Ренард. Цепной пёс инквизиции - Дмитрий Шатров

А на глубине Вилона бурлила и вскипала волнами. Твари с противным визгом наседали на отроков, те отбивались как могли. Но в основном, конечно, ломились из воды с истошными воплями и выпученными от страха глазами. Лишь немногие сохранили твёрдость духа и помогали товарищам. Хватали тех за руки, за ноги и даже тащили за волосы, пытаясь освободить из цепких объятий. Мокрая кожа скользила, оставляя их попытки бесплодными, а мерзкие гадины пускали в ход когти и зубы, в намерении удержать и утопить добычу.

На стене протрубил горн, встревоженные крики добавили сумбура в общую суматоху. Хлопнуло, свистнуло, воду рядом с толпой пронзил арбалетный болт. Ещё один. И ещё...

- Олухи тупоголовые! Вы так всех щенков перебьёте! — на ходу обернулся Реми и погрозил вверх кулаком.

Неизвестно, услышали его или нет, но обстрел прекратили. И бог весть, чем бы закончилась заварушка, если бы не сержанты. Речные твари не стали дожидаться подготовленных и хорошо вооружённых бойцов, злобно фыркнули напоследок и скрылись в толще воды.

У подножья стены затопали сапоги, загромыхали доспехи, послышались приглушённые голоса, и вскоре на пляж спустился дежурный отряд стражи. Но помощь уже не требовалась — воины подоспели к шапочному разбору. Ну а поскольку других приказов не поступало, они рассредоточились на берегу и, оперевшись на пики, принялись наблюдать за развитием событий.

Новобранцы по одному и целыми группами покидали негостеприимную речку и собирались на пляже голозадой толпой, стыдливо прикрывая срам руками. Из многочисленных укусов сочилась кровь, перемешивалась с водой и стекала по обнажённым телам на жёлтый песок. Спины и плечи исчертили глубокие следы от когтей.

Ренард хоть физически и не пострадал, но чувствовал себя очень паскудно. На душе было тошно, поедом грыз необъяснимый стыд и чувство вины. И это притом что на него меньше всех подействовали колдовские чары. Каково же сейчас остальным — трудно даже представить. Отроки действительно выглядели, словно не совсем отошли от затяжной хворобы — взоры потухли, пальцы мелко дрожали, зубы выбивали частую дробь.

- Построиться! — раздражённо рявкнул Леджер, выходя из Вилоны.

С него текло, как с коровы, борода слиплась в колтун, в сапогах громко хлюпало. Он упал на песок и задрал в небо обе ноги, избавляясь от воды. Рядом рухнул Реми с тем же движением.

Новобранцы едва успели образовать подобие строя, когда подоспел старший наставник. За ним спешил Брис и, кто бы подумал, Пухлый. Живой и здоровый, но с грустными глазами и осунувшимся лицом. Переживал, наверное, за вчерашнее, а может, сильно влетело.

- Хороши, — тяжело протянул Дидье и одарил таким же тяжёлым взглядом сержантов. — Леджер, Реми, как вы могли допустить? Ладно, эти… щенки. Но вы-то битые волки.

«Битые волки» ссутулились, словно провинившиеся псы, мало что хвосты не поджали. Случайное сравнение заставило Ренарда улыбнуться, но хорошего настроения не вернуло. Нечему радоваться, потому что было. Наставник не стал сразу орать и придумывать кары небесные, но это не означало, что происшествие останется без последствий. Причём для всех без исключения.

Понимали это и сержанты.

- Да что там говорить… Виноваты, — печально вздохнул Леджер, взмахнул рукой и потупился.

- Кого недосчитались? — хмуро спросил Дидье.

- Не смотрели ещё, — ответил Реми.

- Так, какого лешего, ждёте? Особое приглашение нужно?! — грозно прикрикнул старший наставник, и сержанты сорвались с места. Все трое, причём.

Брис согнал в кучу «стражников», Реми считал по головам «воинов» из простолюдинов, Леджер перебирал аристократов по одному, благо тех было немного. Недосчитались Конопатого и двоих из «стражников». Ещё один оказался сильно покусан и едва держался на ногах.

«Непонятно только отчего, крови вроде немного потерял. Яд? Или тёмная магия?»

От размышлений Ренарда отвлекла новая команда наставника.

- Жирдяй, — подозвал тот Пухлого и показал пальцем на покусанного неофита, чтобы незадачливый переросток ничего не перепутал, — отведи его к лекарю, ты знаешь куда, потом возвращайся. Остальные…

Закончить он не успел. По косогору чуть ли не кубарем скатился взъерошенный отец Нихаэль и, толком не отдышавшись, тут же насел на Дидье.

- Кто-нибудь объяснит мне, что случилось?! Как, а главное, кто допустил рассадник запретной нечисти в пределах обители Божьей?! — инквизитор брызгал слюной, подпрыгивал и требовательно стучал слабым пальчиком в стальной нагрудник гиганта. — Я привлеку Святое Дознание, дойду до самого верха, но виновный за это ответит! Вы слышите? Ответит! На этих отроков Инквизиция возлагает очень большие надежды и каждый из них на вес золота!

Дидье посмотрел на «золотых» отроков, презрительно сплюнул себе под ноги и отодвинул клирика мощной дланью. Тот упирался, сопротивлялся изо всех сил, но куда там… Оставив на жёлтом песке две глубокие борозды, он оказался на расстоянии вытянутой руки от наставника.

- Ты пыл-то поумерь, святой отец, — с угрозой прогудел тот. — Я, ить, человек простой, могу и двинуть ненароком. А ты потом костей не соберёшь. И ничего я тебе объяснять не собираюсь, сами как-нибудь разберёмся, без твоего пригляда.

- Ты… Вы… Да как вы смеете поднимать руку на служителя Триединого?!

Отец Нихаэль побагровел от праведного гнева, но подходить ближе не спешил. Пыхтел издалека и внимательно следил за руками воина.

- Мне можно, — издевательски осклабился Дидье. — Я Пёс Господень.

- Я доложу о вашем непозволительном поведении командору ордена и полномочному примасу Предела! — заверещал клирик, не найдя других аргументов.

- Это сколько угодно! — громыхнул старший наставник с донельзя довольной физиономией. — Может, меня в наказание обратно в триал вернут.

- Остынь, Дидье! Никто тебя никуда не вернёт. И вы охолоньте, святой отец, на вас отроки смотрят, — оборвал их спор властный голос.

За перепалкой учителей все следили внимательно, и никто не заметил, как подошёл комтур. Он уже знал о происшествии, если, конечно, судить по отсутствию глупых вопросов, озабоченно сдвинутым бровям и глубокой морщине на переносице.

- А вам отец Нихаэль, я бы порекомендовал доложить ещё и о собственном попустительстве, — веско процедил комтур, заиграв желваками. — Вы единственный, кто обладает тайноцерковной магией в должной мере, чтобы на расстоянии почувствовать иных. И почему-то этого не сделали. Когда, подскажите, вы последний раз покидали пределы замковых стен?

Инквизитор надулся, как индюк, громко засопел, но смолчал.

- Вот именно, нечего ответить. И вам лучше