Отставникъ. Встать на ноги - Константин Геннадьевич Борисов-Назимов

— Это правильно, — покивал Аристарх Григорьевич. — Что ж, пора и честь знать, позвольте откланяться.

— Я тоже пойду, — поднялся со своего места Статкевич.

После ухода гостей, я даже задумался, а не следует ли и госпоже Холодной преподнести смесь вранья и правды, чтобы та не так сильно озадачивалась моим поведением и нестандартной реакцией. Конечно, за собой слежу и контролирую поступки, но, нет-нет, да и проскочит какая-то привычка из моей прошлой жизни. В общем-то и перед Настей следует приоткрыться. А то как-то будет неправильно, что Аристарх Георгиевич в курсе, а та, которая меня выхаживала, об этом ни сном, ни духом. Если же разобраться, то правду они все равно не узнают о моей прошлой жизни. Мои размышления отвлек звонок в дверь.

— Забыли что-то? — удивился я, подумав, что недавние гости вернулись.

Однако, дар сообщил, что визитеров следует опасаться. Подошел к комоду, достал револьвер, убедился, что тот заряжен. И только после этого направился в коридор. Делать вид, что никого нет дома не собираюсь, давно уже ничего и никого не боюсь.

Глава 5

СЛОЖНЫЙ ДЕНЬ

Глава 5. СЛОЖНЫЙ ДЕНЬ

Намерения у подчиненных моего недавнего пациента, коим являлся полковник, совершенно однозначные. Штабс-капитан и подполковник пришли не отблагодарить за спасение командира. Собираются его приказ выполнить и отнять у меня амулет генерала. Вот вам и благородство!

— Что желаете? Чай, водку, потанцуем⁈ — отворив дверь и держа перед собой револьвер, поинтересовался я.

— Михаил Юрьевич, вы же разумный человек, — усмехнулся Вениамин Генрихович. — Зачем доводить до крайностей?

— Да-да, господин Голицын, не забывайте, что вы поручик и обязаны подчиняться старшим по званию, — поддержал своего товарища Яков Вильгельмович.

— С чего бы? — посмотрел я на подполковника. — Забыли, что вышел в отставку и теперь сугубо гражданский? Не доводите до греха, не заставляйте обороняться.

— Жаль, — вздохнул штабс-капитан.

Вот честное слово, не успел понять, а меня силовая волна ударила в грудь и швырнула внутрь квартиры. Даже выстрелить не успел. Еще и о стену приложило так, что перед глазами черные мошки полетели, а изображение двоиться началось. Но сознание не потерял, а именно на это рассчитывали господа офицеры. Впрочем, какие они господа, раз так действуют? Обычные бандиты или одаренные, которым никто не указ.

— Позвольте ваш револьверчик, — усмехнулся Ардеев и стал из моей руки оружие вытаскивать.

— Штабс-капитан, а вы не переусердствовали? — поинтересовался подполковник. — Поручик не сильно травмирован?

Пытаются разыграть плохого и хорошего полицейского? Старо как мир! Правда, на многих действует и по сей день, хотя о таком приеме даже глухой слышал. Делаю вид, что потерял ориентацию, хотя это близко к истине, если честно. Зато внутри злость на самого себя поднимается. Где моя осторожность и куда подевался мгновенный анализ ситуации? Если разобраться, то все закономерно и интуиция об этом подсказывала. Так почему расслабился? Ничего, отыграюсь, визитеры чувствуют себя хозяевами положения им и в голову не придет, что готов дать отпор. А парочку потоков уже почти подготовил и дар их насыщает энергией.

— Вы кто такие? — интересуюсь, а потом продолжаю: — Где это я? Почему не в окопе в Галиции? Что, черт возьми, происходит? — осматриваю свою одежду и восклицаю: — Почему на мне не форма? Господа офицеры, что происходит-то⁈

Ардеев даже рот приоткрыл, похоже, сыграл я неплохо.

— Штабс-капитан, вы чем его приложили? — раздраженно и как-то растерянно прошипел подполковник.

— Да, ничего такого убойного, стандартным… — начал оправдываться Вениамин Генрихович, но договорить не успел, ответочка от меня прилетела.

Заключалась она в том, что вокруг офицеров образовались сферы, в которых нет ни грамма кислорода. Дыхание у одаренных сбилось, они глаза выпучили, но еще и от того, что вход пустил не только кулаки, но и ноги. Да, бил не как благородный, сериями по печени, почкам и завершающий в пах. Зато удержался и ни одного удара по лицу не нанес. Правда, сил после такой атаки не осталось, но это и понятно, задействовал свой дар. А вообще, все произошло секунд за десять. Господа офицеры и понять-то ничего не смогли, рухнули на пол и только воздух судорожно в себя втягивают.

— Ой, простите, перестарался, — производя обыск и забирая себе оружие, произнес я.

— Поручик, за такое и под суд чести угодите, — прохрипел подполковник, приходя в себя.

— Только после вас, — усмехнулся я. — Напомнить, кто первый начал? Или следовало подставить вторую щеку и смиренно ждать, когда соизволите меня жизни лишить?

— Да никто не собирался вас убивать и даже калечить, — пробормотал штабс-капитан, которому от меня перепало значительно больше, чем его старшему товарищу.

— Простите, но в ваших словах сомневаюсь, — хмыкнул я. — Вижу, что почти восстановились, вставайте и проходите в гостиную, поговорим, — качнул револьверами, которые держу в двух руках и предупредил: — Нервы подняли, так что не вздумайте дергаться и делать резких движений. На таком расстоянии ни один щит не спасет.

Насчет последнего утверждения не уверен, боевые навыки, основанные на сверхспособностях плохо освоил. Да, тренировался, особенно, когда в родовом поместье находился. Кое-что получалось и даже придумал новые удары, хотя, их уже и до меня могли открыть и вовсю использовать. Правда, не приходилось о таком слышать, чтобы тот же огненный шар, выпущенный во врага набирал мощь во время полета. Увы, в замкнутом пространстве его не применить. Но над пассивной защитой предстоит поработать. Ведь ждал подлянки и создал поток, который должен был предотвратить атаку штабс-капитана. Банально не успел активировать щит. Почему так произошло еще предстоит разобраться. Скорее всего из-за близкой дистанции и того, что подспудно рассчитывал на благодарность господ офицеров за спасение их командира.

— Честно говоря, не ожидал такого вероломства, после того как помог полковнику, — покачал я головой, когда Ардеев и Гущин заняли по моему указанию два стула.

— Это не связанные события, — буркнул подполковник, чуть поморщившись.

Ага, он испытывает болезненные ощущения в тех местах, куда его кулаками приложил. И, да, в руки и ноги я частичку силы из дара вложил. Им еще повезло, что большая часть энергии ушла на мое восстановление, а только остаток в создание обезвоздушенных контуров вокруг них. А то бы точно потребовалась медицинская помощь!