Мы друг друга не выбирали - Марина Анатольевна Кистяева

Мама позвонила, когда Алексия выходила из столовой, как раз успела в себя запихать макароны с подливой и салат. Денег еще хватило на кофе.

– Да, мам.

– Дочь…

Голос матери не понравился Леши.

Она схватила рюкзак и поспешила к выходу.

– Мам, тебе хуже стало? Мам…

– Я в скорой. Кажется, у меня аппендицит.

– Ну вот! Блин, я говорила тебе, что надо было скорую вчера вызывать! Тебя куда везут? В твою больницу?

– Да. Я уже позвонила Игнатию Павловичу. Он свободен, возьмет меня.

Хотя бы одна хорошая новость. Игнатий Павлович был заведующим хирургическим отделением, лично его Алексия не знала, но мама часто о нем говорила. Особенно в последнее время, и у Алексии нет-нет, да мелькала мысль, а не крутит ли ее мама с ним роман. Но хирург был женатым, это Алексия знала точно.

– Я сейчас приеду. Что тебе привезти?

– Сейчас не надо. Давай вечером. Или лучше завтра утром. Все необходимое я взяла. Если что-то забуду, мне принесут. Должна же я получать хоть какие-то привилегии от работы в больнице.

– Мам, может, все-таки приехать? – сделала еще одну попытку Алексия.

Холодок коснулся груди. Мама в больнице. Это плохо, это очень-очень плохо! Как бы Алешка не хорохорилась, но спала она ночами более спокойно, когда мама не дежурила.

– Не надо. Я тебе позвоню.

Была мысль позвонить папе и рассказать про маму, но зачем? У папы давно своя семья, ему не до бывшей жены. С Алексией они созванивались раз в месяц, не чаще. И с каждым разом разговор становился короче и безынформативнее.

Алексия говорила себе, что это просто аппендицит. Плевая операция и уж точно не несущая опасность. Но тревога не проходила. Наоборот, закручивалась спиралью в животе.

Она несколько дней будет одна. Умаров сто процентов об этом узнает. И, значит, придет. Хорошо, если не сегодня.

У дома было тихо. Алексия выдохнула.

Зато баба Нюра была тут как тут.

– Лешка, что с мамой?

– Аппендицит, баб Нюр.

– В этом-то возрасте?

Алексия сжала сильнее лямку рюкзака.

– Аппендицит может случиться и в вашем возрасте.

– Конечно, может, кто же спорит.

Баба Нюра прищурилась, явно намереваясь сказать что-то еще.

Алексия поспешила прочь, вжав голову в плечи. Пусть думает, что хочет. Алексия устала быть хорошей и порядочной.

Маша предлагала завтра пойти в кино. Алексия сначала подумывала отказаться. Умаров же потом мозги вынесет. Проходили, знаем. А сейчас прикидывала как бы напроситься к Машке с ночевой. Ее родители иногда разрешали им вместе переночевать, сами уезжали на дачу в выходные даже зимой. Может, и в эти ей повезет?

Лифт привычно скрипел, везя ее на нужный этаж. На сердце камень лежал. Ни просвета, ничего. Разговор о переводе в другой универ тоже придется отложить, надо, чтобы мама оправилась.

В коридоре перегорела лампочка. Или ее кто вывернул? Смешно сказать, но Алексия с пятнадцати лет научилась менять лампочки, и дома у них всегда имелись запасные.

Леша достала ключи, вставила в замок и повернула. Ключ бездействовал. Девушка нахмурилась и осторожно повернула ручку. Мама... Ну ты чего?.. Снова?..

Мама несколько раз в спешке оставляла дверь квартиры открытой. Счастье для воров, хотя у них и брать особо нечего. Если дядя Коля с верхнего этажа прознает, что мама периодически выкидывает такие фортели... Его несколько раз привлекали за кражу у соседей. По мелочам, на бутылку, но такое имело место быть.

А тут мама сама приглашала. Лешка несколько раз с ней ругалась по этому поводу. У нее первый раз едва инфаркт не случился, когда она вернулась из школы, а дверь не заперта! Чего она только не подумала. Сегодня, видимо, тот же вариант. Маму увозили на скорой, вот она и забыла в суете.

Леша вошла в коридор, кинула рюкзак на небольшой пуфик и включила свет.

Чтобы сразу же закрыть рот ладонью, чтобы не закричать.

А стоило...

В дверях их небольшой кухоньки стоял один из Дагаевых и держал в руках ее любимую кружку.

– Фиговый у тебя кофе, Алексия. Надо срочно менять.

ГЛАВА 8

Алексия приготовилась бежать.

Потом вспомнила, что она в своем доме! И эта мысль ошпарила, ударила наотмашь! К ней проникли... вошли...

– Какого черта ты тут делаешь? – прохрипела она, сжимая горло и затравленно наблюдая, как Дагаев отхлебывает кофе. – Убирайся... Немедленно!

Она второй рукой указала на дверь. Это не мама ее забыла закрыть! К ним проникли!

– Наша пташка, наконец, пришла домой? – От второго голоса, раздавшегося с кухни, Лешку пошатнуло.

Дагаев не один... Их двое! Все, как всегда...

– Наиль, а по поводу кофе ты прав. Дерьмовый.

Леша переводила взгляд с одного парня на другого. И не верила своим глазам. Даже Рустам не позволял себе вламываться к ним в квартиру. А эти... Они выглядели совершенно спокойными, расслабленными, точно ничего сверхъестественного не происходит.

Это какой-то сюрреализм, это нереально!

– Пошли вон, – негромко выдавила она из себя, прикидывая, какие шансы у нее открыть дверь и выскочить в коридор.

Она не могла вспомнить, повернула ли ключ в ночном замке. Если так, это осложнит выход.

Докатилась… Думала, как убежать из собственной квартиры!

Дагаевы же вели себя свободно. Переглянулись, усмехнувшись. И снова синхронно.

– Чего такая ты негостеприимная, Алексия? Мы думали, кофейку попьем в приятном обществе, пообщаемся. Фильмец посмотрим. Может, еще чем-то интересным займемся.

Тот, второй, что хозяйничал на ее кухне, выдвинулся к ней. Алексия попятилась назад. Квартира, и без того не отличающаяся большими размерами, сузилась до минимума. У Алексии адреналин скаканул, перед глазами