо обсудить — сказал Алексей Зиновьев.

— Ну обсуждайте их без меня, главное, чтобы выходные параметры системы не изменились — сказал я и оставил их обсуждать технические тонкости.

Интерлюдия

Штаб шестнадцатой танковой дивизии, Ярославль. В кабинете командира дивизии сидят двое — командир, генерал-майор Наливайко и его гость.

— Семен Семенович, что скажешь по поводу новых порядков? — спросил у командира дивизии солидный человек в отличном импортном костюме с сединой на висках, по нему сразу видно, что он из руководства страны.

— Да Алексей Алексеевич трудно сразу что-то сказать — обтекаемо ответил Наливайко.

— Ну ты брось свою хохляцкую натуру, отвечай, как есть! — приказал гость.

— Да трудно мне что-то сказать, у меня в дивизии нового практически ничего нет — ответил Наливайко.

— Ну а дома как? — спросил гость.

— Дома… КГБ зверствует, половину родственников повыгоняли из органов власти — со злобой выплеснул Наливайко. — Видите ли у них отцы воевали против Советской армии! Сын за отца не отвечает, тем более, те отсидели свое и по амнистии вышли на свободу!

— Ну вот видишь, а говоришь, что нового ничего нет — ухмыльнулся гость. — А если удастся вернуть старые времена — ты за?

— Да конечно за! Надо укоротить руки КГБ, дать больше самостоятельности Украине. Украина — житница страны! — выдал генерал.

— Ну тогда надо действовать, а не сидеть сложа руки — сказал гость.

— А что, что-то намечается? — осторожно спросил генерал.

— Намечается. Если ты готов поучаствовать в восстановлении Ленинских принципов в политике партии, тогда будешь действовать в первых рядах — сказал гость.

— Я готов участвовать в восстановлении Ленинских принципов! Что я должен делать! — спросил генерал.

— У тебя как дивизия, как офицеры относятся к новой политике? — спросил гость.

— У меня нет офицеров, у которых имеется свое мнение. Я от таких умников сразу избавляюсь — отрубил генерал. — Как скажу, так и будут действовать. Что надо делать?

— Операция назначена на дни Олимпиады. Все руководство будет занято приемом иностранных гостей, мы введем войска в Москву и отстраним руководство, изменившее Ленинским принципам — ответил гость.

— Алексей Алексеевич, а кто станет генеральным? — спросил генерал.

— Шелепин Александр Николаевич, надеюсь знаешь кто это — сказал гость.

— Да, конечно, известная личность. Отодвинули его в угол, слышал — ответил генерал. — Достойный руководитель, ничего не скажешь. Что конкретно я должен делать?

— По нашему