Приключения в Империи - Ольга Корлан

я никогда бы и не узнала об этом, если бы посланец не настаивал на личной встрече со мной, ссылаясь при этом на указания самого Великого Друида. Я заподозрила неладное уже в тот момент, когда горничная тетушки вместо хлеба и воды — моего единственного рациона на протяжении вот уже нескольких месяцев — принесла новое платье из красивой и дорогой ткани и крайне вежливо сообщила, что госпожа Рикк просит меня оказать ей честь и спуститься сегодня к обеду.

Я удивилась, но и не подумала возражать. Мне до смерти надоело сидеть в пустой комнате с ободранными стенами, хотелось размять ноги и хоть на миг почувствовать себя свободной. Даже присутствие тетушки и Элизабет не могло омрачить мое ликование. Внизу, помимо членов семьи, находился молодой человек лет двадцати пяти, который представился как Алишер — ученик, а ныне и посланник Великого Саркскрина.

Я вспомнила, что девять лет назад именно этот человек приезжал от деда с соболезнованиями по поводу кончины моих родителей. Именно благодаря ему я знала, что они живы. У меня появилась надежда.

— Леди Корлан! — торжественно начал он. — Великий Друид, мой учитель и господин, возложил на меня ответственную миссию. Он пожелал узнать о жизни своей единственной правнучки в доме сестры его внучки — госпожи Элиз Рикк — и ее мужа, господина Гольяна. Он…

— К чему эти формальности! — бесцеремонно перебила его тетушка Элиз. — Моя племянница ни в чем не знает отказа, разве не так, дорогая?

Она предупреждающе посмотрела на меня: мол, только заикнись, что тебе что-то не по душе — пожалеешь! Но я слишком долго терпела дурное обращение и теперь в меня словно вселился бесенок. Ма-а-аленький такой, с хвостиком, копытцами и рожками.

— Разумеется, тетушка! — закивала я. — Ко мне так хорошо относятся, и я имею все, чего только моя ненасытная душа пожелает. Знаете, — обратилась я к послу, — у меня такая чудесная комната. Даже у Элизабет такой нет! А ведь она — дочь хозяев дома! Хотите посмотреть? Пойдемте, уверяю вас, что такого вы еще никогда не видели!

С этими словами я потянула гостя за собой, с удовольствием наблюдая, как побледнело лицо тетки. Надо отдать ей должное: она довольно быстро соерентировалась в создавшейся ситуации и нашла выход.

— Генриетта! — Подозвала она служанку, — покажи нашему гостю комнату леди Корлан. И смотри не перепутай! Третья справа по коридору.

— Ну что вы, тетушка! — моему ехидству не было предела. — я сама с огромным удовольствием провожу посланца моего деда. К тому же, — добавила я, забавляясь, — моя комната вовсе не третья по коридору, а единственная на третьем этаже. (кажется, раньше я уже упоминала, что на третьем этаже дома госпожи Рикк размещались комнаты слуг — и моя…).

— Леди Корлан, я бесконечно благодарен вам за приглашение, но мне кажется, что это будет несколько неприлично — появиться в комнате незамужней молодой леди и… — к радости тетушки Элиз гонец деда смешался и замолчал.

— Алишер, несомненно, прав, дорогая! — тетушка праздновала победу, на ее ухоженном лице появилась торжествующая улыбка. Но я не собиралась так легко сдавать позиции.

— Ну а я с этим не согласна! Ведь мы с господином Алишером будем не одни, нас сопроводит Генриетта и значит — все приличия будут соблюдены! К тому же я уверена, что наш гость ни за что не захочет оскорбить внучку своего учителя, ведь верно?

— Разумеется, леди Корлан. Но зачем вам так уж нужно, чтобы я побывал в вашей комнате? Знаете, если Великий Саркскрин узнает об этом… не думаю, что ему понравится…

«Не думаю, не думаю!» — мысленно передразнила я его — «интересно, а он вообще думать умеет? К тому же у меня нет выхода: если я сейчас соглашусь с ними, то тетка при первой же возможности запрячет меня куда-нибудь, откуда и носу не высунуть. Тогда все мои старания будут Рыку под хвост! Не пойдет!».

И, вооружившись этими грозными мыслями, я нетерпеливо потянула дедова гонца за широкий вышитый рукав. Естественно, что в этой ситуации ему не осталось ничего кроме как последовать за мной.

— Леди Корлан! Мне будет очень неприятно сообщать моему господину, что его ближайшая родственница ведет себя неподобающим образом, но мне просто придется это сделать — не умею лгать, тем более ему!

— Неужели вам так не по душе моя откровенность? — поинтересовалась я. — возможно, я вела себя несколько невежливо, не спорю. Но уверяю вас, у меня не было выбора.

— Нет-нет, Генриетта! — воскликнула я. — Нам не туда! Моя комната этажом выше, разве ты забыла?

Генриетта, попытавшаяся свернуть к комнате Элизабет (а это именно ее рекомендовала показать гостю моя тетка), недовольно заворчала себе под нос, но все же свернула в правильном направлении.

— А вот и моя комната! — с деланной радостью воскликнула я, распахивая дверь в свое пустое жилище. — Вам нравится, господин Алишер? Что с вами? Что-то не так? Разве я вам не говорила, что подобного вы никогда не видели? Какая красота, какое богатство! Вы что же, не согласны со мной? — поинтересовалась я, заметив, что мой спутник находится в состоянии шока и недоверия.

— Леди… у меня нет слов — такая хорошая шутка! Может быть, теперь мы вернемся к вашим сестре и тете?

Я уже была готова взорваться, но от этого меня спасла пожилая женщина, некогда служившая нянькой тетушки Элиз, да так и оставшаяся в доме. Она нередко подкармливала меня, принося еду вечерами, когда дом затихал, и ее никто не мог видеть. Нянюшка София стала мне добрым другом, но на все мои просьбы выпустить меня из этого заточения и позволить бежать я неизменно получала отказ.

Впрочем, я не могла винить добрую женщину: она целиком зависела от своей бывшей воспитанницы. Семьи у нее не было, как не было и дома, который она могла бы назвать своим. И приди в голову тетушки Элиз, что ее старая нянька мешает ей — она незамедлительно оказалась бы на улице без каких-либо средств к существованию. Но на этот раз она не побоялась вступиться за меня.

У нянюшки Софии был на удивление легкий шаг, и я вздрогнула, заслышав ее голос. Но когда я услышала слова пожилой женщины, мое сердце запело от радости.

— Это не розыгрыш, молодой господин, — сказала она. — Маленькая леди Корлан и в самом деле живет здесь. Моя хозяйка зла на сестру за давнюю историю и когда появился шанс — отыгралась на дочери.

— Но почему вы ни с кем не связались, госпожа? — спросил меня Алишер. — почему не