Без пяти полночь… - Лазарь

К этому времени наш разговор, который иногда приобретал угрожающие нотки, привлёк внимание всей столовой. Если с моего потока были слегка завистливые, но в основном любопытные взгляды, то со стороны друзей девушки росло раздражение и возмущение. Очень они не одобряли её общение со мной.

— Что тебе смешного? — очень тихо и почти прошипела Воронцова.

— Да всё, — пожал плечами, — мне нет дела до тебя. Встреч с тобой не искал, в друзья не набивался и поддерживать контакты желанием не горю. Это ты постоянно крутишься рядом, даже напарником стала. Потому лучше следи за собой.

— Да ты охренел совсем⁈

— Да, да, я во всём виноват.

— Кира, он чем-то тебя обидел? — прозвучал вопрос от одного из пары парней с золотого потока, что долго за нами наблюдали, а потом решили подойти.

Один из двоих, Михаил Воронов, клан его семьи — владельцы заводов, пароходов и так далее. Так вот, он давно уже был в категории ухажёров Воронцовой, девчонка довольно популярна, и всячески пытался привлечь её внимание, заслужить одобрение и расположение. Жалкое зрелище.

— Всё нормально, — выдохнула девушка, — мы просто обсуждаем рабочие вопросы, прошу вас не мешать.

— Со стороны это выглядит немного иначе…

— Скройся, убогий, — выложил на стол удостоверение контроля, — или считаешь себя неприкасаемым?

Воронцова выложила такие же корочки, после чего посмотрела на парней:

— Морозов — мой коллега и напарник, а потому вы пытаетесь вмешаться в беседу двух сотрудников Б. К. Р. Вам это правда надо?

Контроль уважают и боятся. Кланы хорошо знают, на что те способны, а потому своим детям с малолетства вдалбливают, что конфликт с бюро им нужен в самую последнюю очередь. Были случаи, когда члены клана забывали об этом, и почти всегда их сдавали свои же.

Этих двоих воспитали хорошо, а потому они без слова развернулись на месте и потопали к своему столику, притом среди их круга общения для них это не было ударом по репутации. Все прекрасно понимали, что на любую силу всегда найдётся другая сила.

— Не надо было так светить свою принадлежность к Б. К. Р., — сказала девушка, убирая свои корочки.

— Заинтересованные и так знают, — ответил ей, — а так хоть какая-то польза мне от такой работы.

— Тебе очень неплохо платят, — сделала она, в общем-то, справедливое замечание.

— Это слабая мотивация, чтобы попадать в такую жопу, как в прошлый раз, а потом ещё и на нарах куковать из-за того, что не повезло с напарником.

— Ой, да подумаешь, папа немного рассердился. Не смертельно же, а я, между прочим, честно переживала за твоё здоровье тогда и искренне обрадовалась, когда увидела живым.

— Больше не переживай, не надо, — проникновенно сказал ей, — а то могу в следующий раз не пережить.

— Даю честное и благородное слово, — торжественно произнесла девушка, даже руку подняла согласно традиции, — будешь умирать на моих глазах, отреагирую спокойно.

— Чудненько, — кивнул на это, а потом одним махом допил компот.

Кира от меня не отстала и закинула в рот свой салатик, быстро прожевала, всё запила и выжидающе уставилась на меня, словно я должен был что-то спросить или, наоборот, рассказать.

— Рассказывай. По-другому от неё не отделаться.

— Я знала, что ты догадаешься, — довольно улыбнулась блондинка, — а потому можешь начинать хвалить меня прямо сейчас. — Она сделала паузу, но не дождалась и продолжила: — Я договорилась, чтобы нас включили в группу, которая расследует серию убийств по столице.

— Тут постоянно кого-то убивают. При чём тут контролёры? — заинтересовался я.

— Это да, но в этом случае не всё так просто. Убитых всего двое, но никто не знает, каким образом. Представляешь? — Она была просто в восторге. — Это всяко лучше, чем расхлёбывать последствия каких-нибудь поводырей.

— Мне, вообще-то, неделю обещали не трогать, — охладил её пыл, — но я понимаю, что тебе плевать на это. Потому желательно услышать подробности.

— Правильно, потом отдохнёшь. — Кивнула она. — Короче, первым убили одного важного человека, вторым был простой банковский служащий. Первого задушили, а второй поскользнулся на переходе и в этот момент был сбит машиной, которая скрылась с места.

— С ума сойти, сплошные загадки. Специально добавил иронии в голос. Надо же как-то отделаться от такого счастья. Неделя отдыха ещё не растворилась на горизонте окончательно.

— Всего я тебе сейчас рассказать не могу, просто не знаю, только завтра с утра мы должны быть в конторе, где Кирилл Петрович введёт нас в курс дела.

— Зашибись. Потом глянул на улыбающуюся блондинку: — Воронцова, когда-нибудь я тебе отомщу. Честно!

— Или влюбишься, а я тебя отвергну и разобью сердце. После чего показала язык и засмеялась довольно.

* * *

Это был небольшой бар на окраине столицы в одном из тех районов, про который говорят, что ночью там, переходя дорогу, рискуешь быть ограбленным несколько раз, притом разными хулиганами.

Промышленные зоны, предприятия и однотипные многоквартирные дома, в которых жили рабочие с этих предприятий, вносило свою специфику, с которой в разное время пытались бороться многие, начиная от глав города до полицейских чиновников. Только всё было бесполезно, по причине того, что сами местные жители не очень-то и хотели жить по-другому.

Так что же бар? На удивление довольно чистое, опрятное заведение, в котором явно тяготели к байкерской тематике, подавали хорошее пиво и неплохую еду. За порядком же следили парочка слабеньких сверхов, но главное, что не позволяло отдыхающим разгуляться, а потом разнести тут всё в пьяном угаре, было дальнее родство владельца с одной известной фамилией.

— Чем можешь порадовать, Гриша?

Двое мужчин сидели в кабинете владельца бара, но это было нормально, так как один из них хозяином как раз и являлся.

Григорий Демидов. Крупный мужчина шестидесяти лет, с короткой причёской густых жёстких волос, что обильно были тронуты сединой, и несколькими шрамами на лице, которые намекали на бурное прошлое. Одет он был в простые брюки и клетчатую рубашку с закатанными по локоть рукавами.

Его собеседник был моложе и одет так, словно он не в захолустном баре, а как минимум в ресторане или на светском приёме. Один костюм этого франта мог стоить вполовину, а может и больше, всего заведения, где он сейчас сидит.

— Затем, чтобы кто-то тебя радовал,