Эффект тёмной материи - Qrasik

будет провернуть то же самое для обработки больших массивов текстов, но это ещё не скоро: нужно посидеть, повспоминать алгоритмы. А для всего этого требуется тихое место, много свободного времени и, желательно, поменьше стресса — ну, как минимум, чтобы в округе не бегали турианцы.

А на третий день после моего освобождения из СБЦ ребром встал вопрос дальнейших действий. Сидение на месте проедало деньги, и, хоть их было не слишком много, я бы, наверное, смог дотянуть до приезда человеческого посольства. Однако чем больше материалов про людей я изучал, тем с меньшим энтузиазмом смотрел на эту перспективу.

На Земле всё ещё двадцать второй век, но ничего невообразимого я там не найду. Да и, как оказалось, с языком будет проблемка. Тот странный диалект, который я поначалу принял за французский, — на самом деле международный «синтетический» язык. Он, конечно, был регулярным, без всяких безумных лингвистических кульбитов; его легко выговаривать, к тому же это был язык из серии «как слышится — так и пишется». Словом, очень удобно и достаточно просто. Но его там знают, если не все, то очень многие. Скорее всего, я этим языком тоже владел: по крайней мере, в памяти всплывает образ, где этот мальчишка что-то на нём лопотал.

Боюсь, что если я вдруг забуду такой важный пласт информации, это станет одним из гвоздей в крышку моего гроба. Как это ни смешно, но мне сейчас проще тусоваться с «синими пацанками» и делать вид, что я с огромным интересом изучаю их культуру. С другой стороны, там и в самом деле есть на что посмотреть. Как говорится, были бы деньги.

**

Я вроде бы говорил про деньги? Так вот, забудьте. Куда важнее связи. Нет, наличие капитала, конечно, может дать и их, а в идеале — хорошо бы иметь и то, и другое. Но раз с деньгами возникла небольшая напряжёнка, я не побрезговал довольно неожиданным предложением.

Мне позвонила Васса — мать той девчонки, с которой мы запилили недавний стрим. Она выдвинула любопытную идею: школа, в которой учится её дочь, устраивала день открытых дверей. Если проще, программа была стандартной: школа обеспечивает движуху, дети развлекаются, а родители смотрят на происходящее и заодно общаются между собой.

В целом ничего особенного, но, учитывая специфику, на мероприятии ожидалось немало полезных разумных. Собственно, с одной такой знакомой Васса и предлагала мне встретиться. Как я понял, речь шла о матроне, у которой подрастали две дочери: младшая — совсем ещё мелкая, как раз училась в той самой школе, а старшая, уже на этапе девы, по понятным причинам моталась по пространству Цитадели с отрядом приятельниц. По сути — самый обычный независимый наёмный отряд. Таких, как я знал, в секторе полно: пруд пруди.

Признаться, я без понятия, на что можно рассчитывать в подобной компании, биотикой я не обладал и мог разве что из пистолета пострелять, но, может быть, хотя бы в роли балласта повозят? Заниматься-то всё равно нечем. Для своего дела нет денег, а для работы — нет верифицированных местными навыков. Но тем эта встреча и была интересна: не только они должны были присматриваться ко мне, но и я — к ним. Да и, как кричала мелкая азари из-за плеча матери: «Всё равно приходи, будет весело!»

Прикинув ситуацию так и этак, я был вынужден признать, что смысла отказываться нет — хотя бы потому, что на мероприятии обещали тот самый фруктовый чай и печеньки. Как выяснилось, его выращивают на почвах, где нет ни единого следа нулевого элемента, который безнадёжно портит вкус. Так что это был не только статус, но ещё и безопасный, чёртовски вкусный напиток лично для меня. Ну и, что греха таить, было любопытно глянуть, чему и как учат инопланетных детишек. В конце концов, я и сам мог стать школьным учителем. Но так уж вышло, что удачно откосил, хотя вообще‑то реально хотел в эту профессию податься. Есть такой факт в биографии.

Школа у инопланетян оказалась на удивление прозаичной. Чуть больше футуристичной техники, чуть более необычно обставленные классы — всё в пределах ожидаемого. По крайней мере, никаких капсул для гипнообучения я так и не обнаружил. Как ни странно, правду говорили: лучше живого учителя ничего ещё не придумали.

О мероприятии тоже не могу сказать ничего плохого — впрочем, как и хорошего. Было скучно: я-то ни разу не заботливый родитель. Поэтому, когда первичный ажиотаж улёгся, я начал откровенно тосковать. К счастью, мелкая азари, что сопровождала меня и всячески демонстрировала свою крутость в духе «завидуйте, все», тоже заскучала и принялась искать способы развлечься. В общем, у меня были все шансы остаться в одиночестве где-нибудь за столиком в кафетерии, но случай помог попробовать кое-что новое.

Уточню диспозицию: когда я заходил на территорию учебного заведения, меня, как и остальных, просветили охранники школьной СБ — всё‑таки школа была не из простых. И тут я чисто случайно узнал, что в «чистом» виде инструментроны мало кто использует. Большинство предпочитает импланты, чаще всего в глазах — это самый простой и надёжный вариант. Собственно, этим и объясняется, почему редко кто включает на инструментроне его довольно убогий голографический экран. В конце концов, по умолчанию он вообще монохромный, а в цвете работает далеко не каждая модель.

Оказалось, почти у всех местных есть встроенный монитор: кто-то использует его в работе, кто-то — в быту. А те азари, что ввязались в наёмничество, вообще превращают его в прицел и тактическую карту. В общем, «зоркий сокол» в моём лице узнал много нового… И как такая информация могла проскользнуть мимо моего внимания?

Так, на чём я остановился? Ах да, импланты. Как оказалось, стоят они не у всех детей. Кто-то пользовался чем-то вроде визоров (помню такие у Гарруса Вакариана), кто-то — прочими носимыми устройствами. В общем, всяк мутил по-своему. Но, что важнее, большинство ребят не могли использовать дронов и роботов без пульта ручного управления.

Да—да, здесь была целая зона с тем, что я называл «радиоуправляемыми игрушками». По факту, как выяснилось позже, это демилитаризованные дроны, которыми любой желающий мог поуправлять ради забавы. В целом, если не приглядываться, они напоминали FPV-квадрокоптеры, только вместо пропеллеров — какая-то шняга на нулевом элементе. Самое главное — работали они достаточно тихо.