Ветер - Лариса Мельникова

Глава 21. Дороги ветров

В Эрид Ламар не уехал. На следующий день после обеда ему позвонили из научного института и попросили срочно приехать.

– Зачем? – удивился Ламар. Он был уверен, что его давно уже оттуда уволили.

– Сейчас набирается группа учёных, которые поедут на Атал. Вы тоже должны поучаствовать в конкурсе: возьмите свои награды, грамоты, всё, что есть, и приезжайте.

– Я… не могу приехать. Мне нельзя находиться в городе.

– Нам пришло распоряжение за подписью вождя. Вы в списке. Ждём вас.

О том, что среди учёных проходит конкурс для включения в группу, которая должна отправиться на Атал, Раван узнал, когда в очередной раз заехал к Алексу. После сеанса видеосвязи вождю принесли на подпись списки кандидатов из разных научных институтов. «Вот почему я так отчётливо вижу Ламара на Атале!» – подумал Раван и хитро улыбнулся.

– Можно, я ещё одного фантазёра туда добавлю? – попросил он, указав на папку с документами.

– Какого фантазёра?

– Ламара.

– Да ты что?! Его расстрелять надо, а не в списки добавлять. Зачем он там нужен? Или ты хочешь отправить его как можно дальше?

– Нет, не в этом дело. Мы с ним встречались, это была его инициатива. Поговорили. Он попросил прощения.

– Надо же, как всё просто! Решил тебя убить, забрать твою жену и всё остальное, а потом попросил прощения, и всего делов! Ты что такое говоришь, Раван?! Детский сад какой-то! На берёзе яблоки не растут: дед бандит, и внучок такой же.

– После всего, что случилось, Ламар не просто раскаялся, – у него мозги на место встали. Никому от его смерти не будет пользы. Да он ничего и не сделал в конечном итоге, – там Рагнар всё организовывал, этот только денег занёс. В лес по дури припёрся. Его потом тоже планировали в расход, как заказчика, чтобы отвести подозрения от Рагнара.

– Ладно. К Ольхару только не ходи.

– А вот Ольхара и его команду не прощу. Каждый должен нести ответственность за то, что не смог взять под контроль свои тёмные стороны.

Ламар прошёл конкурс, его включили в научную группу. Определяющим стало то, что он много исследовал магнитное поле планеты. В своей работе Ламар не мог опираться на чужой опыт и выдвинул несколько интересных гипотез, которые заинтересовали аталанов. Всё произошло настолько быстро и неожиданно, что он не успел ни испугаться, ни переволноваться, и уже через неделю вылетел на Атал.

Каждое утро вождь Алекс и Раван связывались с Сирин и Тару по секретному защищённому каналу, чтобы определить порядок дальнейшего взаимодействия двух стран. Обсуждали основные направления, согласовывали их на уровне правительств, а те, в свою очередь, готовили проекты законов.

Ко всеобщей радости, первый принятый закон установил право граждан Могара и Атала на свободное посещение обеих островов. Второй закон определил порядок взаимодействия в научной сфере: на территории Могара аталаны открыли несколько университетов, развернули научные станции, где совместно с могарскими учёными проводили исследования. Сначала запускали различные устройства, потом направляли экспедиции всё дальше и дальше, пока не осуществили кругосветное путешествие. Таким образом удалось выяснить, что в южном полушарии есть только один остров – Могар, самый большой на планете.

Спустя некоторое время вождь Алекс провёл народное голосование, где приняли единодушное решение: Могар будет открытой страной. Поэтому с аталанами заключили договор на строительство ещё одного тоннеля и искусственного острова-аэропорта, откуда могары могли бы вылетать во все страны, кроме Атала. Планировалось, что туда же будут прилетать иностранцы, желающие посетить Могар. При этом, согласно договору, контролировать передвижения и обеспечивать безопасность должны аталаны.

Конечно, многие могары захотели получить гражданство Атала. И некоторые аталаны приняли решение стать гражданами Могара, чтобы иметь возможность путешествовать по разным странам. Ввели правило – те, кто принимал решение получить гражданство другой страны, должны стать такими же, как и её жители: могар – человеком, а аталан – могаром. Это было необходимо, в том числе, и потому, что исследования подтвердили: могары могут рожать детей только от могаров. Для тех, кто хотел посетить какой-то из островов с целью туризма, обучения или командировок, никаких ограничений не было.

Днём Тару и Сирин решали важные государственные вопросы, а вечерами выходили на связь с Эйр и Раваном. Столько всего хотелось рассказать! Познакомили детей, те быстро подружились и спустя некоторое время сами, без родителей, выходили на связь и общались на аталском. Конечно, всем не терпелось увидеться вживую, но Сирин предложила не торопиться и назначить встречу месяца через два, – Эйр и Равану нужно время, чтобы побыть друг с другом и детьми, всё обсудить, успокоиться и прийти в себя. Подумав, все с ней согласились, – королева была абсолютно права.

Иногда Эйр одна уходила в кабинет, закрывала дверь и разговаривала с Тару, – они вспоминали папу, детство, бабушку, других родственников. Плакали, смеялись, смотрели старые фотографии и видео. И Раван, и дети относилась к этому с пониманием и не беспокоили её.

Эйр было очень важно узнать, что же произошло после того, как она уехала. Тару рассказал подробности гибели короля Агуана, Сеуана, то, как ей вынесли приговор, как планировали спасти. Об этих событиях он знал, в том числе, и потому, что неоднократно видел их на экране матрицы. Эйр переспрашивала, снова и снова просила рассказать об одном и том же, задавала вопросы. Сколько лет они не давали ей покоя! А теперь ответы нашлись. Некоторые её догадки подтвердились, некоторые – нет, последовательность событий выстроилась в голове. О том, что случилось с Ришаном, Тару тоже рассказал. Не ожидала Эйр этого услышать. Она представляла себе разные сценарии, но ни в одном из них Ришан не переживал из-за неё: встречался с девушками, строил планы. До тех пор, пока аталаны не уничтожили всех таронцев. А оказалось… Всё это давно осталось в прошлом, но горькая обида, как заноза, сидела в сердце: уже не мешала, не беспокоила, не болела, – но всё же она там была! А теперь можно простить. Жизнь от этого, конечно, не станет ни лучше, ни хуже, но с чистым сердцем, свободным от старых обид, конечно, жить намного легче.

В назначенный день во двор снова опустилась беспилотная летающая тарелка. Но теперь все знали, когда она прилетит, и с нетерпением