Мы друг друга не выбирали - Марина Анатольевна Кистяева

Может, в ее понимании Рустам таковым и был. А то и похлеще.

Он шел к лифту, а его штормило. Как пьяного.

Еще ладони пекло. Жгло. В тех местах, где соприкасался с Лешкой.

Умаров проигнорировал лифт. Спустился по лестнице и задержался в коридоре. Башкой в стену уперся.

***

Алексия ворвалась в квартиру так, точно за ней гнался сам черт.

Отпустил…

Умаров снова ее отпустил. Только почему не радуется и нет облегчения?

Ответ лежал на поверхности.

Он.

Ее.

Тронул.

Впервые...

По-настоящему.

Прикоснулся.

Эта мысль била Алексию по вискам. Рубикон перейден. Что дальше?

– Маша ушла?

Голос мамы, доносящийся из спальни, немного сбил с мысли.

– Да, мам.

Алексия прикрыла глаза и постаралась успокоиться. Надо собраться, улыбку на лицо натянуть… Что-то этакое сделать с собой, чтобы перестала трястись.

Но шок не проходил.

– Надо было на чай ее пригласить...

– Я же говорю, спешила она. Ты температуру мерила? Спала?

Она направилась в ванную. Сейчас лучше матери на глаза не показываться. Сразу поймет. Разволнуется, и станет хуже.

– Тридцать семь и пять.

Уже не тридцать восемь и семь... Алексия уперлась руками в край умывальника.

Она соврала маме, не сказала, что ее ждал Рустам. У мамы к нему было двоякое отношение. Иногда Алексия была уверена, что она на ее стороне, что поддерживает и не даст в обиду. А иногда ей казалось, что мама спит и видит, как бы породниться с Умаровыми. Ведь тогда раз и навсегда можно забыть о невысокой зарплате, ночных сменах, постоянно поднимающейся коммуналке.

Мама наивная... Какая родня! Вроде бы взрослая женщина, а верит в сказки.

Во-первых, у Рустама наверняка есть невеста. Еще в детстве сто процентов обручили. У них так принято. Алексия никаких таких разговоров не слышала, но была бы искренне рада! Потому что в этом случае, если не жена, то тесть бы точно повлиял на зятя.

Во-вторых, и самых главных. Она не могла представить, что она и Рустам... Бр-р-р... По телу пошли холодные мурашки.

Парадоксально, но то место, где он к ней прикасался, жгло. Как при аллергии.

Алексия поймала свое отражение с грустной улыбкой.

ГЛАВА 7

Алексия спала плохо. Она несколько раз за ночь вставала и подходила к матери. Да тоже не спала.

– Мам, давай скорую вызовем.

– Зачем?

– Мам, как зачем? Тебе же плохо!

– Уже лучше.

На тон мамы говорил об обратном.

– Ты же медик! Ты не можешь не понимать что...

– Леш, не кричи. – Мама прикрыла глаза. – Пожалуйста.

Алексия сжимала кулаки в бессильной обиде. Она хочет помочь! Она не может стоять и бездействовать.

– И не думай вызывать скорую за моей спиной. – Елена Викторовна опередила мысли дочери. – Завтра выходной, отлежусь.

– Давай я в универ не пойду.

– И чем ты будешь заниматься? Надо мной стоять? Нет уж, шуруй грызть гранит науки.

У Алексии была еще одна причина, по которой она не хотела идти в универ.

Рустам Умаров.

Что-то изменилось. В их системе координат. Раньше он ее не трогал. Говорил гадости, грозился... Но не трогал. Наверное, отчасти по этой причине Алексия еще не рехнулась на почве буллинга и постоянного преследования. Как ей дышалось свободно, когда Умаров уехал в Лондон! Что ему там не сиделось. Машка прикалывалась, что он вернулся из-за нее, из-за Алексии. Последняя отмахивалась.

И снова город стал маленьким, тесным, душным.

Алексия готовилась к серьезному разговору с мамой. Она хотела перевестись. Неважно куда. Лишь бы подальше от Умарова.

Маша знала об ее планах. Когда она впервые поделилась с ней своими мыслями, Кабаева скрестила руки на груди и, приподняв брови, скептически выдала:

– Думаешь, поможет? Он из-за тебя Туманный Альбион бросил. В том, что сразу узнает о твоих планах с переводом, даже не сомневайся. А когда узнает, будет апокалипсис всемирного масштаба. Тоже даже не сомневайся.

В чем-то Маша была права. Иногда Алексия так же думала. Но она должна попробовать. Должна. Иначе...

То, что может произойти дальше, Алексия отказывалась прогнозировать. Слишком опасно.

Вчера Рустам перешел черту. Дальше будет только хуже. И она опасалась, что разбег будет стремительным.

Значит, Умаров-старший проигнорировал ее просьбу. Тоже ожидаемо. Логично, что дед встал на сторону внука.

Приехав к институту, Алексия первым делом осмотрелась по сторонам. Машины Умарова нет. Хорошо. Почти можно дышать. Так, дальше. Она осмотрелась повторно. Вроде бы дагаевской тоже не наблюдается или они поменяли тачку? Такое тоже может быть. Еще одни хозяева жизни, будь они неладны.

Не было ей печали, черти накачали. Сначала Рустам вернулся, за ним эти... И если Рустама она знала, то с Дагаевыми столкнулась впервые месяц назад.

Дагаевы сразу привлекли к себе внимание. Не Алексии, конечно. У нее уже на тот момент голова болела от возвращения Рустама.

Но девчонки на потоке охали и ахали, говоря о новых парнях. Дагаевы произвели впечатление. Положа руку на сердце, Алексия понимала тех, кто завис на близнецах. Высокие широкоплечие красавчики спортивного телосложения на крутой тачке, хорошо упакованные, как сказала Машка. Они появились как черти из табакерки. Кто они, откуда, зачем. Потом уже была произнесена фамилия Халилова. Все мгновенно встало на места.

Был в их регионе крупный предприниматель Халилов Ибрагим. Вся металлургия края принадлежала ему. Печаль заключалась в том, что собственных детей у предпринимателя не было. А Дагаевы оказались единственными его племянниками. Народ мгновенно стал шептаться, что Халилов сделает Дагаевых своими преемниками. Далее поползли и новые слухи. Активно обсуждалась сплетня, что