Дневник добровольца. Хроника гражданской войны. 1918–1921 - Георгий Алексеевич Орлов

большие потери, но остались на месте; Марковцы то же самое. Начался разговор у нас, что пора отходить за Перекоп и ехать на Кубань, оставив заслоны на солидных, вновь возведенных укреплениях перешейка. Действительно, красных на нас прет черт знает сколько, и всё подбавляется. Сегодня наступали, например, целые тучи пехоты и кавалерии. По сводке от 5 августа, Каховка еще не ликвидирована. На Кубани дела очень успешны: захвачены 1 бронепоезд, 4 автоброневика, 2 тяжелых орудия. Заняты станицы Бриньковская и Роговская.

6.08.1920. Вместо генерала Кельнера начальником дивизии назначен командир 1-го полка генерал Туркул. Около 9 часов мы перешли в наступление с целью восстановить положение. Справа нам должны помочь Корниловцы (они будут наступать на Н. Монталь) и Донская бригада (из дивизии Морозова), которая пойдет на Гейдельберг. Мы двинулись таким образом: 1-й полк на Фридрихсфельд, а наш и 3-й правее его, на Розенталь. Верстах в 2 от Гохштадта (прошли мимо него из Нов. Нассау) была первая позиция. Огнем нашей артиллерии была разбита на две группы кавалерия противника, шедшая из Розенталя на Фридрихсфельд. Одна группа ускакала в Розенталь, а другая в Н. Монталь. Около 11 с половиной был занят 1-м полком Фридрихсфельд, после чего мы начали продвигаться вперед.

Красная кавалерия огнем 3-х батарей была сбита с бугров у Розенталя, и после часовой перестрелки колония была занята. С этой последней позиции 4-е орудие пошло впереди с пехотой для отражения возможной атаки автоброневиков. Проходя мимо Н. Монталя, пришлось стать на позицию и еще раз пострелять по кавалерии, которая только сейчас оставила Нов. Монталь. Двинулись дальше на Андребург, в то время как 1-й полк шел на левую окраину Грюнталя. Казалось, что Андребург свободен (мы подходили к нему на расстояние 1 версты), поэтому было несколько неожиданно, когда нас встретили оттуда огнем из окопов. Через 20 минут после приличной перестрелки красные оставили колонию. Вообще последнее время они обнаглели. На окраине Андребурга стояла у них пушка и имела еще наглость стрелять, в то время как наши чуть не входили в колонию. С открытой позиции на прицеле 18 мы сбили ее. Думали сначала, что они не успели ее вывезти, но кроме одного трупа и пустых гильз на том месте ничего не нашли.

1-й полк в Грюнтале захватил около 100 пленных. Часа два мы постояли у Андребурга, после чего, когда Гейдельберг уже был занят нашей кавалерией, 3-й полк повел наступление на бугор Шанцы и занял его. Весь день сегодня ушел на восстановление положения. Первый раз мы ели только около 8 часов вечера. За день батарея потеряла ранеными: кадета Белякова, солдат: Ворону, Алексеева и Беседина, одну лошадь.

Вчера мы отходили, а Марковцы и Корниловцы оставались на местах, а сегодня мы выдвинулись, а Марковцы отошли под давлением на Михайловку, оставив Васильевку, Бурчак, а Корниловцы оставили Ниж. Куркулак. Интересно то, что когда Корниловцы, помогая нам сегодня, заняли утром Нов. Монталь, то красные, перейдя в контратаку, выбили их снова, причем Корниловцы всё время думали, что это наши «Дрозды» выбивают их оттуда, и долго не могли разобраться. Наши аэропланы приняли свою кавалерию за красных и обложили их порядком. Ранен командир бригады, командир полка и несколько всадников.

Сегодня для связи к нам приезжали Атаманцы. Атаманский и Лейб-казачий полки прибыли сюда из Севастополя и выгрузились на ст. Федоровка. На ст. Бурчак сегодня отрезан красными и захвачен наш бронепоезд «Генерал Алексеев», который после ремонта участвовал первый раз в бою.

7.08.1920. В 3 с половиной утра наша дивизия отошла из-за отхода Марковцев на Фридрихсфельд. День у нас прошел совсем спокойно. Только около 12-ти в Андребурге появились разъезды красных, пехота же их вошла туда вечером. Справа и слева от нас тоже ничего не было слышно.

По сводке от 6-го, на Кубани заняты нами станицы Брюховецкая и Тимашевская. Наступление севернее Екатеринодара успешно развивается. Это сообщение порождает слухи о том, что Екатеринодар уже занят нами. Официально об этом пока ничего не слышно.

Марковцы получили солидное подкрепление. Им временно придали 2-й Дроздовский конный полк, возвратившийся из Польши с частями Бредова. Сейчас он представляет собой пеший (из-за неимения лошадей) полк в 600 штыков. Бредовцам не удалось отдохнуть. Ими почти сразу начали пополнять наши потрепанные последними боями старые части. Дело с ликвидацией Каховки затягивается.

Говорят о возмутительном факте, выкинутом генералом Слащевым. Такую шутку можно ожидать только от такого кокаиниста и пьяницы, как он. Около 3–5-го числа II корпус, выйдя в тыл противнику, должен был занять Каховку, взорвать переправы и удерживать ее. Так и было. Слащев занял Каховку. Уже подсчитывали пленных и орудия, так как вся группа красных была отрезана. Но Слащев переправы не уничтожил и сам перешел на ту сторону. Красные шибанули его оттуда, да так, что он едва унес оттуда ноги, понеся большие потери и потеряв чуть ли не половину своей артиллерии. Красные овладели Каховкой, переправились на ту сторону, а мост закрепили за собой. Теперь они снова начали наступать оттуда. Все ли эти подробности соответствуют действительности, ручаться не могу, но что общая суть приблизительно такая, почти что можно утверждать, ссылаясь на те источники, на основании которых получены эти сведения. II корпус теперь получил генерал Витковский. Нашим корпусом будет командовать генерал Писарев. Слащев же, по приказу генерала Врангеля, вследствие расстроенного здоровья, увольняется временно на покой и получает звание Слащева-Крымского. Нам же предстоит расхлебывать эту не на шутку заварившуюся кашу.

8.08.1920. Утром стали на позицию на северной опушке колонии (Фридрихсфельд). Позиция прямо полузакрытая, а справа — совсем открытая. Первую половину дня стреляли по бронепоездам противника на очень большой дистанции. Красные починили уже взорванные нами 21 июля мосты, и сегодня на участке Марковцев сразу появилось 5 бронепоездов. После полудня против нас появились цепи, но были остановлены артиллерийским огнем. Около 16 часов красные вошли в оставленный нами еще вчера Розенталь.

Под вечер красные тремя батареями навалились на нашу батарею. Две батареи крыли с фронта (их блески были видны, и мы, стреляя одним орудием, заставляли на некоторое время замолчать поочередно то ту, то другую), а третья с фланга — из Розенталя.

Вольноопределяющемуся 4-й батареи Николаю Соколову оторвало голову на наблюдательном пункте. На батарею падало много снарядов, но, к счастью, много из них не разрывалось. Мы около полутора часов стояли под непрерывной обкладкой, после чего пришлось уйти с этой позиции примерно за полчаса до наступления темноты. Легко ранен был капитан барон Майдель, контужен шт. — кап.