Советские морские десантные операции в Великой Отечественной войне - Владислав Львович Гончаров

25-й Чапаевской дивизии. Высадка осуществлялась с помощью 4 бронекатеров и 10 пограничных катеров, с нашего берега ее поддерживала дивизионная артиллерия и 65-я береговая батарея. При подходе к берегу два катера были повреждены минометным огнем, но в целом сопротивление противника оказалось минимальным: румыны не проявляли желания воевать и разбегались либо сдавались. Всего было захвачено 720 пленных, 8 орудий и 30 пулеметов. Дунайская флотилия потеряла 5 человек убитыми и 7 ранеными. В итоге правый берег Килийского гирла от устья реки Рапида до села Периправа на протяжении 70 км оказался под нашим контролем. Однако саму Периправу захватить не удалось, несмотря на попытку десанта 11 июля.

Относительно легкое занятие обширного плацдарма стало возможным потому, что румыны не собирались наступать в устье Дуная и держали здесь минимальные силы; вдобавок румынские солдаты продемонстрировали низкую боеспособность. Кроме того, болотистое пространство между Килийским и Сулинским гирлами Дуная практически не имело дорог и было непригодно для обороны. Наконец, уже через три недели немецко-румынские войска нанесли удар севернее, от Ясс через Прут на Кишинев, который был захвачен 14 июля. Войска 14-го и 35-го стрелковых корпусов начали отход за Днестр, после чего устье Дуная пришлось оставить без боя. 19 июля Дунайская флотилия сняла войска с плацдармов и на следующий день прибыла в Одессу.

Большой успех: десант у Григорьевки

Следующий десант Черноморского флота связан с обороной Одессы. Город оказался в осаде с середины августа – после занятия противником Николаева (16 августа) и Очакова (21 августа). Для штурма Одессы были выделены румынские войска, поэтому оборона города велась довольно успешно. И все же 25 августа противнику удалось потеснить войска Восточного сектора, заняв район Новой Дофиновки и Фонтанки, после чего городской порт и подходы к нему стали досягаемы для вражеской осадной артиллерии. Теперь погрузку и разгрузку транспортов приходилось вести ночью, а днем прикрывать их дымовыми завесами.

Десанты Дунайской флотилии в июне 1941 года

Для уничтожения артиллерийских позиций противника было решено организовать наступление силами Восточного сектора на участке между Большим Аджалыкским и Куяльницким лиманами, а для его поддержки – высадить у села Григорьевка рядом с Аджалыкским лиманом десанты с моря и с воздуха.

Требование провести операцию поступило с самого верха – от наркома ВМФ Н. Г. Кузнецова. Директива на ее проведение была отдана Военным советом флота днем 14 сентября, а сама высадка первоначально назначена на утро 16 сентября – то есть времени на подготовку десанта не оставалось вообще. По счастью, из-за задержки с прибытием в Одессу свежей 157-й дивизии ее отложили на пять дней.

С моря высаживался только что сформированный в Севастополе 3-й морской полк (около 2000 человек), с воздуха – группа парашютистов из 25 человек; они должны были нарушить связь и управление в тылу противника. Для перевозки десанта из Севастополя использовались боевые корабли – старые крейсера «Красный Кавказ» и «Красный Крым», а также эсминцы «Бойкий», «Безупречный», «Фрунзе» и «Дзержинский»[17]. Они же обеспечивали огневую поддержку десанта. Впрочем, в процессе подготовки решили на эсминцы десант не грузить.

Для доставки войск с кораблей на берег в Одессе был сформирован отряд десантно-высадочных средств: канонерская лодка «Красная Грузия» (типа «Эльпидифор»), сторожевой корабль «Кубань» (бывшая грунтовозная шаланда с осадкой носом 2,5 м), 12 «малых охотников», 12 катеров типа КМ, 10 баркасов и буксир «Алупка». Они должны были прибыть к месту высадки за час до ее начала.

Общее руководство операцией осуществлял командующий эскадрой контр-адмирал Л. А. Владимирский, командиром сил высадки являлся командир бригады крейсеров контр-адмирал С. Г. Горшков. При этом разработку и планирование десантной операции вел не штаб эскадры, а штаб Черноморского флота в Севастополе, которому подчинялся весь Одесский оборонительный район, со своей авиацией и артиллерией. Такая централизация решала важную проблему десантных операций: порядок подчиненности и необходимость создания временных подчинений (например, армейских командиров флотским структурам) на период операции. Но одновременно она выключала из подготовки десанта руководство Одесского оборонительного района, в интересах которого высадка и проводилась…

Отсутствие времени на подготовку стало настоящим бичом десантных операций, особенно в первый период войны. Сухопутное командование, в интересах которого обычно и проводились такие операции, не принимало во внимание наличия даже чисто технических проблем, связанных с организацией высадки, и постоянно требовало высадить десант буквально «сию секунду». А флотское командование почти всякий раз соглашалось, не оставляя себе резерва времени и совершенно не принимая во внимание «трений», неизбежно возникающих на всех уровнях организации. Регулярно не учитывалась элементарная необходимость тренировок даже не по высадке – просто по погрузке на корабль, не говоря уже об умении быстро спускаться с борта и размещаться в катерах и шлюпках.

В данном случае перенос операции позволил провести с 3-м морским полком в ночь с 15 на 16 сентября в районе Херсонесского маяка тактико-специальное учение по высадке на необорудованное побережье с помощью моторных баркасов и сторожевых катеров. Ко всеобщему удивлению, оно выявило ряд серьезных и совершенно неожиданных проблем. Выяснилось, что хотя полк состоял из моряков, большинство из них были призваны недавно и плохо ориентировались на корабле, не умели двигаться по трапам и сходням, грузиться в баркас на волне и просто плавать; многие откровенно боялись воды. В итоге, когда баркас эсминца «Фрунзе» захлестнуло волной, из 22 находившихся там бойцов удалось спасти только троих…

На этом неприятности не закончились. В 6 утра 21 сентября адмирал Владимирский на эсминце «Фрунзе» отбыл в Одессу для заключительного совещания с командованием ООР. Однако около 14 часов возле Тендровской косы с эсминца обнаружили тонущую канонерскую лодку «Красная Армения». Еще в 9.30 она была атакована девяткой пикировщиков Ju.87 из 1-й группы 77-й штурмовой эскадры (I. StG 77) гауптмана Хельмута Брука и получила 6 (!) бомбовых попаданий. Эсминец подошел к канонерке, пытаясь оказать ей помощь, но был атакован новой девяткой пикировщиков. В него попали две 250-кг бомбы, был ранен командир корабля капитан 3-го ранга В. Н. Ерошенко, а главное – погиб находившийся на борту заместитель начальника штаба Одесского оборонительного района капитан 1-го ранга С. И. Иванов; он был единственным офицером ООР, полностью находившимся в курсе всего плана десанта.

Эсминец удалось удержать на плаву, но через час пикировщики появились вновь. Им удалось добиться еще одного попадания в полубак, после чего эсминец в 15.07 выбросился на мель в 9 милях от Тендровского маяка. Однако и на этом несчастья не закончились: буксир ОП-8, снявший его экипаж, около 16 часов был атакован и потоплен следующей группой пикировщиков. В итоге из 238 человек, находившихся на борту эсминца, было спасено, по одним данным, 110, по другим – 78 человек, снятых в 17.30 торпедными катерами.