Я стал бессмертным в мире смертных - Let me laugh

— Пустяки, не стоит и упоминания. Но от твоих слов мне стало спокойнее. Если бы речь шла только о гениях разных династий, я бы не беспокоился, но теперь, когда в дело вмешались великие мастера старшего поколения, в Тайном Царстве Падающих Небес может стать жарковато.

Фан Ван кивнул и что-то небрежно ответил.

Он уже заждался.

Никакая слава, никакие сокровища не могли сравниться для него с Истинным Искусством Святого Тела Тяньган! Чем дольше он ждал, тем сильнее предвкушал момент, когда соберёт воедино все три великих истинных искусства.

Время шло.

Ху Посе и Ян Цзиньэр продолжали лениво переговариваться, но их интерес к беседе угасал — они, как и Фан Ван, с нетерпением ждали открытия.

Таинственный бой барабанов не смолкал, разносясь эхом над обоими берегами реки.

Спустя полчаса со стороны резиденции городского главы прилетело несколько десятков фигур. Возглавлял их человек, от которого исходила мощная аура — по ощущениям Фан Вана, он находился на четвертом или пятом уровне Царства Концентрации Духа и был сильнейшим в этой группе.

По обрывкам разговоров в толпе Фан Ван понял, кто это.

Владелец города, Ху Помо!

Как только Ху Помо появился, Ху Посе замолчал, а его взгляд, устремленный на главу города, стал крайне недовольным.

Ху Помо завис в воздухе над рекой Вэйхэ, а сопровождавшие его практики выстроились позади него.

— Друзья, практики семи династий! До открытия Тайного Царства Падающих Небес осталось время горения одной ароматической палочки. Я — Ху Помо, владелец Города Чжуйтянь, и я руковожу нынешним походом.

Голос Ху Помо был зычным и властным, подобно львиному рыку.

— Поскольку в этот раз тайное царство впервые открыто для других шести династий, я, дабы нерушима была дружба между нашими народами, взял на себя смелость установить несколько правил.

Услышав о правилах, большинство практиков лишь презрительно хмыкнули.

Это была старая игра: на словах всё делалось ради общего блага, а на деле — чтобы снять с себя ответственность. Ху Помо устанавливал правила заранее, чтобы в случае чьей-то смерти Город Чжуйтянь остался ни при чём. Потом он всегда сможет сказать, что жертв было слишком много и городские власти не могли уследить за всем.

Фан Ван слушал: правила были почти такими же, как при исследовании Обители Великого Мудреца.

Суть сводилась к одному: что бы ни случилось внутри, нельзя выносить вражду наружу, а борьба за сокровища зависит только от личной силы.

Закончив с правилами, Ху Помо начал рассказывать о самом тайном царстве.

Время пролетело быстро.

Внезапно воды реки у края обрыва вспыхнули семицветным сиянием. Ху Помо громко провозгласил:

— Друзья, следуйте за мной!

Почти сто тысяч практиков одновременно поднялись в воздух — неописуемое по своей масштабности зрелище. Люди добровольно выстроились вслед за Ху Помо и его свитой, направляясь к Водопаду Падающих Небес.

Спускаясь вдоль обрыва, они увидели, как в средней части водопада разгорается ослепительное семицветное сияние.

Ху Помо первым нырнул в поток воды, и остальные практики, словно косяк рыб, устремились за ним.

Пролетая в толпе, Фан Ван почувствовал, как из Тайного Царства Падающих Небес хлынула мощная волна духовной энергии.

Эта энергия была чище той, что он поглощал в башне для медитаций или в Секте Великого Океана. Даже простое ощущение её присутствия придало ему сил. Не только он, но и другие практики почувствовали то же самое и начали ускоряться.

Глава 109. Превосходя Великого Мудреца, Меч-Наставник Великой Чу

Фан Ван вместе с другими практиками нырнул в водопад. Сяо Цзы в его руках мелко дрожал — то ли от страха, то ли от возбуждения.

Пробив толщу воды, Фан Ван зажмурился от яркого света. Знакомое чувство охватило его: тело онемело, глаза не открывались, а божественное чувство не могло пробиться наружу.

Спустя три вдоха чувства вернулись. Фан Ван тут же открыл глаза и увидел над собой бескрайнее голубое небо, а вокруг — мириады фигур практиков. В отличие от Пещеры Великого Мудреца, здесь они не были разбросаны по разным местам, а оказались в одной точке.

Оглянувшись, Фан Ван заметил в вышине сияющее семицветное марево, похожее на вход в пещеру, из которого непрерывным потоком вылетали люди. Лишь мельком взглянув на него, он тут же встал на меч и устремился вдаль. В мгновение ока он исчез за горизонтом.

Тайное Царство Падших Небес представляло собой отдельный мир: зеленые горы, чистые реки, лазурное небо и яркое солнце в зените. Фан Ван летел, сверяясь с картой. Сяо Цзы взобрался ему на плечо, а из Тыквы, Пожирающей Души, вынырнул Чжао Чжэнь. Здесь, в Тайном Царстве, призраку не нужно было прятаться — опасность могла подстерегать на каждом шагу.

— На этой карте отмечен только вход в Тайное Царство, — пробормотал Фан Ван. — Но оно такое огромное... где же искать?

Чжао Чжэнь наклонился, тоже изучая карту. Сяо Цзы озадаченно склонил голову.

— В этой карте наверняка есть секрет. Она не может просто указывать путь к водопаду. Нужно осмотреться, может, что и обнаружим, — задумчиво произнес Чжао Чжэнь.

Фан Ван был того же мнения. Он бросил взгляд на Сяо Цзы. Змей, поняв без слов, спрыгнул и увеличился в размерах. Фан Ван убрал меч в пространственный мешок и уселся на голову змея, внимательно изучая ландшафт.

Грохот!

Раздался шум взрыва. Фан Ван посмотрел в сторону: в десяти ли слева была снесена верхушка горы, поднялись клубы пыли. Двое меченосцев атаковали третьего практика.

«Надо же, только вошли, а уже дерутся. Старые счеты?»

Фан Ван лишь мельком взглянул на них. Это были не ученики Секты Великого Океана, так что вмешиваться он не стал. Сяо Цзы прибавил ходу. Его десятиметровое тело выглядело внушительно, а окутывающая его густая демоническая аура ясно давала понять: с этим существом лучше не связываться. Встречные практики, завидев их, спешили уступить дорогу.

Прошло два часа. Тайное Царство казалось бесконечным: реки сменялись хребтами, хотя лесов было немного.

— Я понял! — вдруг воскликнул Чжао Чжэнь, его лицо просияло.

Фан Ван с надеждой посмотрел на него. Чжао Чжэнь указал на карту:

— Это одновременно карта и внешнего мира, и внутреннего! Ландшафт Тайного Царства в точности повторяет внешний мир, только реки и леса другие. Я с детства изучал карты и макеты империи, я знаю каждую пядь земли Великой Ци. Местность вокруг нас точь-в-точь как на границе Великой Ци.

Фан Ван посмотрел вдаль. После слов Чжао Чжэня сходство действительно стало очевидным. Сам он, конечно, не мог помнить все горы и