Кафе "Таро" в Косом переулке - Натали Галигай

Памела узнала ворвавшихся к ней людей: это был изготовитель волшебных палочек Гаррик Олливандер и владелец кафе-мороженого Флориан Фортескью — все в Косом переулке знали их. Она резко встала, вытянула руку в сторону двери, и та захлопнулась с глухим стуком, а засовы задвинулись сами собой. Она также жестом опустила шторы, и кафе погрузилось в полумрак, в котором свечи казались единственными живыми источниками света. При свете свечей она рассмотрела вбежавших подробнее.

Флориан в своём кафе всегда выглядел приветливым и доброжелательным человеком, привыкшим дарить уют и радость, а теперь он отчаянно искал спасения. Олливандер же, в своём магазинчике казавшийся не от мира сего, теперь был будто натянутая струна, вынужденный справляться с грубой реальностью.

— Я ждала вас, — сказала Памела, и голос её был ровным, без паники. — Вы попали в нужное место, если нуждаетесь в помощи.

Олливандер в изнеможении опустился на стул, сжимая грудь, и его руки дрожали так, что он не мог удержать их на месте.

— Вы не понимаете, — простонал он, и голос его сорвался. — Это Пожиратели Смерти, от них не убежишь.

— У вас есть чёрный ход? — спросил Фортескью, вытирая кровь с лица рукавом. — Мы подвергаем вас немалой опасности, оставаясь здесь. Сейчас они громят магазины. Моё кафе... они подожгли его.

За окном раздался звук заклинания, и стекло задрожало, покрываясь тонкой сетью трещин. Памела не дрогнула — она подняла руку, и трещины затянулись обратно.

— У меня есть кое-что получше чёрного хода, — сказала она.

Ведьма щёлкнула пальцами, и свечи в кафе погасли, оставив только одну, тусклую, в центре стола. На мгновение невольным гостям показалось, что кафе исчезло — его стены стали прозрачными, будто их не существовало, а затем они снова обрели плотность, но уже другую: холодную и серую, как камень.

Мир за окнами изменился — стал нечётким, размытым, как акварельный рисунок, который залили водой. Звуки снаружи исчезли, осталась только звенящая натянутая тишина. Пол под ногами немного вибрировал. Казалось, само время остановилось.

— Я спрятала кафе в другом измерении, — сказала Памела, поворачиваясь к Олливандеру и Фортескью. — Они не найдут нас. Но я не смогу удерживать нас здесь долго: до рассвета — не больше.

Олливандер медленно выдохнул, и его руки перестали дрожать, но он всё ещё сжимал грудь.

— Спасибо, — прошептал он. — Я думал, мы погибли... Но что это за место?

— Безопасное пространство между мирами, нейтральная территория. Я называю его "Уютный уголок" — это место, где нет времени, нет магии, нет опасности. Тут только эта комната и свеча, которая никогда не гаснет.

— Что же с нами будет дальше? — в никуда спросил Фортескью, не обращаясь ни к кому конкретно.

— И снова вопрос по адресу, — произнесла Памела, беря колоду и вытягивая три карты — она делала это медленно, будто давая себе время подумать.

Фортескью вздрогнул и уставился на вытянутые карты.

— Восьмёрка Кубков, — наконец сказала гадалка тихо, почти шёпотом. — Вы оставите привычный мир, всё, что знали. С тяжелым сердцем вы пуститесь в бега.

Она перевернула вторую карту.

— Шестёрка Мечей — это ваш путь через страх, через неизвестность, через опасность. Это не будет легко, но вы не погибнете.

Она помолчала, глядя на третью карту, и её голос стал ещё тише:

— Восьмёрка Жезлов. Вас обоих ищут не случайно, а потому, что вы обладаете некой информацией.

Олливандер побледнел ещё сильнее и выдавил:

— Я догадываюсь о какой информации идёт речь... Как мы можем отблагодарить вас за спасение?

— Я принимаю в оплату только особые бусины или информацию о них. Так, что будем считать, что я помогла вам бескорыстно... — отмахнулась Памела.

Но Флориан взглянул на неё внимательным взглядом, а потом сказал:

— Та, кто собирает бусины... Пожиратели упоминали вас, когда рыскали по Косому переулку. Вы тоже в сфере их интересов.

Памела не ответила, только наклонила голову, давая ему понять, что она слушает и согласна с его предположением.

Олливандер, всё ещё бледный, тоже посмотрел на Памелу, и в его выцветших глазах мелькнула догадка.

— Я знаю, что вы ищете, — с энтузиазмом воскликнул он. — Бусины Бериала. Я не просто читал о них в книгах. Мой прадедушка, Гаррик Олливандер-старший, однажды украсил особенную палочку такой бусиной. Это был заказ для одного очень важного клиента — человека, который называл про себя "Королём".

Я не знаю, был ли он настоящим королём, но он был могущественным волшебником, и он хотел волшебный инструмент, который отражал бы его статус. Прадедушка вставил в рукоять редкую чёрную бусину — как знак власти, но клиент так и не забрал ту палочку. Говорят, он погиб до того, как успел получить свой заказ. Палочка осталась в магазине. Она и сейчас лежит в задней комнате в ящике с невостребованными палочками. А теперь, когда Пожиратели разгромили магазин...

Он замолчал, а потом неуверенно выговорил:

— Я не знаю, вернусь ли когда-то туда, но, возможно, вы сможете найти её...

В глазах ведьмы зажглась искра неподдельного интереса, чувство близости цели. Она перевела взгляд на Аркану, которая сидела на подоконнике и смотрела на неё жёлтыми глазами.

— Слышала? — спросила Памела, подходя к кошке и гладя её по голове. — В задней комнате магазина Олливандера. Ящик, который он никогда не открывает. Палочка с бусиной.

Аркана моргнула медленно, как будто поняла.

— Сходи, — сказала Памела, открывая окно. — Принеси мне её. Ты сможешь пробраться туда, и никто не заметит.

Кошка выскользнула в окно, растворившись в серой дымке.

— Кошки живут сразу в нескольких измерениях, — объяснила Памела, поворачиваясь к Олливандеру и Фортескью. — Если она вернётся с палочкой, значит, Пожиратели уже покинули Косой Переулок. Тогда я переведу кафе обратно в нашу реальность, и вы сможете уйти.

Все замолчали, прислушиваясь. Минуты тянулись, как резиновые, пока в тишине кафе не раздался лёгкий стук. Это Аркана прыгнула на подоконник — в зубах она держала причудливого вида палочку с чёрной бусиной на рукояти. Кошка мягко опустила её на стол и села рядом,